Минские соглашения-2: слабые места

Какие вопросы вызывают новые мирные договоренности по Донбассу

«Нормандская четверка» и трехсторонняя контактная группа 12 февраля одобрили в Минске два новых документа, которые должны остановить войну на юго-востоке Украины. Договоренности, среди прочего, предполагают прекращение огня, отвод тяжелых вооружений, проведение на Украине конституционной реформы (бумаги посвящены, прежде всего, заморозке конфликта, а социально-экономического положения в Донбассе касаются минимально). Некоторые формулировки и само оформление документов дают повод сомневаться, что новые соглашения радикально повлияют на ситуацию. «Медуза» изучила бумаги и определила слабые места новых минских договоренностей.

Неясный статус подписантов. В Минске приняли два документа — «Комплекс мер по выполнению Минских соглашений» и декларацию лидеров «нормандской четверки» в поддержку этих мер. Декларация — не подписной документ, это заявление, а под первой бумагой стоят пять подписей членов трехсторонней контакной группы. Если статус представителя ОБСЕ (Хайди Тельявини) и посла России на Украине (Михаил Зурабов) не вызывает вопросов, то с остальными подписантами все сложнее. Украину представляет Леонид Кучма, который сейчас не занимает никакой официальной должности — в документе он фигурирует как «второй президент Украины». А лидеры самопровозглашенных Донецкой и Луганской республики (Александр Захарченко и Игорь Плотницкий) и вовсе названы только по именам. Формулировка, выбранная для декларации в поддержку контактной группы, чрезвычайно аккуратна: «В этом контексте лидеры одобряют Комплекс мер по выполнению Минских соглашений, принятый и подписанный в Минске 12 февраля 2015 года всеми, кто также подписал Минский протокол от 5 сентября 2014 года и Минский меморандум от 19 сентября 2014 года» (курсив — «Медуза»). Сентябрьские документы подписывали те же пять человек.

Неясно, отменяют ли новые договоренности прежние соглашения Минской группы. Принятые в Минске документы — продолжение переговорного процесса, который завершился в сентябре 2014 года подписанием Минского протокола и меморандума. Непонятно, отменяют ли новые соглашение действие прежних. Это могло бы выглядеть придиркой, если бы не противоречия в некоторых важных пунктах. Например, февральский документ расширяет зону безопасности между конфликтующими сторонами — увеличивает расстояние, на которое стороны должны отвести тяжелое вооружения. При этом непонятно, действуют ли требования сентябрьского меморандума — запрет на установку мин и полеты боевой авиации и беспилотников в границах этой зоны.

Непонятен выбор сроков прекращения огня. Минские соглашения подписаны 12 февраля, а прекращение огня на востоке Украины намечено только на 15 февраля. Это создает угрозу срыва соглашений из-за потенциального обострения и без того тяжелой обстановки на фронте. Если верить сепаратистам, в «котле» под Дебальцево остается около 8000 украинских военных (ВСУ это отрицает).

Некоторые формулировки дают большой простор для интерпретаций. Новый документ унаследовал один из главных недостатков старого — размытость формулировок. Например, из пункта о «разоружении незаконных групп» не следует, о каком законе идет речь. Сложно говорить об общем понимании слова «законность», когда одна сторона называет себя республикой, а другая признает ее террористической организацией.

Непонятно, что будет с особым статусом Донбасса. И сентябрьские, и февральские соглашения предусматривают создание в Донбассе особой территории с ограниченной автономией. После подписания прежнего документа Рада приняла закон об особом статусе. С тех пор дата выборов в органы самоуправления особых территорий, прописанная в законе, устарела, документ требует поправок (в ноябре 2014 года в ДНР и ЛНР состоялись выборы местных парламентов и глав республик, Киев их не признал). Кроме того, согласно закону, границы особых территорий должна была определять Рада, но депутаты до сих пор этого не сделали. В конце октября состав украинского парламента сменился, и неизвестно, поддержит ли новый созыв февральские обещания Порошенко и Кучмы.

Неясна судьба обещанной конституционной реформы. Президент Порошенко, который в минской декларации гарантировал проведение конституционной реформы, не может выполнить свое обещание самостоятельно. По украинским законам инициативу президента должны поддержать, по меньшей мере, 2/3 Рады (300 депутатов). Во фракции Блока Порошенко сейчас 150 депутатов, при этом практика показывает, что на Украине даже депутаты из одной фракции могут голосовать по-разному.

Неясно, какая территория остается за сторонами. Документ сформулирован так, что военные границы могут не совпасть с политическими. Депутатам Рады предлагается назначить границы особых территорий, отталкиваясь от линии фронта, зафиксированной еще в сентябре. С тех пор сепаратисты захватили новые районы, из документа неясно, под чей контроль попадет пространство между старой и новой линиями фронта. Этот пункт может вызвать серьезные разногласия.

Непонятно, что будет с иностранными формированиями на территории Украины и контролем границы. Украинская сторона не раз заявляла, что один из ключевых моментов переговоров — возвращение границы с Россией под контроль ВСУ. Украина и другие страны обвиняют Россию в поставках техники сепаратистам и участии российских войск в противостоянии. Из документа следует, что киевские власти могут восстановить контроль над границей не раньше конца 2015 года — после проведения выборов в самоуправление самопровозглашенных республик и конституционной реформы. Соглашения предписывают вывести с территории Украины все иностранные формирования. Контролировать выполнение договоренностей должна ОБСЕ, которая до сих пор не подтвердила присутствие на Украине российских военных.