Расчет с неизвестными

Музейное строительство — это почти всегда разногласия, споры и ссоры. Примеры последних лет — начиная с то замороженного, то размороженного «Музейного городка» для ГМИИ им. А.С. Пушкина и нового здания ГЦСИ (1, 2), проект которого несколько раз со скандалами изменяли и переносили с места на место, и заканчивая Гуггенхаймом в Абу-Даби, где нарушаются трудовые права строителей, — тому подтверждение. Что же происходит в тихой финской столице?

В конце ушедшего года в СМИ появилась информация о финалистах архитектурного конкурса проектов Музея Гуггенхайма в Хельсинки. Казалось бы, первый этап состоялся, предлагаемые обстоятельства известны, даже выделен участок земли под застройку — наконец-то подвижки в общемировой тенденции, когда споры и скандалы в связи со строительством крупных музеев носят систематический характер. Однако решения как такового о строительстве музея еще нет. Проект находится в подвешенном состоянии уже несколько лет, периодически мелькая на горизонте общественного интереса и политических дискуссий.

В каком-то смысле Хельсинки «перехватил» проект у Вильнюса, где вот-вот должен был вырасти местный Гуггенхайм, спроектированный Захой Хадид, но из-за сомнительной финансовой истории с Центром изобразительных искусств Йонаса Мекаса проект был оперативно свернут. В 2009 году город Хельсинки выступил с предложением изучить возможность построить Музей Гуггенхайма в финской столице. До этого, в 2008-м, в правление Фонда Гуггенхайма вошел финн Карл Густав Эрнрут, знаменитый инвестор и коллекционер.

На фоне довольно мрачных экономических новостей инвестиции в Музей Гуггенхайма кажутся горожанам излишней роскошью.

Фонд Гуггенхайма подготовил свое первое официальное предложение администрации города в 2012 году. Но проект не прошел голосование в городском совете Хельсинки. На следующий год была предпринята вторая попытка, тогда фонд несколько подкорректировал свои запросы, однако основные суммы и модель финансирования остались без изменений.

Народные дискуссии вокруг нового музея в Хельсинки не принимали такого масштабного характера, пока общественности не были представлены суммы и предполагаемые источники финансирования проекта — прежде всего, из муниципального бюджета. Именно город Хельсинки должен взять на себя строительные расходы — около 130 миллионов евро. Также государственное и муниципальное финансирование предполагается привлечь на оперативные расходы, затраты по содержанию здания, зарплаты сотрудников, оплату выставок, создание инфраструктуры. К тому же Фонд Гуггенхайма запросил ежегодные лицензионные отчисления — порядка 30 миллионов долларов за первые 20 лет. Роль частных средств остается невыясненной, хотя именно использование иных источников финансирования, нежели бюджетные миллионы, может примирить депутатов городского совета с существованием музея, судя по свежему опросу, проведенному национальной телерадиокомпанией Yle.

Среди представителей местного художественного сообщества бытует мнение, что подобный «франчайзинговый» проект вовсе не обязателен для Хельсинки и «Бильбао-эффект» здесь не сработает. Все это интересно, конечно, и новый музей был бы нужен городу. И комплексы финнов по поводу недостаточной «открытости миру» были бы уж точно побеждены, и поток туристов бы не помешал. Но, пожалуйста, не за государственный счет. И вообще на фоне довольно мрачных экономических новостей инвестиции в Музей Гуггенхайма кажутся горожанам излишней роскошью. По традиции, социально ангажированные деятели финского искусства стремятся поддержать проекты, имеющие четко сформулированную общественную значимость. А планов развития у Хельсинки и так много — на 35 лет вперед, и среди них активно обсуждаются такие крупные, ресурсозатратные проекты, как Центральная библиотека и детская больница.

Кстати, в качестве альтернативы Музею Гуггенхайма, «угрожающему» Хельсинки, родилось целое движение The Next Helsinki. Сутью этого конкурса являются привлечение идей и людей для нахождения решений по преобразованию Хельсинки, «вживление» культуры и искусства в городское пространство, а также очень четко артикулированная позиция против «брендинга города за счет торговой марки кого-то другого» на «деньги налогоплательщиков».

Тем временем Фонд Гуггенхайма уже организовал конкурс проектов согласно материалам Yle, фонд даже подавал заявку на финансирование данного конкурса из государственного бюджета, а Министерство труда и промышленности пообещало эти средства выделить в рамках программы по поддержке строительства из дерева. Но здесь уже вмешался министр культуры и спорта Пааво Архинмяки, а столичное отделение одной из политических партий пригрозило целиком отменить свою поддержку данного проекта. Тут Фонд Гуггенхайма принял решение все-таки отозвать свою заявку на бюджетное финансирование и самостоятельно привлечь средства для Guggenheim Helsinki Design Competition под эгидой Фонда поддержки Гуггенхайма Хельсинки, Ассоциации Гуггенхайма Хельсинки, Фонда Луизы и Йорана Эрнрут, а также при участии неназываемых частных доноров. Бюджет конкурса запланирован в районе 2,2 млн евро.

При этом город Хельсинки благополучно предоставил фонду участок земли для проведения конкурса — Южный порт Хельсинки (Eteläsatama) в историческом центре города. Эта пока еще тихая гавань — часть самого «имиджевого» пейзажа Хельсинки, неподалеку расположены президентский дворец, посольство Швеции, мэрия города. По поводу предполагаемого местоположения музея также возникли споры и опасения, что здание не впишется в «национальный ландшафт», закроет вид на море. И хорошо бы вообще организовать музей где-нибудь подальше от центра, чтобы развивать инфраструктуру других районов.

На туристов из России возлагаются (как и всегда) большие надежды.

По мнению начальника Департамента городского планирования Микко Ахо, как раз Южный порт, который сейчас выполняет функции парковки, только выиграл бы от строительства музея. Ахо подчеркнул, что одним из важнейших критериев отбора конкурсных проектов была многофункциональность здания как культурного центра. Микко Ахо также входит в состав жюри архитектурного конкурса. Фонд Гуггенхайма привлек к работе в жюри и других представителей городской администрации Хельсинки, а также видных экспертов и архитекторов.

На конкурс поступило более 1700 проектов. Жюри выбрало шесть финалистов: AGPS Architecture Ltd. (Цюрих и Лос-Анджелес), Asif Khan Ltd. (Лондон), Fake Industries Architectural Agonism (Нью-Йорк, Барселона, Сидней), Haas Cook Zemmrich STUDIO2050 (Штутгарт), Moreau Kusunoki Architectes (Париж), SMAR Architecture Studio (Мадрид, Австралия). Победитель будет объявлен в июне и получит приз в размере 100 тысяч евро.

По словам Ари Вайсмана, заместителя директора Фонда Гуггенхайма, ответственного за стратегическое планирование, — чем так интересен Хельсинки, так это доступом к принципиально новым сообществам, в том числе к российской аудитории. На туристов из России возлагаются (как и всегда) большие надежды. Также проекты в Хельсинки планируются как «принципиально отличающиеся» от Нью-Йорка и Бильбао.

***

На презентации финалистов в зале Scandic Marina, откуда можно наблюдать вожделенный порт Eteläsatama, кто-то задал вопрос: «Мы все обсуждаем архитектуру, функциональность да экономику. Но почему никто не говорит об искусстве?» В зале послышался смех. Да, возникло ощущение, что про искусство в суматохе почти забыли. Какой же вклад в культурную жизнь страны ожидается от Музея Гуггенхайма помимо экономических обоснований, «включения в международную сеть под брендом…» и прочее, и прочее?

По словам директора Департамента культуры города Хельсинки Стубы Никулы, было бы неплохо, если бы в Хельсинки имелся музей с годовым выставочным бюджетом в пять миллионов евро. Если учесть, что у столичных музеев Kiasma, «Атенеум», Художественный музей Хельсинки в распоряжении менее миллиона евро в год на выставки, интересно было бы посмотреть, какие экспозиции показывались бы в Хельсинки при бюджете в пять миллионов и еще полмиллиона на пиар. По мнению Никулы, это можно сделать и без строительства нового пространства.

«Странно, что художественное значение и воздействие проекта не обсуждалось. Музей Гуггенхайма выглядит, прежде всего, как экономическая, а не культурная инвестиция. Культурная политика финской столицы сейчас направлена в иное русло: гораздо важнее развивать отдаленные районы, поддерживать культурные центры на окраинах. Важнее стимулировать горожан активно участвовать в культурной жизни города, создавать общий благополучный социальный контекст, — считает Стуба Никула, — вряд ли Музей Гуггенхайма решит наши внутренние проблемы».

Дискуссии вокруг Музея Гуггенхайма в Хельсинки стали практически неотъемлемой частью информационного пространства Суоми, периодически «вспыхивая» с новой силой по тому или иному поводу. «Гуггенхайм» уже стал понятием нарицательным, но вместе с тем лишился статуса абстрактного проекта — возник своего рода эффект присутствия, постоянно укрепляемый открытыми лекциями, презентациями, запланированной в скором времени выставкой. Остается лишь догадываться, куда выльется «незавершенный гештальт» Гуггенхайма, у которого на счету несколько таких несостоявшихся проектов в разных странах, и что в итоге Хельсинки решит сделать с собой на радость жителям и российским туристам.