В среду, 21 января, в швейцарском Давосе откроется 45-й Всемирный экономический форум (ВЭФ). В его работе примут участие более полутора тысяч бизнесменов, политиков и экспертов, многие из которых воспользуются форумом как площадкой для оглашения своих прогнозов на следующий год. Однако «кредитная история» такого рода предсказаний довольно слабая – нередко прогнозы аналитиков сбывались с точностью до наоборот.

Классическим примером такой ошибки можно считать заявление премьер-министра Египта Хишама Кандиля. В январе 2013 года в рамках ВЭФ он заявил репортерам CNBC: «Мы знаем, куда сейчас направляемся. Сейчас у нас переходный период, но перед нами лежит чистый политический путь». Полгода спустя Кандиль вынужден был уйти в отставку после свержения президента Мохаммеда Мурси. После этого он еще год провел в заключении, пока его апелляция не была принята судом.

Другая отличительная черта Давосских форумов – их организаторы нечасто обращаются к текущей повестке дня, предпочитая создавать площадку по обсуждению самого широкого круга тем, созданию общего подхода к глобальным долгосрочным вызовам. Это иллюстрирует список весьма туманных «тематик года» ВЭФ за последние несколько лет.

Заявленные темы Всемирного экономического форума

2003 год: «Создавая доверие»

2004 год: «Партнерство ради безопасности и процветания»

2005 год: «Неся ответственность за трудный выбор»

2006 год: «Необходимость в созидании»

2007 год: «Сдвиги в балансе сил»

2008 год: «Сила совместных инноваций»

2009 год: «Оформляя посткризисный мир»

2010 год: «Переосмысление, переработка, перестройка»

2011 год: «Общие нормы для новой реальности»

2012 год: «Великая трансформация: создавая новые модели»

2013 год: «Гибкий динамизм»

2014 год: «Переформатирование мира: последствия для общества, политики, бизнеса»

2015 год: «Новый глобальный контекст»

Из стандартного для ВЭФ семантического ряда «переосмыслений», «сотрудничества», «трансформаций» и «динамизма», вневременных по своей сути, изредка выделяются действительно «горячие» темы. Так произошло в 2004 году на пике «войны с терроризмом», в январе 2009 года, когда мировая экономика едва достигла «дна» рецессии. Так произошло и сейчас, когда первым пунктом повестки ВЭФ был вынесен кризис международной политики.

По мнению организаторов форума, тема «нового глобального контекста» отражает дестабилизацию мировой системы и отсутствие порядка в классическом его понимании: «Мир сейчас не однополярен или многополярен, он бесполярен». В этом контексте ситуация напоминает 1815 год, когда после Наполеоновских войн европейские дипломаты создали Венскую систему международных отношений – «новый мировой порядок».

Несмотря на то, что форум устремлен в будущее, его участники будут обмениваться мнениями по уже случившимся событиям. Встреча в Давосе фактически отстает на один шаг, реагируя на прошедший 2014 год. В свою очередь, год назад мало кто ожидал такого развития событий – в центре дискуссии были вопросы экономики и экологии.

Ненадежный оракул

В 2014 году во время Всемирного экономического форума прозвучали тезисы и прогнозы, которые не реализовались. Среди наиболее ярких – утверждение главы Банка Японии Харухико Куроды о «коренном переломе в экономике Японии». В начале прошлого года банкир был уверен, что Японии удалось вырваться из рецессии и справиться с дефляцией. Однако спустя 12 месяцев стало очевидно, что экстраординарные меры, на которые был вынужден пойти Банк Японии – значительный выкуп ценных бумаг с целью предоставления местному рынку большей ликвидности – пока не увенчались успехом. Страна продолжает пребывать в рецессии.

Среди более глобальных ошибочных предсказаний экспертов форума – тезис, что в ближайшем будущем наибольшую опасность будут представлять фискальные кризисы в крупнейших экономиках, а также безработица. США и Евросоюз закончили прошлый год без масштабных фискальных кризисов, а уровень безработицы в Европе драматически не вырос. На первый же план в 2014 году вышла геополитика.

С другой стороны, участники и эксперты форума верно спрогнозировали значительный рост американских фондовых индексов и отсутствие внятного экономического прогресса у большинства развивающихся государств.

Ошибались участники Давоса и в предыдущие годы. Помимо египетского премьера Кандиля, ошибался и сам основатель ВЭФ Клаус Шваб. В январе 2008 года он писал: «Год назад мы столкнулись с нарастающим чувством экономической неуверенности и всеобщей уязвимости. В этом контексте «совместные инновации» могут стать стимулом к сотрудничеству».

На самом же предкризисном форуме 2008 года эксперты были умеренно-оптимистичны. Глава Управления инвестиций Кувейта Бадер аль-Саад отмечал, что финансовый рынок США представляет «чистые инвестиционные возможности». Экс-министр финансов США Джон Сноу заявил, что вероятная рецессия в Штатах «будет короткой и неглубокой». Краха такого гиганта, как Lehman Brothers, не предсказал никто.

Тогда прав оказался экономист Нуриэль Рубини, который спрогнозировал длительный финансовый кризис с множеством банкротств, который продлится «не меньше года». Однако в 2012 году он же предсказал скорый выход Греции из еврозоны, который до сих пор не произошел. Годом ранее Кристин Лагард, бывшая тогда французским министром финансов, объявила на ВЭФ, что Европа «сделала поворот», начала выходить из рецессии. Полгода спустя греческий долговой кризис вступил в свою острую фазу.

В середине «нулевых» – в период между эпохой «доткомов» и мировым экономическим кризисом – популярностью пользовались прогнозы в сфере компьютерных технологий. В 2003 году основатель Microsoft Билл Гейтс выражал скепсис по отношению к Google, которая на тот момент еще не провела IPO. «Эти ребята из Google хотят стать миллиардерами и рок-звездами. Посмотрим, захотят ли они вести этот бизнес года через два-три». На 19 января 2015 года рыночная капитализация Microsoft и Google составила $381 млрд и $345 млрд соответственно. Кроме того, в 2004 году Гейтс обещал, что с интернет-спамом будет покончено за два года.

Надежда умирает последней

В ситуации с прогнозами, которые приурочены или делаются во время Всемирного экономического форума, его гости признают, что наибольшую опасность представляют угрозы и ситуации, о которых ничего не известно – «неизвестное неизвестное». В начале 2014 года, несмотря на углубление украинского кризиса, никто не предполагал, что Россия присоединит Крым – больше опасений вызывала Юго-Восточная Азия и возможная война Китая и Японии. Кроме того, в январе прошлого года эксперты форума не смогли предсказать возникновение «Исламского государства» (ИГИЛ) на севере Ирака и Сирии. Баррель нефти марки Brent по $50 в начале 2015 года также стал сюрпризом для аналитиков. Год назад она стоила порядка $107.

Осознавая важность своих заявлений и мировое внимание к Давосу, его участники призывают с осторожностью оценивать их прогностические способности. Форум призван решать проблемы мирового уровня – от него не нужно ожидать конкретных решений, утверждают сами участники события.

Сотрудник форума, журналист Адриан Монк, в середине декабря опубликовал на сайте ВЭФ колонку, в которой напомнил, что в начале 2014 года никто из участников форума не говорил об Эболе как о глобальной угрозе. Однако форум предупреждал о пандемиях как об угрозе всему миру еще в 2007 и 2008 годах, пишет Монк. «Проблемы, которые призван обсуждать Всемирный экономический форум, носят долговременный характер, они действительно угрожают всему миру. В этой связи для выработки долгосрочных, а не просто временных решений, необходимо время. Иногда слишком много времени», – пишет журналист.

Джордж Сорос предсказывал США кошмарный год. Страну, по мнению финансиста, ждут уличные бунты, которые приведут к драконовскому ограничению гражданских свобод. Весь мировой экономический порядок может рухнуть, предупреждал Сорос. Действительно, в 2014 году в США происходили массовые акции протеста и беспорядки в связи с полицейским насилием с расовой подоплекой, а экономические санкции против России изменили мировую экономику. Вот только Сорос делал эти прогнозы для 2013 года.

Давосские оракулы: как ошибаются признанные эксперты