В экономике

Итоги недели. Доллар и нефть давят на правительство

28 НОЯБРЯ 2014 г. МАКСИМ БЛАНТ

После «исторического» решения не снижать квоты на добычу нефти, принятого на заседании ОПЕК 27 ноября, нефть на мировых рынках обновила минимумы, рухнув сразу на шесть с лишним процентов. Смесь марки Brent обвалилась ниже 72 долларов за баррель, опровергнув многочисленные комментарии прошлой недели о том, что «дно» пройдено и сильно ниже 80 долларов цена в ближайшее время падать не будет. Вместо предполагавшегося некоторыми аналитиками ценового коридора в рамках 80-90 долларов за баррель на горизонте, в лучшем случае, вырисовывается диапазон 70-80 долларов. При этом уже очевидно, что даже в нынешней ситуации ОПЕК никаких решительных действий предпринимать не будет, поэтому вероятность дальнейшего падения — до 60 долларов — гораздо выше перспектив возврата к 100 долларам. На этом фоне рубль вернулся к своим историческим минимумам. Доллар вплотную приблизился к отметке в 50 рублей, а евро уже выше 61.

Так что если у кого-то и оставались надежды на то, что дешевая нефть и дорогая валюта — явление временное, сейчас они тают как предрассветный туман. Плюс ко всему россиян догоняет инфляция. В рост пошли уже и цены на промтовары. Растут они скачкообразно, по мере распродажи старых складских запасов. На новые импортные товары и цены новые. Тезис, что расплачиваться за кризис придется населению, которое по сути оказалось обложенным «инфляционным налогом», становится реальностью.

О том, что российская экономика ни к низким ценам на нефть, ни к санкциям, ни к каким бы то ни было другим потрясениям не готова, писалось уже не раз. Как и о том, что теперь правительству и денежным властям приходится заниматься тушением предсказанного пожара. И обвинять сейчас кого-то из министров можно разве что в излишней мягкости и недостатке принципиальности. Они ведь сами подписывались и под майскими указами, и под масштабной программой перевооружения армии. Они собственными руками визировали амбициозные инвестиционные программы РЖД вроде реконструкции БАМа и Транссиба, допустили выделение на них денег из бюджета и резервов.

Поэтому сегодня ставший вместо Кудрина министром финансов Антон Силуанов, опровергавший некогда слова своего бывшего начальника об отсутствии у страны достаточного количества денег на выполнение всех предвыборных обещаний Путина-Медведева, выглядит, мягко говоря, бледновато. Особенно когда начинает оценивать ущерб, который понесет в следующем году экономика России и бюджет от падения нефтяных цен и западных санкций.

Справедливости ради, следует заметить, что, соглашаясь стать путинским министром финансов, Силуанов едва ли мог прогнозировать «крымнаш». Равно как и Алексей Улюкаев, согласившийся стать путинским министром экономики. Сейчас оба, а вместе с ними и глава ЦБ Эльвира Набиуллина, оказались перед весьма неприятной перспективой быть назначенными главными виновниками накрывшего страну кризиса. Тем более что тема происков внешних врагов в значительной степени отыграна. Теперь нужны внутренние пособники. Это стандартный прием авторитарных режимов. Когда власть не в состоянии поддерживать уровень жизни населения, она немедленно должна предъявить, а желательно еще и примерно наказать тех, кто виноват в лишениях и тяготах.

Нынешнее падение нефтяных цен и российской национальной валюты для правительства и ЦБ особенно некстати. Поскольку до Послания Путина Федеральному собранию, от которого ждут каких-то программных заявлений, остаются считанные дни. И фон, на котором Путин будет произносить свои слова, играет далеко не последнюю роль. Если справедливы прогнозы о скорой отставке правительства, то в нынешней ситуации эта отставка представляется совсем не почетной.

Министры, очевидно, это чувствуют. При этом у каждого свой способ реагировать на угрозу. Улюкаев выступает все чаще, причем со все более смелой критикой. Он критикует Минфин и ЦБ за планы вернуть на рынок ГКО. Он критикует национализацию «Башнефти». Он критикует планы выделить деньги ФНБ «Роснефти». Список того, чем недоволен Улюкаев можно продолжать долго. Чиновника можно понять. Ему нужно иметь что-то, чтобы потом, после отставки, иметь возможность доставать это что-то и говорить: «Вот видите, я же предупреждал!».

Силуанов, напротив, пытается до конца использовать доступные ему инструменты. Вот и про печальной памяти ГКО вспомнил. Лучше бы, конечно, он этого не делал: любые отсылки к 1998 году сегодня особенно болезненны.

Единственный человек, который в последнее время просто лучится уверенностью, — глава «Роснефти» Игорь Сечин. Учитывая состояние нефтяного рынка, выглядит это, по меньшей мере, странно. Впрочем, политическими спекуляциями заниматься бессмысленно. Все и так выяснится уже совсем скоро: послание предварительно назначено на 4 декабря.

Фото: Сергей Савостьянов/ТАСС