Рождество в Ниневии

Когда мы говорим социолингвистических проблемах и о том, как с лингвистической карты мира исчезают те или иные языки в результате депортации или истребления различных этнических групп, мы редко задумываемся о том, как это выглядит «изнутри». Но за любыми социальными, демографическими и лингвистическими изменениями стоят живые истории обычных людей, которые и сами не рады, что оказались в эпицентре исторических событий. Близится Рождество, и христиане многих конфессий готовятся встретить его в ночь с 24 на 25 декабря. Для некоторых это прежде всего семейный праздник, вкусный стол и подарки, для других — церковное празднество, а для христиан Ирака нынешнее Рождество стало не столько радостью, сколько испытанием на прочность. Летом этого года мы уже писали о положении ассирийцев Ирака, чье физическое выживание в результате очередной войны оказалось под угрозой [1]. С тех пор, увы, мало что изменилось в лучшую сторону.

7 августа, когда ассирийские диаспоры по всему миру поминали мучеников, пострадавших во время геноцида 1915 года, боевики Исламского государства Ирака и Леванта (ИГИЛ) заняли Бахдиду, город, который до того считался одним из оплотов христианства в Северном Ираке. Курдские войска отступили и сдали город противнику. К счастью, большинству жителей удалось спастись: они с минуты на минуту ждали наступления боевиков и были готовы к экстренной эвакуации. На момент сдачи города в нем находились в основном вооруженные мужчины: женщины, дети и пожилые люди еще в июле были отправлены в Эрбиль, Дохук, Алкош и другие безопасные города на севере Ирака. Увы, несколько семей по неизвестным причинам не прислушались к сигналам тревоги и остались в Бахдиде. Об их дальнейшей судьбе ничего не известно. Защищать город своими силами мужчины не могли: хоть они и были вооружены, горстка добровольцев с автоматами не могла бы противостоять хорошо обученной армии, оснащенной новейшей боевой техникой.

Точно так же соседние ассирийские города и деревни опустели и были заняты исламистами. Из близлежащих деревень бежали езиды и другие представители религиозных и этнических меньшинств.

Ассирийские беженцы разместились кто где: в съемных жилищах, в домах родственников, церквях, школьных классах. Летом многие ночевали под открытым небом или в палатках, но уже осенью такие ночевки стали опасными для здоровья: обильные холодные ливни превратили палаточные городки в болота, многие палатки оказались затоплены. Жить в таких условиях чем дальше, тем сложнее, тем более детям. Зимы на севере Ирака хотя и короткие, но довольно суровые. В горах часто выпадает снег, и температура воздуха порой доходит до минус десяти градусов. Понятно, что в таких условиях в палатке зимовать невозможно.

Разумеется, многие, особенно молодежь, рады были бы покинуть страну и отправиться на заработки в Западную Европу или Новый Свет. Однако для выезда из страны необходим паспорт, и не у всех граждан Ирака он имеется. Очереди на получение паспорта приходится ждать месяцами. Кроме того, шанс зацепиться в другой стране есть прежде всего у тех, чьи родственники уже обосновались и прижились за границей. Так, Франция приняла у себя ограниченное число ассирийских беженцев. Но только тех, чьи родственники уже имеют французское гражданство.

На фоне общемирового кризиса безродные беженцы никому не нужны. Несмотря на то что ассирийцы в большинстве своем квалифицированные специалисты во многих областях, включая медицину, и владеют как минимум английским языком, а иногда к нему прибавляются еще один-два европейских, чем дальше, тем меньше у них возможности получить работу в странах Западной Европы. Уровень безработицы растет, своим гражданам не всегда хватает рабочих мест, а содержать толпу безработных становится всё труднее. Так, после иракской войны 2003 года Швеция не только принимала у себя беженцев, в том числе и ассирийских, но и выделяла такие щедрые пособия, что на них можно было жить, не работая. Теперь такой возможности содержать иностранцев за счет налогов своих граждан нет, и уехать в Швецию и жить безбедно, как раньше, практически невозможно.

При этом многие политические и религиозные лидеры ратуют за то, чтобы ассирийцы, несмотря на все трудности, оставались в Ираке: массовая эмиграция может привести к тому, что со временем ассирийцы ассимилируются и постепенно растворятся в других народах, исчезнет и язык, и сам этнос. При этом многие бывшие жители Ниневийской равнины разделяют эту точку зрения и весьма болезненно воспринимают перспективу ассимиляции.

Автору этих строк довелось этим летом пообщаться с ассирийцами, пострадавшими в результате действий ИГИЛ. Счастливые обладатели паспортов смогли приехать в Тбилиси по приглашению тамошней ассирийской диаспоры. Однако найти работу в Грузии оказалось нелегко, и для некоторых пребывание в спокойной и безопасной стране стало лишь передышкой перед возвращением на родину. По их словам, далеко не все, оставив свои дома, оказались в бедственном положении: некоторых приютили родственники, многие состоятельные семьи смогли снять неплохое жилье.

«Основная наша проблема не бедность, а безработица. Сейчас мы можем себя обеспечить, но если не начнем зарабатывать, то попросту потратим все деньги и окажемся в нищете, — так оценивают ситуацию жители Бахдиды, находящиеся сейчас в Анкаве, пригороде Эрбиля. — Больше всего нам хотелось бы вернуться в родной город. Но даже если удастся выбить оттуда боевиков, нам придется восстанавливать его из руин. На это уйдет не меньше года, да и будут ли у нас средства на восстановление?»

Прогнозы строить сложно: ситуация может измениться в любую сторону. Сейчас боевики под давлением войск международной коалиции начали отступать, но до освобождения Ниневийской равнины, где еще полгода назад компактно проживали ассирийцы, далеко. Впрочем, одно лишь отступление войск не делает освобожденные территории пригодными для жилья: они могут оказаться заминированными, и гражданским лицам в таком случае невозможно сразу же возвращаться в родные дома из эвакуации. Да и дома не всегда оказываются целы… Тем не менее в последние месяцы беженцев уже не называют беженцами, для них есть новое определение: «временно перемещенные лица». Эта временность вселяет некоторую надежду, но «перемещенные» никаких иллюзий не строят: «После всех этих событий мы никому не доверяем. Кому выгодно нас защищать и заниматься нашими проблемами? Как это ни печально, мы можем надеяться только на себя и свои силы».

Мировое сообщество, с одной стороны, шокировано преступлениями ИГИЛ, с другой — слишком занято множеством более важных для себя социальных проблем: экономический кризис затронул интересы многих стран Европы, и трагедия собратьев по вере где-то там далеко на Востоке меркнет по сравнению с собственными драмами. Конечно же, религиозные деятели оказывают по мере возможности моральную поддержку. Папа Римский не раз подбадривал иракских католиков. Делегация французских священников во главе с епископом Лионским прибыла в начале декабря в Эрбиль и устроила праздник света. Французы привезли гуманитарную помощь и тысячи свечей в знак солидарности и надежды, а также утешающее видеопослание Папы. Возможно, праздник получился прекрасным, но общая ситуация не изменилась.

Как и сто лет назад, оказавшись в бедственном положении, ассирийцы обратились к помощи России. Именно Российская империя в свое время помогла многим ассирийцам Турции и Ирана спастись от геноцида и предоставила убежище. С тех пор существует российская ассирийская диаспора, у многих обывателей ассоциирующаяся с артелью чистильщиков обуви. Современные представители диаспоры, многие из которых социально весьма успешны, делают всё возможное, чтобы поддержать иракских соплеменников.

В конце октября в Эрбиль отправилась делегация Императорского православного Палестинского общества, в составе которой был и представитель ассирийской диаспоры Роланд Биджамов. Делегация доставила гуманитарную помощь и встретилась с ассирийскими политическими лидерами. Одним из важных последствий этой поездки, кроме помощи «временно перемещенным лицам», стало впервые прозвучавшее на центральных телеканалах и в центральной прессе название этноса. Если раньше в сводках новостей говорили о безликих «христианках Ирака» без роду и племени, то на сей раз дикторы говорили об ассирийцах Ирака. Может быть, со стороны это по-кажется мелочью, но употребление этнонима для народа, который журналисты долгое время не называли своим именем, вызвало большой резонанс в диаспоре.

Совсем недавно, 8 декабря, делегация, состоящая из представителей нескольких ассирийских политических партий, посетила российское консульство в Эрбиле и была принята генеральным консулом РФ Виктором Симаковым и вице-консулом Евгением Аржанцевым. Темой обсуждения стало нелегкое положение ассирийцев и будущее Ниневийской равнины. Каким будет результат этих встреч, покажет время.

Пока же ассирийцы Ирака готовятся к Рождеству, наряжают елки и ставят вертепы. Несмотря ни на какие испытания, праздник должен быть, как обычно, волшебным и радостным. Дети ждут подарков от местного Деда Мороза, а взрослые ищут утешения в молитве, поскольку больше пока ничего сделать невозможно.

Благодарим A Demand For Action за любезно предоставленные фото. Больше снимков здесь: www.ademandforaction.com/?page_id=156

1. Ассимиляция или смерть? // ТрВ-Наука № 158, 2014 год.