Oleg Sentsov. "Rooms"

Oleg Sentsov is still in the Lefortovo pre-trial detention center, and at the moment his content there is extended until January 11, 2015 . Meanwhile, on November 30, in support of the director, the dramatic reading of his play “Room”, written by Sentsov, was held a few years before the arrest. The organizer of the reading was Natasha Joseph, the director was Anastasia Patlay. Chitka was held in the premises of the Theater. DOC ”, which today nevertheless received an order to free the room in a three-breed lane.

The repeated reading of the play will be held on December 18 in the Sakharov Center . COLTA . Ru publishes the first action of a four -chuck play.

Numbers

Grotesque in 4 acts and another small

Actors

First.
The second.
Third.
Fourth.
Fifth.
Sixth.
Seventh.
Eighth.
Ninth.
Tenth.
Eleventh.
Zero.
Two judges.

The first act

The scene from behind and on the sides is fenced with a grid for ski routes high in human height. On the left and on the right side, large gates are made in the grid, also from ski races, on the left it is written “Start”, “finish” on the right. Two of the same gates, but already without inscriptions, are also available from behind. In the openings of the rear gate hang a scoreboard. Between them is a commentary cabin. Another mesh is stretched from the cabin to the advance. Everything is old, neglected, but placed strictly symmetrically.

When the curtain rises, the scene is twilight. Two judges of the heroic physique, dressed in ski sports jackets and pants, with biathlon rifles and lanterns on sports caps thrown behind the back, pacing like shadows, each for their part of the central mesh. Gradually brighten. Silent and calm music plays. The judges twist the central grid to the commentary cab and stand in front of it. On both scoreboard the time lights up - 7:00. The music is stopping. One of the judges whistles in a whistle. The first enters the left gate. This is a stately man, for about fifty years old, he is dressed in a black sporting fitting ski costume, shod in ski boots, on his chest and back he has white squares with a number, interconnected by four ties (the rest of the characters that differ from each other are also dressed only with numbers and elements of the costume). The first businessman, under the arm holds a large notebook - these are rules. On his side he has a holster from a children's pistol. The first becomes in the center of the stage, the rules are flipped through, something mutters, thinks and after a small pause goes into the rear gate with the same business view. On the left, screaming, the third enters - the old man with insanity and arthritis, on his head is not a hat, but a wide elastic band over which a thick gray hair sticks out. On the right, almost simultaneously with him, stretching, the second - an interesting, powerful woman of about forty. Sports sunglasses flaunt her hat.

The second (continuing to stretch) . Good morning…
Third. Good what?
The second. Morning! When to wish for good? Only in the morning.
Third. What to wish?
The second. So, everything is free.

The third unfolds with all senile slowness and is going to go back.

Wait. You will see the first, say that I was looking for him. Remembered?

The third (nods his head) . Yes. I remembered: "Good morning."

On the left it enters, glancing and stroking his thick stomach, like a fifth burgher. The third passes by him.

Kind...! (Forgetting, waves his hand and goes to the left . )

Fifth (carelessly, after the third) . Hello.

The fifth noticed the second and suttled it to her.

Oh, good, good morning, lovely, how did you sleep?

The second (squinting) . Good, kind ... well slept. And how are you doing, Mr. Belly?

The second claps the fifth on his stomach, he laughs. On the right is the sixth, squabble, unpleasant look, a slightly stooping aunt of middle -aged.

You will see the first, tell me that I was looking for him.

The fifth smiles and nods helpfully. The second goes into the rear gate. The sixth approaches the fifth, looking badly after the second.

Fifth. Good, good morning, lovely, how did you sleep?
Sixth. As always, bad. These chatterboxes. Eternal even conversations about nothing and about everyone ...
Fifth. Yes, yes. And what our lovely chatting about ...
Sixth. Gossip. Although something is true. They say that the fourth this night went to ...

On the right is the fourth, beautiful bitch under thirty.

Fifth (noticing the fourth) . Good, good morning, lovely, how did you sleep? (Leaving without waiting for an answer . )
The sixth (without turning around, but obviously feeling the fourth) . One and the same every day, at the sight of each even. He is so until the last day from days, to the very counting of points will say that, forgive me, great, for my miss. (He looks up and claps his palm on the forehead.)

The fourth stands on the side of the sixth, contemptuously and brown at it.

Fourth. So what are they chatting about the fourth?
Sixth (startled) . Who is chatting? Oh, hello, four!
Fourth. We saw each other.
Sixth. When?
Fourth. When you bent me a laxative in a glass in the morning.
The sixth (exaggeratedly surprised) . I?
Fourth. No - me. It’s just that next time you don’t have to do this before my eyes. (He waves his hand before my eyes . ) I wake up from this.
Sixth (choking) . Duck ... I ... you ...
Fourth. Briefly speaking. What is there? Chatting?
Sixth. Chatting. They talk that you, your four ... (then sharply . ) Go to the fence! (He waves his hand towards the cab and moves away from the fourth . )
Fourth (calmly) . So what? Many go, so what?
Sixth. Many may go, I don’t know, although I have not seen them there. But not at night and not with the odd in the commentary cabin until the morning to hide. What did you do there?
Fourth. What?
Sixth. Yes, what? Until the night, the transmission of the relay wand is still ... oh-th how much ... (waves over his head with his hand . )

The sixth begins to very quickly recount his knuckles in his arms, moving his lips, but obviously not counting, but only imitating, quickly switching to the knuckles of the fourth. The fourth pulls his hand.

Fourth. Did you see the number?
The sixth (stopping lips with your lips) . Whom? Number? Whose? Is he not from your couple? Ah, yes. Your pair is just right to go to study again, where he is up to ... (nods at the cabin . )
Fourth (hard) . Not your business, fool. Look, if that, you will not get off with sleeping pills. And I won’t wave my hands warningly. (Waves in front of him with his hand and pushes the sixth . )

On the left comes the seventh, prominent, seeking, young man. The sixth quickly runs away. The seventh slowly approaches the fourth.

Seventh. Good weather, isn't it?
The fourth (approaching the seventh) . Why didn't I wait for you tonight? I stood O-hoo how much time. Then he let the snow in the snow ... froze ...
Seventh. I could not.
Fourth. Couldn't?
Seventh. Yes. I could not. He was busy. We were lying with the ninth and the ninth all night. That is, they played the fool. And there are different interesting conversations. About the structure of the world. About his perfection. Well, or about his almost complete perfection. And what should be fixed ... correct in it. Maybe. (Speaking, the seventh looks in front of him, not noticing the fourth . ) And whether there are other worlds, and what are they worse than ours. And what is the meaning of the championship. And is there a championship after disqualification.
Fourth. It is clear that they were lying a fool, in general, what these details are for. And your poor even was waiting for you, waited ... And let's go now.

The fourth pulls the seventh to the commentary cabin, he breaks out and nods at indifferent, but formidable judges.

Seventh. What are you? Now these two will arrange a disqualification to you. At the same time, you will find out if there is another championship after it!
Fourth. I don’t care whether or not. But the fact that for my sake you do not want to risk the championship, yes ... how is it in the country!

The seventh hugs the fourth and calms down.

Fourth. I need to seriously talk to you.
Seventh. Not now.
Fourth. In the evening? At night?
Seventh (obviously evading) . Don't know. After. Late.

On the right is the eighth, young, simple woman with a slightly dense figure resembling the number 8. The fourth sees her and sharply starts from the seventh, straightens the cap and with dignity, but still quickly goes into the rear gate. The seventh is nervous and pulls a hat from himself in a fit. The eighth approaches the seventh.

Eighth. Why did you take off your hat?
Seventh. Are you afraid that I will freeze?
Eighth. No, it's just not according to the rules!
Seventh. Yes, zero with them, with your rules!
Eighth. What are you saying. You can’t. You will be the great. (Looks up . )
Seventh (pounding) . No, I didn't mean that. Just ... I can’t understand much ... why ... tell me, for example, why the third wears not a hat, but this ... (runs several times with his fingers on the forehead . )
Eighth. This means - the rules are allowed.
Seventh. Yes? And why then the second wears these ... (shows glasses with closed fingers) . And when she wants. It will rise upwards, then will it make their shameless ones?
The eighth (already uncertain) . Well, then according to the rules you can.
Seventh. Why are you all in the rules! Did you read them yourself? Read or not?
The eighth (quite uncertain) . Well, for a long time, still in juniority.
Seventh. And when the first time in seven days he reads excerpts from the rules, you aren't you listening to him?

The eighth shakes his head negatively, his head bowed.

What are you doing then when everyone is standing and listening?
Eighth. Think.
Seventh. About what?
Eighth. About you.
Seventh. And more?
Eighth. About Us.
Seventh. And then?
Eighth. I'm trying to figure it out.
Seventh. Well, a ... (makes a progressive movement with a hand . )
The eighth (sharply, turning to him) . And then again about you! (Turning away . )
Seventh. Ugh you. What a couple I got. And why did the great zero punished me?! (Looks up . )
Eighth (offended) . A good couple got! Only you do not notice this. (Sobbing.) At all.
Seventh. Well, calm down, calm down. (Hugs her . )
Eighth. But I know what you think about.
Seventh (dreamy) . Yes? And what?
Eighth. About the fourth.
Seventh. About what? Yes, I ...
Eighth (pulling away from him) . Do not pretend, you think I don’t see how you look at her?
Seventh. How, how? Eyes. I don't have these! (He shows his fingers again and smiles.)
Eighth. Ugh!

The eighth begins to leave. The first one, as always, is in a businesslike, under the arm of the rule. The eighth stops.

First. So, what's the matter, what kind of dispute? Where is the hat?

The seventh puts on a hat, which he had before that crushed in his hands.

Seventh. Regarding the rules of the dispute. (Looks at the eighth blowing and blowing.)
First. So what is not clear? To whom? To her? You? You both? (Turns his head to the sides . )
Seventh. We argue regarding paragraph 7.8. (Pronounces numbers with an oriental accent . )
First. There is no such point. The next question.

The eighth turns and goes to them.

Eighth. (He says slowly, gradually accelerating . ) Such a question. Can an odd number meet with even, and not from your couple, and even at night at the fence, and not even at the night of the transmission of a relay wand?
First. Who is found?
Seventh. Who, who? Yes, no one! The horse is found with a coat ... at the fence.

The eighth at this time almost point blank indicates a finger at the seventh and freezes in this position.

First (seeing the eighth gesture) . So, and with whom?
Eighth. With ... (shows four fingers . )
First. Does four meet?
Eighth. Not really. With ... (shows one finger . )
First. With me? No, he does not meet with me. I sleep at night. Well, I sometimes meet with the second ... No, I don’t meet the second either. So, I still have business. (Fussing, leaving . )
Seventh. I also have business. (Also hastily leaves, but in the other direction.)
Eighth. What are all businesses. Go from corner to corner, to no avail. Forgive me, missing, O Great! (He looks up and claps his palm on the forehead . )

The ninth, young guy of small, cheerful, cheerful and open enters the lonely eighth left on the left.

Ninth (parody of the sixth) . Oh, how I was so, I was crushed! I spent the night on the odd side! What will my fifth say? What a shame! What a violation of the rules! How can you like a great zero so!

The ninth tries to slap himself with his hand over his forehead, but because of this he loses his balance and falls to the floor, laughs. The eighth calmly looks at his clowning, then examines himself attentively from all sides.

Eighth. And at least turn me sideways, at least not sideways, everything turns out. Assy me. What to take from me. I love him.
Ninth (sitting on the floor) . Whom?
Eighth. Yes…

The eighth waves off and goes into the rear gate. On the right is a sleepy, with half -closed eyes the tenth, large, fat and good -natured girl. Seeing her, the ninth again instantly becomes in the rack in her arms. The tenth comes closer, really, in spite of it, yawns very much.

Tenth. Well, you have a look in the morning, six.

The ninth is sharply on its feet. The tenth shudders and grabs the heart.

Oh, Nolik, you are mine!

Both laugh. Suitable for each other, gently and warmly hug.

Ninth. I love when you laugh.
Tenth. Good morning dear.
Ninth. Good morning, dear. How did you sleep?
Tenth (yawning) . I'm still. I sleep.
Ninth (starting to walk) . But I could not sleep at all! We spoke midnight with the seventh, holding cards in our hands. About the new worlds, about this, plunged. About the championship, about its meaning or meaninglessness. About even, about the odd, about zero, about judges, in short, about everything. Then the seventh fell to bed, and at least I stayed in fools nine times, but was still happy. So I like to talk about it that then I can’t calm down and fall asleep, I did not sleep until morning. But I'm not tired at all, I’m ready to talk about it again with someone. You want to talk to you.
Tenth. About what?
Ninth. About everything.
Tenth. What about everything? About the second, fourth, sixth or eighth?
Ninth. No, not about anyone personally, but about everything about it! (Describes a large circle with his hands . )
Tenth. About it! (Purods the manner and gesture of the ninth . ) I do not understand that. I understand the conversation about something specific, but better about someone specific. Who said what, to whom and how? Who did what, to whom and how? (He begins to walk around the stage.) And to whom and how from this, what. Well, or at least about who and what is thinking about.
Ninth. Yes, this is not interesting to anyone!
Tenth. Yes, everyone is interested! And who can be interested in talking about it! (The gesture of the ninth again parodies . )
Ninth. We and the seventh!
Tenth. Only now ... Although some of your seventh is still interesting to talk!
Ninth. I don't understand!
Tenth. Come on ... as if he were not telling you.

The first and second are included from different sides.

Ninth. Oh, the first one goes, I’ll go, otherwise he always scares me with a penalty point!
Tenth. And the second is also here! I'm with you!

The ninth and tenth are fussed, confused in directions, in the end, having figured out, scatter into different gates.

First. Good morning, dear!
The second. Good morning dear!
First. How did you sleep?
The second. Well slept, but worse than without you! When will you finally take me to the commentary cabin? (Pushes on him . )
First. Soon, soon, only quieter. Other numbers will hear. Glass. And we, they say, want to go to the cabin with our couple, and more than once in the oh, how long, for the feast of the transmission of the relay wand, and as you, sometimes two times every seven days.
The second. Come on, it is aiming. Three times every seven days! Maybe you wanted to say, once in O-hoh how many days! Are you the first or who? Why should you behave like everyone else?
First. Hush, quieter, they will hear.
The second. Why?
First. Why, why ... The rules say so!
The second. What are you all with your rules. No one but you observes them.
First. Don't tell me! Follow. Because everything is here, everything is written. All that the great zero bequeathed to us! (Looks up . ) Everything is observed! For that I am set here. More precisely, made. No, probably created after all.
Second (skeptical) . Yeah, all of you. And these two just stand there? (Nods to judges . )
First. Who? Judges?
The second. Yes. What are they for? Tighten the fence at night? So that the odd rooms do not run on even?
First. Well, they ...
The second. They follow everything, how do you not understand? They, if that, will not flip through the rules. (The imaginary rules are leafing through, mimicuating the first . ) The gunners will throw their own - and Babah! (Throws an imaginary gun and shoots . ) Hadshot! And this one. (He looks up . ) Forgive me, oh, Oh our mistakes! (He claps his palm on the forehead . ) Okay that I was looking for you .... Wait. (Rests with his hand on the forehead . ) Yes. This deputy is your third. It's time to write it off.
First. How? Where?
The second. Well, where - I don’t know, but how - is known. (He nods again at the judges and throws up an imaginary rifle . ) Hadshot!
The first (scaredly removing her hands) . Third? So how is it? After all, we have been with him for so many days, oh-hoo how much we can’t count!
The second. Well, I don’t know, to solve you, but I would have disqualified it.
The first (uncertainly) . Don't know.
The second (lascivious to him) . And you think. After all, you are smart, head -headed, that's what! (He kisses him in the head . ) Add to him. (Shows upstairs and shows the first forward . )

The first goes to the forefront and turns to the second.

First. I will ask, of course, I will ask, but he will answer ... before that he had never answered. Maybe which sign will give.

The first one whispers something, turning up, the second stands at a distance, observing. From under the ceiling, a platform is lowered like the one that are used for high-altitude workshops. In it, on a low bed in the lotus position, zero, a thick, bald subject of indefinite age, in a free white hoodie and with a black digit 0 on the chest. It is highlighted by yellow light. The first, continuing to whisper, does not see zero, although he looks up (none of the characters and in the future will see zero, even looking upstairs). The platform stops and hangs almost under the very ceiling (it always, lowering, will stop in this place). Zero yawns, covers his mouth with his hand, opens his eyes and looks indifferently down at the first, then extinguishes the light, pulling the spinning rope, leaves the lotus pose and begins to do his everyday business. In addition to the nightlight on the platform, there are: Bella phone, a bucket with paper snow, a watering can with water, a set of lightning from brilliant paper with a weight at the end, a litaurus, a small spotlight mounted on the railing, binoculars, a trumpet trumpet, a auditory horn, a mirror and a construction remote control hanging on the wire to control the platform. The fourth enters, quietly approaches the second and scares it. The second shudders, and her glasses almost fall from her head.

The second. Oh, fool! I thought that only the sixth of such jokes was capable of.
Fourth. You see, not only simple even, but also high -society can joke.
The second. Is it you, or something, reckoned with the great society? Or is it just secular? Tell me better, what are called even, which rummage to the left at night? (Standing the left side to the odd side, nods there . )
Fourth (not embarrassed) . Well, why right left? It depends on which side to look at it. (Стоит правой стороной к нечетной стороне и протягивает туда руку . ) Как по мне, так это направо.

Обе смеются и трогают друг друга за руки. Четвертая кивает на стоящего Первого.

А Первый что делает?
The second. Да спрашивает совета у Ноля, как избавиться от твоей пары.
Четвертая. От Третьего? А он-то что мог натворить?
The second. Without a concept. Но Первый на него давно уже зуб выточил, а сегодня прямо-таки сбесился — не могу больше терпеть в нашем мире этот сгусток маразма с артритом. Пора избавиться от него раз и навсегда…

Четвертая, не дослушав Вторую, подбегает к Первому и спихивает его с места. Начинается немая сцена претензий и оправданий. Оба пытаются безрезультатно апеллировать к Нолю. Первый в поисках поддержки смотрит на Вторую, но та стоит в стороне, безучастная, якобы даже не замечая ссоры. Ноль без особого интереса поглядывает вниз, а затем ложится подремать. Первый и Четвертая уходят, споря. Вторая, ухмыльнувшись, тоже уходит, но в другую сторону. Pause. На табло загорается время — 13:00. Один из Судей свистит в свисток. Все номера выбегают на сцену.

First. Приготовиться к приему пищи!

Начинается суматоха и беготня, нечетные вытаскивают длинный стол, четные выносят одноразовые тарелки со стаканчиками и пластмассовые судочки. Расставляется посуда, в нее раскладывается еда, и все номера становятся позади стола, Первый стоит с левого, а Вторая с правого края этой шеренги. Судья снова свистит в свисток. Начинает играть быстрая музыка.

Приступить к приему пищи!

Все хватают себе по тарелке, начинают бегать по кругу и есть на бегу руками. Первый и Вторая не бегают по кругу, они бегут на месте, Первый бежит по-солдатски, Вторая — элегантно. Ноль проснулся, глянул вниз, почесался, нажал кнопку на пульте, и платформа вместе с ним уезжает наверх. Седьмой бежит между Пятым и Третьим.

Seventh. Скажите, вы никогда не задумывались…
Пятый (перебивая) . Never. Не имею такой дурацкой привычки.
Седьмой (Третьему ). And you?
Third. Well! Раньше я часто по утрам задумывался, сейчас у меня с этим проблемы, но Шестая обещала дать… Слабилизирующее!
Sixth. Не переживайте, все будет! Главное — правильно рассчитать дозу, чтобы мы успели вдоволь насмеяться, прежде чем вы откинете лыжи!
Seventh. Not really. Я не об этом. Например, задумывались ли вы когда-нибудь, почему мы на старте бежим по номерам, а на обеде вразнобой, а?

Десятая неожиданно останавливается, все остальные в нее врезаются, образуется затор, но вскоре Десятую проталкивают вперед, и движение продолжается.

First. Если Процедура прописана в Правилах так, то надо соблюдать ее именно так и никак иначе! Как завещал нам Великий Ноль!
Seventh. Хорошо, хорошо, я не спорю, но все-таки почему, какой в этом смысл?

Теперь уже все разом остановились и посмотрели на Седьмого.

Четвертая. В чем смысл, дорогой? Процедур?
Seventh. Not really!

Все номера с облегчением выдохнули и продолжили бег.

Почему мы сейчас бежим вразнобой, а на старте по номерам? Какой смысл именно в такой расстановке?
Первый (поднимая палец) . Во всем есть смысл, и особенно в процедуре. Эта процедура восходит к далеким-далеким… Когда еще…
Десятая. Это для того, чтобы пища лучше усваивалась.
Seventh. Для этого мы бегаем, это я и сам догадался.
Десятая. Yes? А мне Четвертая сказала.
Шестая (Четвертой) . А ты откуда узнала?
Четвертая. А я… А мне… Мне это приснилось.
Вторая (негромко) . Ну что ты, когда же тебе спать, дорогуша?
Seventh. Нет, я не про это спрашивал. Хорошо, скажите мне тогда, почему мы бежим всегда в эту сторону? (Крутит рукой . ) И никогда не бегаем в эту? (Крутит рукой в обратную сторону . )

Все снова остановились, но атмосфера не такая агрессивная, как в прошлый раз.

Fifth. В ту сторону мы запутаемся.
Ninth. В эту же не путаемся?
Sixth. У меня в ту сторону голова закружится.
Ninth. Не закружится.
Sixth. Закружится — я лучше знаю, в отличие от младших номеров.
Десятая. И у меня закружится.
Third. Давайте что-то делать, а то я чувствую, что у меня пища перестала усваиваться.

Все начинают бежать на месте.

Fifth. Она у тебя уже давно перестала усваиваться, как и …
Восьмая. А что написано в Правилах? В какую сторону мы должны бегать?

Первый растерялся — он не помнит. Первый отдает свою тарелку Десятой и начинает суматошно листать Правила. Десятая вожделенно осматривает его тарелку, но у нее теперь обе руки заняты.

Первый (находит) . Так… Вот… Тут… Не написано… (Потрясенный, опускает руки с Правилами.)
Seventh. Yeah! (Обводит всех пальцем . ) Ага! All! Предлагаю бежать в другую сторону.
Fifth. I am against.
Sixth. And I.
Ninth. А я за.
Десятая. А я… А я…
Third. А я доел.

Десятая передает свою тарелку Девятому и начинает есть из тарелки Первого. Вторая доела и ставит тарелку на стол. Судья свистит в свисток.

First. Закончить прием пищи! Приготовиться к приему воды!

Все ставят свои тарелки на стол и выстраиваются с левого края сцены. Вторая расставляет стаканы в ряд и наливает в них воды. Судья свистит в свисток.

Приступить к приему воды!

Все друг за дружкой быстро бегут к столу, хватают стаканы, пьют на ходу, как марафонцы, и кидают пустые стаканы в урну в конце стола. Вторая бежит последней, не торопясь, но не от края сцены, а от края стола. Судья свистит в свисток.

Закончить прием воды! Ух, все.

Все номера расслабляются и уходят, нечетные уносят с собой стол, четные — посуду. Из-под потолка опускается платформа, на ней Ноль с бумажным пакетом фастфудовской еды. Он садится на свое ложе, начинает есть гамбургер, картошку и пить напиток через трубочку. Ноль жует и безразлично смотрит перед собой. Входят Седьмой и Девятый.

Ninth. А здорово ты, брат! Я бы никогда так не решился! При всех!
Seventh. Да что там, брат, это только начало, я еще не такое придумаю!
Ninth. Я думал, мы вместе…
Seventh. Конечно, вместе. Вместе придумаем и сделаем тоже вместе!

Уходят, обнявшись. Входят Первый и Пятый. Пятый на ухо науськивает Первого.

Fifth. Это возмутительно… такое неуважение к нашим…
First. Но в Правилах же действительно не указано, в какую сторону…
Fifth. Это неважно, важны не буквы на страницах Правил, а их запах или вкус, я уже не помню, но это неважно. Это нарушение всяких…

Оба уходят. Входят Вторая и Восьмая.

The second. Так что, дорогуша, не знаю даже, что нам теперь с тобой делать.
Восьмая. What to do?
The second. Вот и я не знаю. Расторжение пар — это, конечно, не по Правилам, но что делать, надо иногда допускать и исключения.

Вторая, уходя, вскидывает руки, как при выстреле, Восьмая уходит, семеня, за ней. Ноль доел, ковыряется в зубах и периодически поглядывает вниз. Входят Третий и Шестая. Шестая кричит в ухо Третьему. Третий не понимает ее или делает вид, что не понимает.

Sixth. Я вам точно говорю.
Third. Yes, yes.
Sixth. Почти каждую ночь.
Third. Ну понятно, ночь — она за днем, день за ночью, все правильно, все правильно, таков порядок. (Уходит . )
Sixth. Тьфу ты, глухомань ты наша — никакого удовольствия.

Шестая бросается вслед за Третьим. Ноль ловко плюет ей в спину из трубочки. Шестая, уходя, взвизгнула от попадания — Ноль ухмыльнулся. С разных сторон входят Четвертая и Десятая. Четвертая явно ищет кого-то, Десятую распирает любопытство. Десятая стоит, потупив взор, и исподлобья глядит на прохаживающуюся Четвертую.

Десятая. А каково это?
Четвертая. What?
Десятая. Ну, это? (Кивает на комментаторскую кабину . )
Четвертая. А ты что, еще не того?

Десятая отрицательно машет головой. Четвертая развязно подходит к ней, собираясь поиздеваться. Десятая немного отступает боком и сжимается.

Это не очень страшно. Одной темной-темной ночью тебя поведут в темную-темную кабину, там тебя будет ждать темный-темный человек, он достанет темный-темный…

Десятая не выдерживает и с криком убегает. Четвертая смеется, запрокинув голову, и медленно уходит в другую сторону развязной походкой. Спустя некоторое время на табло загорается время — 19:00. Судья свистит в свисток. Все номера выбегают на сцену.

First. To the start!

Все становятся с левого края сцены, в ворота, где написано «СТАРТ», строго по номерам, начиная с Первого, который стоит с дальней стороны, до Десятой, которая стоит с ближней к залу стороны шеренги.

Attention!

Все занимают верхнюю стартовую позицию для бега. Первый достает из своей кобуры маленький золотой стартовый пистолет и стреляет из него. Играет быстрая музыка. Первый начинает бежать первым, следом за ним — Вторая и так далее, по очереди. Первый, добежав до середины, застывает в дурацкой позе бега, улыбаясь и повернув лицо в зал, затем снова бежит к правым воротам «ФИНИШ». Все повторяют за ним, синхронно и отработанно. Когда все финишируют, раздается свисток. Ноль внимательно наблюдал за всей процедурой. Все начинают потихоньку расходиться. Пятый тяжело дышит.

Пятый (отдуваясь) . Люблю старт!
Ninth. Потому что он короткий?
Fifth. Нет, просто люблю.
Десятая. А я обед люблю. А давайте вместо старта сделаем второй обед?
Восьмая. Ты что, дуреха! Хватит на сегодня рацпредложений.

Восьмая с опаской смотрит вверх. Ноль обыденно швыряет вниз одну из молний и бьет в литавры.

Вот видишь, даже Ноль разгневался! Пойдем лучше.
Третий ( проходя мимо них) . О, гром. К дождю, видать…

Все, разбившись на кучки по половому признаку, начинают постепенно уходить, каждый пол на свою сторону: нечетные налево, четные направо. Сцена пустеет, свет тускнеет. Судьи начинают разматывать и устанавливать центральную сетку. Установив, включают свои фонарики и начинают медленно, как тени, ходить вдоль забора, каждый по своей стороне. Ноль наверху явно скучает под зажженным ночником. Медленно входит Седьмой и становится посередине своей половины. Входит Восьмая и точно так же становится на своей стороне. Седьмой замечает ее и подходит немного ближе. Восьмая видит его, но не подходит. Атмосфера довольно тягостная. Ноль, видя, что ничего не происходит, немного льет возле Восьмой воды из лейки.

Восьмая (резко оттаяв) . Ой, а у нас дождь пошел. (Подставляет руку под капли . )
Седьмой (радостно) . А у нас нет.

Ноль переходит на другой край платформы и поливает на сторону Седьмого.

Seventh. А теперь у нас пошел.
Восьмая. А у нас закончился. (Снова подставляет руку . ) Ты больше не любишь меня?

Седьмой опускает голову.

Теперь ты любишь ее? Или ты всегда любил только ее?

Седьмой (выдавливая) . No.
Восьмая. Что нет? (Подходит немного ближе к сетке . ) В последнюю ночь передачи эстафетной палочки ты был не так ласков, как всегда. Я это сразу почувствовала. Четные всегда это чувствуют. А нечетные, пока не застукают свою пару с другим в комментаторской кабине, ничего и не поймут.

Pause.

Почему ты молчишь?
Seventh. А что сказать?
Восьмая. Ну, скажи что-нибудь. Ведь ты думаешь что-то, ты постоянно думаешь что-то. И что ты делать дальше будешь? Ведь ты ее ждал, а не меня! Или к тебе очередь?
Seventh. Зачем ты так говоришь! Нет, я тебя ждал.
Восьмая. Не ври. Я все чувствую, я всегда все чувствую…
Seventh. Правда, тебя. С Четвертой все кончено.
Восьмая. И давно?
Седьмой (неуверенно) . Today.
Восьмая. I don't believe you. Я знаю, что такое любить. Это по-другому.
Seventh. Любят всегда одинаково. Нельзя любить как-то по-другому.
Восьмая. Ага, нельзя любить по-другому, а можно любить только другую. Ну что ты в ней нашел? Что, на ней полоски по-другому нарисованы? Но ведь это же только сверху, под этим (оттопыривает свою одежду) мы ведь все одинаковые!
Седьмой (тихо) . Я тебя люблю, я не ее…

Восьмая опускает голову. Ноль от скуки начинает крошить снег на Седьмого. Седьмой снова обрадовался и ободрился.

Вот снег пошел. Я очень люблю снег.

Ноль высыпает на Седьмого все ведро. Седьмой стоит весь в бумажном снегу, затем закрывает глаза, разводит руки в стороны и поднимает лицо вверх.

(Громко . ) И еще я очень люблю тебя!

Восьмая смотрит на Седьмого. Ноль смотрит в пустое ведро и уезжает на платформе наверх.

(Еще громче . ) Да! Very! Сильнее всего! Всего, что здесь есть! (Кричит и убегает . ) Я очень люблю тебя! Я очень люблю только тебя.

Восьмая, растаявшая, медленно уходит, улыбаясь. Из-под потолка опускается платформа с Нолем, у него в руках два ведра, полных снега. Он выискивает глазами Седьмого, не находит, немного расстраивается, вываливает весь снег вниз, бьет в литавры, ложится спать и гасит ночник. Сцена погружается во мрак.