Два суда за один день

В один октябрьский день состоялись сразу два суда над жителями Прихопёрья: в Новохопёрском районе осудили на 2,5 года тюремного заключения урюпинца Михаила Боярищева (якобы за поджог буровой техники, работающей на полях сельхозназначения), а в Москве продлили арест Игорю Житеневу и Михаилу Безменскому.

На суд в поселке Елань-Колено Новохопёрского района собрались многие местные жители, которые хорошо знают, что происходило у Еланского месторождения 22 июня 2013 года. Тогда тысячи две человек двинулись на место геологоразведочных работ, ведущихся для Уральной горно-металлургической кампании, и уничтожили забор и часть оборудования, использовавшегося на основании договора аренды земли с целью ее сельскохозяйственного использования. Представители правоохранительных органов нашли "стрелочника" из простых местных жителей, который, судя по видео и фотографиям (так и не рассмотренным судом), вообще находился в стороне от вышек, когда их поджигали. Судья признал, что установить, "с кем действовал обвиняемый", невозможно, и присудил два с половиной года лагерей человеку, практически случайно выбранному из толпы, скорее всего, "чтобы другим было неповадно". Сказать, что это укрепило веру местных жителей в правосудие, нельзя. Как нельзя и утверждать, что такой суд добавил любви к компании, по воле которой все это происходит.

Как выясняется, деньги решают многое, но не все, поэтому даже это уголовное дело, заказное по всем признакам, потихоньку разваливается

Дело, по которому в тот же октябрьский день прошел другой суд, уже в Москве, тоже началось с заявления заместителя генерального директора УГМК Петра Ямова на имя впоследствии арестованного за провокацию взятки руководителя Главного управления по экономической безопасности и противодействию коррупции Дениса Сугробова. У этого "хопёрского дела" скоро годовщина – 27 ноября в Воронежской области задержали Игоря Житенева, бывшего казачьего атамана, и Михаила Безменского, которого теперь следствие пытается выставить чуть ли не главным идеологом антиникелевого движения, потому что иначе фабула обвинения разваливается. То, что самого Сугробова задержали за провокацию взятки, то есть за действия по такому же сценарию, как на Хопре – передачу денег под запись и арест кого надо, – как-то уже и не упоминается. Зато Тверской суд продлил меру пресечения задержанным в Воронежской области еще на месяц и пять суток: до 27 ноября (держать человека в СИЗО больше года можно только с санкции Мосгорсуда, и для этого теоретически нужна большая мотивировка, чем стандартно-бессмысленное "может скрыться, может влиять на ход расследования, может оказать давление на свидетелей").

За год жители Прихопёрья, пытающиеся защитить свой край от амбиций Уральской горно-металлургической компании, собиравшейся добывать там никель, многое узнали о том, как у нас возбуждаются и ведутся уголовные дела. Вот только, как выясняется, деньги решают многое, но не все, поэтому даже это уголовное дело, заказное по всем признакам, потихоньку разваливается. Вот неделю назад Житеневу и Безменскому переквалифицировали статью. Помните, как год назад интернет облетел ролик про "злостных вымогателей" с Хопра? Дикторша поставленным голосом рассказывала, как Безменский (который еще за полгода до этого вышел из "Стопникеля" и прекратил как-либо участвовать в протестном движении) и Житенев (давно снявший с себя полномочия атамана по состоянию здоровья, после того как ЧОПовцы, охраняющие участки месторождений, разбили ему голову) вместе со своими соучастниками прижали к стенке невинных топ-менеджеров УГМК, требуя денег, и те вынуждены были откупиться, лишь бы только активисты прекратили свои "преступные деяния": митинги, пикеты и демонстрации.

Теперь следствие официально признало: вымогательства не было. Доказательств не собрали. Новая статья – мошенничество в особо крупном размере, что тоже, конечно, еще придется как-то пытаться доказать. Не торжество справедливости, конечно, но прокол для УГМК.

Забавно, кстати, получилось: следователи требовали от обвиняемых и их адвокатов ходатайства – мол, признайте, что мошенничество было, и статью, так и быть, поменяем, а иначе так и останетесь в статусе вымогателей. Но Житенев и Безменский вину не признали. И пришлось следствию самому переквалифицировать, потому что даже в наш суд выходить с такой доказательной базой несерьезно. А суд по продлению меры пресечения и вовсе показал всю степень абсурдности. На него, кстати, пришел сам Олег Сильченко – бывший следователь по делу Сергея Магнитского, который сначала возглавил следственную группу по Хопру, потом из этой группы куда-то исчез, а сейчас снова ей руководит. Но даже он, объясняя необходимость продления ареста обвиняемых, смотрелся неубедительно. Настолько, что прокурор (который обычно поддерживает следствие) встал и сказал: "Прошу в ходатайстве следователю отказать". И объяснил: представленные доводы не имеют под собой доказательной базы, а сама по себе тяжесть инкриминируемого деяния не может быть основанием для содержания под стражей.

В ходатайстве Сильченко несостыковок действительно много. Так, в начале он пишет, что Житенев и Безменский сознательно преувеличили свою возможность влиять на протестные действия (собственно, в этом и заключается их "мошенничество": обманули доверчивых менеджеров УГМК и попросили денег за то, чего сделать не могли), а потом просит оставить за решеткой, потому что якобы являются активными участниками протестного движения. Или вот еще – могут, якобы, повлиять на ход следствия. Притом что им еще две недели официально объявили: следственные действия закончены.

Лоббистам добычи никеля в заповедном регионе , похоже, кажется, что препятствий на их пути уже нет. Или, может, им надо так отчитаться за средства, потраченные на борьбу с протестом?

Ну и главный тезис, конечно, наличие неустановленных соучастников на свободе. В качестве доказательства Сильченко ходатайствовал о приложении к материалам суда расшифровку прослушки телефонного разговора Константина Рубахина, координатора движения "В защиту Хопра", с местной жительницей Нелли Рудченко. При чем тут Рубахин, когда суд о том, продлять или нет срок пребывания под стражей двум другим людям, кажется, даже судья не сразу поняла – но документ приложила. А Сильченко процитировал кусок диалога: Рубахин говорит, что он в администрации президента – готовит обращение по поводу возбуждения уголовного дела, и призывает людей выйти на одиночные пикеты, протестовать против ареста Житенева и Безменского. Адвокаты даже не стали возражать против приобщения ходатайства – оставили на усмотрение суда. Защитник Безменского Владимир Голубев только осторожно поинтересовался: раз обращаться в администрацию президента – это соучастие, то являются ли незаконными написанные им жалобы на действия следователей в Следственный комитет и ФСБ.

Конечно, никто не ждал, что судья вдруг решит освободить задержанных почти год назад людей под залог или хотя бы под домашний арест. Главное, следствию так и не удалось превратить их в тряпичных кукол, которые дергались бы на ниточке. Житенев каждую свою речь на суде начинает с того, что вину не признавал и не признает – и вообще не понимает, зачем его тут держат. Безменский рассказывает судье, как ему даже в СИЗО угрожали сотрудники компании заодно со следователями из ГУЭБиПК.

Активистам приходится не только в ежедневном режиме бороться с планами на добычу цветных металлов в Черноземье, но и защищать своих арестованных товарищей. И все это происходит на фоне уверенных заявлений УГМК, что в 2016 году начнется строительство ГОК на Хопре. Раньше хотя бы говорилось, что сначала разведка, а потом "как народ решит". Губернатор Воронежской области это несколько раз повторял. Теперь лоббистам добычи никеля в заповедном регионе, похоже, кажется, что препятствий на их пути уже нет. Или, может, им надо так отчитаться за средства, потраченные на борьбу с протестом? Только активисты уже пережили не одну смену команды борцов с ними, а митинги, сборы подписей против комбината продолжаются. Очередные меры против варварских планов сделать из агрорегиона горнодобывающий не заставят себя ждать.

Татьяна Каргина – директор по развитию движения ЭКА, участник движения "В защиту Хопра"