Original Material
Из плена — за решетку
Пути войны неисповедимы: солдат-срочник из Сибири Андрей Балобанов в июле каким-то образом попал в плен на Украине, в ноябре оказался в российской военчасти в Приднестровье и сейчас находится под следствием за дезертирство. The New Times попытался разобраться в этой загадочной истории
Андрей Балобанов (на фото) во время прохождения срочной службы в Самарской области. 2014 г.
фото: блог в социальной сети «ВКонтакте»
Доподлинно известно то, что за пять месяцев рядовой Балобанов пересек две государственные границы, а вернувшись на родину, cтолкнется с обвинениями в уклонении от военной службы. Дальше идут версии.
По версии армейского начальства, Балобанов, уроженец Омской области РФ, получил увольнительную, сам отправился в Луганскую область Украины, а там обратился к украинским властям за политическим убежищем, чтобы больше не служить. Потом, говорит начальство, Балобанов попал в Одессу и, побыв там на свободе, двинулся в российскую часть в Приднестровье, откуда будет доставлен в Брянск, — именно так, не в свою родную часть, а почему-то в Брянск — под следствие.
По версии родственников и друзей, Балобанов ожидал отправки в Луганск, оказавшись там, попал в украинский плен — именно попал в плен, а не перешел на украинскую сторону самостоятельно — при этом был без оружия, а снова в российской армии оказался против своей воли.
Документов, способных подтвердить обе версии, у правозащитников, разбирающихся в истории солдата Балобанова, до сих пор не нет.
«Говорят, он в Украину сам поехал! Тоже мне нашли патриота! Да они там из несчастного мальчишки уже, наверное, всю кровь выпили», — у Сергея Балобанова, отца солдата, дрожит голос. Начальству сына он не верит.
«Находится в увольнении»
Андрей Балобанов был призван в ряды вооруженных сил в декабре 2013-го, служил в Самарской области и ни на что не жаловался. «Еще до своего исчезновения, он написал другу, что его собираются отправлять в сторону Луганска, а друг сообщил нам, — рассказывает про сына Сергей Балобанов. — Сначала Андрей часто и подробно рассказывал, как служит, но через две недели после того, как вернулся из «учебки», стал очень немногословен, а чуть позже и вовсе пропал».
По словам родственников, на связь Андрей перестал выходить после 22 июня, некоторое время спустя они обратились к командованию воинской части № 65349 в самарском поселке Кряж, где Балобанов проходил службу.
«В части нам сперва отвечали грубо, никакой информации не давали, а потом сообщили, что рядовой Балобанов находится в увольнении, то есть временно отсутствует», — говорит Алексей, старший брат Андрея.
До 17 июля родители пребывали в неведении, пока в СМИ со ссылкой на руководителя украинского гражданского объединения «Информационное Сопротивление»* Дмитрия Тымчука не появилось сообщение о задержании в Луганской области некоего российского солдата. На следующий день тот же источник уточнил имя и фамилию — солдатом оказался сын Балобановых. 24 июля на официальном портале украинской Службы безопасности (СБУ) появилось видео — на нем оказавшийся более чем на месяц в «увольнении» российский солдат-срочник сообщал, что самостоятельно «покинул часть», отказавшись участвовать в войне в Донбассе, и теперь просит на Украине политического убежища.
Плен
Вообще-то фраза «покинул часть», произнесенная на видео самим Балобановым, звучит неоднозначно — из его слов непонятно, пересек ли он российско-украинскую государственную границу в составе своей части или самостоятельно. Отец Андрея убежден: солдата отправили в Донбасс собственные начальники, а уже там его в плен захватили украинцы. Эта же картина выстраивается при чтении последующих сообщений Дмитрия Тымчука в Сети — там неоднократно говорится именно о «взятии в плен» Балобанова.
«По истечении недели, после того, как мы в первый раз обратились в часть, а это было в конце июня, — объясняет брат солдата, — нам сказали, что Андрей убежал и скрывается где-то в России. Но после сообщения Тымчука отцу дозвонились люди, представившиеся офицерами СБУ, и сказали, что Андрей у них. Никаких требований они не выдвигали, и как Андрей попал на Украину, не говорили».
Рассказывает Сергей Балобанов: «Мне позвонил украинский офицер и сказал, что раз мой сын был без оружия, ему ничего не угрожает. Спросил только: не наводчик ли он. Я сказал, что нет, на что мне ответили, что мой сын жив, у них он в безопасности, но если пойдет в Россию, у него будут неприятности. Так и получилось».
Оружия при Андрее не было, потому что в своей мотострелковой части он был радистом, поясняет отец: «Командиры его хвалили, он до армии увлекался компьютерами, ездил со мной на Север — заработать на проводы в армию. Вообще, после службы он собирался выучиться на водителя, интересовался футболом. Ну, то есть нормальный человек, как все в 18-19 лет».
Дело о дезертирстве
Российское военное начальство, как уже было сказано, настаивает на том, что рядовой Балобанов самовольно покинул часть, то есть дезертировал, и убежал на Украину, чтобы получить там политическое убежище. Эту версию, в частности, в начале октября изложил журналистам военный комиссар Омской области Юрий Трубин. А начальник пресс-службы Центрального военного округа, к которому относятся Самарская и Омская области, Ярослав Рощупкин подтвердил The New Times, что дело о самовольном оставлении части Балобановым действительно возбуждено, но отказался комментировать детали. Статья 338 УК (дезертирство) предусматривает до семи лет лишения свободы, если военнослужащий бежал один и без оружия, а если с оружием или в группе — до 10 лет.
Родители и друзья солдата не верят в версию побега: «В армии ему нравилось, он даже хотел после окончания срока остаться по контракту, — утверждает брат Андрея Алексей Балобанов. — Он писал, что все нормально, ни на что не жаловался. Мы уверены, что никакого дезертирства не было, и на Украину Андрей попал по приказу командования».
Того же мнения придерживается Александр Мякишев, друг Андрея: «Вероятность того, что он сам мог туда (на Украину) отправиться, очень маленькая», — говорит он. По интернету Александр общается с корреспондентом The Nеw Times неохотно (по его мнению, «личку» «ВКонтакте», возможно, читают), но в невиновности товарища не сомневается. На все сложные вопросы отвечает: «Мы с ним об этом не разговаривали», — хотя и подтверждает, что переписывался с Андреем и до, и после украинского «плена».
В Одессе
«Военные нам постоянно врут, сперва они говорят про увольнение, потом рассказывают, что якобы подразделение сына уехало на учения, а он остался; потом — про побег. Но от Самары до Украины довольно далеко, что же он туда — пешком пришел?» — восклицает отец солдата Сергей Балобанов. По его словам, в первый раз после исчезновения сам Андрей вышел на связь с родными уже с украинской территории, после появления видеоролика и звонков из СБУ.
Родственники утверждают, что последние несколько месяцев Андрей провел в Одессе. Как рассказывает Александр Мякишев, сначала солдата возможно держали где-то взаперти, но уже в сентябре он мог свободно передвигаться по городу. Старший брат также подтвердил, что когда он разговаривал с Андреем, тот находился на улице. Родители присылали Андрею деньги, на которые тот мог жить в Одессе, где, впрочем, нашлись и дальние знакомые, которые также могли поддержать его в трудную минуту.
«Я много раз пытался узнать у Андрея, как он туда вообще попал, он отвечал «я ничего не могу говорить», наверное, за ним следили, может быть, даже телефон прослушивали», — предполагает брат, но уверяет, что младший Балобанов в эти месяцы ни на что не жаловался.
Снова в армии
Второе исчезновение оказалось не менее странным, чем первое: «Как он попал в Тирасполь (столица самопровозглашленной Приднестровской Молдавской республики (ПМР), в которой с лета 1992 года дислоцированы подразделения российских войск. — The Nеw Times), мы не знаем, в середине октября я с ним разговаривал последний раз», — рассказывает старший брат. Переписку с друзьями Балобанов вел до 24 октября, а 27-м числом датируется его последнее появление в социальной сети. Александр Мякишев утверждает, что Андрей не собирался возвращаться в российскую армию, поскольку знал из прессы о грозящем ему судебном преследовании по обвинению в дезертирстве.
5 ноября родственникам позвонили из Тирасполя, столицы непризнанной ПМР, граничащей с Одесской областью, и сообщили, что их сын самостоятельно прибыл в расположение российской воинской части № 13962, дислоцированной в городе. По словам военных, солдат находится в удовлетворительном состоянии.
«В ту часть в Тирасполе мы звонили неоднократно, но с тех пор информации об Андрее стало совсем мало, — говорит отец. — Нам отвечают: не имеем права вам ничего говорить».
По словам родственников, когда Андрею в тираспольской военчасти в первый раз после Одессы дали телефонную трубку — переговорить с родней, — он ничего толком не объяснил, с тех пор звонил нечасто, а если и звонил, то всегда в присутствии посторонних. «Совсем недавно нам сообщили, что Андрея в скором времени переведут в Брянск, где будет проходить следствие по делу о дезертирстве», — говорит Алексей Балобанов. Почему именно Брянск? Единственное разумное объяснение: в Брянской области дислоцированы войска Западного военного округа, к которому приписан и российский контингент в Приднестровье.
Солдатские матери
Алексей Балобанов, брат Андрея, живет в Петербурге. 7 ноября он обратился за помощью в правозащитную организацию «Солдатские матери Санкт-Петербурга». К этому времени родственникам удалось узнать от офицера из тираспольской части, что Андрей с «порезами от камыша» 5 ноября прибыл туда самостоятельно и что ему действительно грозит уголовное наказание за дезертирство. «Солдатские матери», в свою очередь, направили запросы в уполномоченные органы, но получить какую-то новую информацию по делу Андрея Балобанова до сих пор не смогли. «Обычно, когда люди сбегают из части, их, в первую очередь, ищут у родственников, друзей… Андрея же никто не искал, да и родителей его вообще никто не уведомил о побеге или о том, что на него было заведено дело, — рассуждает представитель петербургского комитета «Солдатских матерей» Александр Передрук. — Это нонсенс, чтобы солдат бежал за границу. Мы допускаем разные версии, но пока нет ничего, что могло бы разубедить нас в правоте слов родителей солдата», — заключает Передрук.
Уведомление по делу о дезертирстве родители Андрея получили только недавно — из Самарского отдела Главного военного следственного управления СК. В этом документе сказано, что 22 сентября открытое в июле предварительное следствие по делу о дезертирстве было приостановлено в связи «неустановленностью местонахождения подозреваемого». Родители удивилсь: бумага пришла старая, неактульная. Они-то уже знали, что дело опять возбуждено, а их сына на самом деле ждет этапирование в Брянск.
На произвол судьбы
Ответственный секретарь «Союза комитетов солдатских матерей» Валентина Мельникова рассказала The New Times, что достоверной информации от родителей солдат об их участии в конфликте на Украине комитетом пока не получено. Ее коллега из фонда «Право матери» Вероника Марченко более однозначна в своих оценках: «Россия — не самоубийца, ни одного документа о присутствии действующего военнослужащего российской армии на территории иностранного государства в ближайшее время мы не увидим».
Помочь их сыну в нынешней ситуации, считают родители Балобанова, может только официальное признание военным руководством факта участия Андрея в боевых действиях. Однако Вероника Марченко дает понять: это палка о двух концах — с точки зрения международного права, человек, нелегально перешедший границу иностранного государства с оружием в руках с целью пособничества вооруженному свержению существующего строя, является террористом. Поэтому Марченко «не уверена, что конкретному лицу есть стратегический смысл бороться за опасное в правовом смысле признание».
Капкан, в который угодил рядовой Балобанов, захлопнулся. И есть ли вообще выход из сложившейся ситуции — большой вопрос.
<figure><img src="https://archivarius-public.s3.us-west-2.amazonaws.com/rima/web/media/img/019581412710f8fa66cf08a62f070014.jpg"/></figure> Андрей Балобанов с братом Алексеем (на фото справа) до призыва в армию 
*Гражданское объединение, созданное после Майдана бывшим сотрудником Минобороны Украины Дмитрием Тымчуком и ставшее одним из самых популярных неофициальных источников по конфликту на Украине.