Путин и Александр

Михаил Соколов – о войне и славе

Пышной церемонией 20 ноября Владимир Путин открыл у стен Кремля памятник Александру I. Вроде бы, к юбилею победы над Наполеоном в войне 1812–1814 годов, но получился вполне символичный акт.

Мне кажется, что для нынешнего правителя России в чем-то это и памятник самому себе. У Александра Благословенного и Путина много общего: у одного – покрытое отцеубийство, появление на арене по приказу: "идите царствовать", у другого – убийственный для подарившего ему престол Ельцина быстрый отказ от курса "царя Бориса" на вестернизацию и демократию.

Как не подивиться внешнему совпадению облика властителей и тому, какова в истории роль случая! Все отлито в ныне актуальной пушкинской строке: "Властитель слабый и лукавый, плешивый щеголь, враг труда, нечаянно пригретый славой, над нами царствовал тогда..." Для объективности надо было на барельефах постамента Александру I изобразить не судьбоносные сражения, а определявших противоположный курс России в разные эпохи соратников царя: Сперанского и Чарторыйского, Аракчеева и архимандрита Фотия. Лицей и университеты создал, а Пушкина – сослал. Польше и Финляндии даровал конституцию, а России – всего лишь Указ о вольных хлебопашцах. Европе же и вовсе подарил реакционный Священный союз императоров.

Да ведь и у Путина было свое, обещавшее реформы, недолгое "дней Александровых прекрасное начало". Можно увидеть параллели между посадкой Михаила Ходорковского и ссылкой Михаила Сперанского, нынешней высылкой первого в Европу, и "прощеньем" последнего с отправкой на губернаторство в далекую Сибирь. Просятся для сравнения вполне себе наступательные войны Александра I, ссорившие Россию с Европой, или ошибочная внешняя политика, доведшая империю до экономического кризиса в период континентальной блокады.

В монументальной пропаганде поздней путинской эпохи, как и политике, видна отчетливая тенденция: власть прославляет тех, кто выступает за твердую личную диктатуру, не так важно, красную, белую или монархическую

И все же, к нынешнему "царю" куда ближе не метавшийся между светлыми надеждами Просвещения и страхом пугачевского бунта Государь-европеец, а его наследники, намеренно сковывавшие льдом Россию. Памятник реформатору Александру II ("Освободителю") благодаря общественной инициативе Бориса Немцова и Альфреда Коха уже давно стоит в Москве. Хотя и не на историческом месте в Кремле, куда Путин не дал его вернуть, а у храма Христа Спасителя. Так что ушедшей с повестки дня темы реформ нынешнему верховному правителю и не надо касаться. Пока что монархисты путинской эпохи, православные чекисты и черносотенные деятели РПЦ-МП довольствуются прославляющими дом Романовых и популярными выставками в Манеже, анекдотическими по своей неисторичности.

Власти регулярно советуют поставить в Москве памятники настоящим консерваторам на троне. Без монументов в столице пока остались и рассорившийся с Западом и побежденный в Крыму ретроград Николай I ("Палкин"), и остановивший реформы отца Александр III ("Миротворец"). Не увековечен в Москве Николай II, как не столько "кровавый", сколько ограниченный и недальновидный. "Манифест 17 октября" был вырван у него всеобщей забастовкой, а кредо веры высказано императором еще в призыве к земцам оставить "бессмысленные мечтания" о Конституции. Страстотерпец Николай II вверг страну в две убийственные для страны и престола войны с соседями, за что и поплатился... В отличие от укрепляющего пока свою поддержку в агрессивных победах Владимира Путина.

В саду, где возвели памятник Александру I, у Кремля места много. Можно увековечить всех императоров. Но желательно без изъятий. Пусть тогда к Кремлевской стенке поставят еще и Петра I, удушающего своего сына, царевича Алексея, рядом – свергнутого в младенчестве и юношей заколотого в Шлиссельбурге Иоанна VI Антоновича, поодаль – несостоявшегося преобразователя Петра III, с убойной орловской табакеркой и, наконец, самодура Павла I, а рядом, с шарфиком, графа Палена. Такой паноптикум – по Пушкину: "урок царям" и тем, кто верит в неизменность и непогрешимость любой власти. Соседство царей и цареубийц символично: на Красной площади в Мавзолее – мумия Ленина, рядом – бюсты Сталина и Свердлова, тут же лежит организатор убийства семьи Романовых – Петр Войков, а в Александровском саду – монархический обелиск, патриарх Гермоген, а теперь еще и статуя царя Александра...

В монументальной пропаганде поздней путинской эпохи, как и политике, видна отчетливая тенденция: власть прославляет тех, кто выступает за твердую личную диктатуру, не так важно, красную, белую или монархическую. На площадях стоят теперь Ленин и Столыпин, увековечены Андропов и Колчак. Для видевших путь России в Европу социалиста Александра Керенского, кадета Павла Милюкова и даже для либерального монархиста, автора "Манифеста 17 октября" графа Сергея Витте места в России не остается. Так что спасибо властям и за Александра I. Даже в "едином учебнике" придется признать: император в молодости с произволом боролся, дозволял конституционные мечтания, объявил амнистию политзаключенным и даже ликвидировал Тайную канцелярию.

Михаил Соколов – обозреватель Радио Свобода. автор и ведущий программы "Лицом к событию"

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции