Оружие массового обнаружения

Как обычный геймер создал проект Bellingcat и стал авторитетным военным аналитиком

17 февраля сайт Bellingcat британского аналитика Элиота Хиггинса опубликовал исследование о конфликте на востоке Украины. Хиггинс и несколько помогавших ему волонтеров пришли к выводу, что летом 2014 года украинская территория обстреливалась российской артиллерией. Статья основывается на открытых данных: анализе записей в социальных сетях, фотографиях, видеозаписях и спутниковых снимках. По просьбе «Медузы» журналист Илья Рождественский поговорил с Хиггинсом, его коллегами и выяснил, как из скромного финансиста и профессионального геймера превратиться в одного из самых авторитетных специалистов в области оружия.

35-летний Элиот Хиггинс не был связан с журналистикой, не сотрудничал с правозащитными организациями и не знал арабского, но в 2012 году он стал известен как человек, раскрывший схемы поставок оружия в Сирию. Он обнаружил следы хорватского вооружения, доказал, что в пригороде Дамаска применялся зарин, и привлек к себе внимание британского парламента. Все это ему удалось сделать, не выходя из своего двухэтажного дома в Лестере. Единственное, чем он пользовался, сидя в гостиной среди разбросанных игрушек его дочери, был ноутбук ASUS.

В юности Хиггинса отчислили с факультета журналистики университета Саутгемптона. Потом он был банковским клерком, а последним местом его работы стал магазин женского белья. Затем он женился на уроженке Турции, с которой познакомился по ICQ, и в октябре 2011 года у них родилась дочь. Хиггинс больше не проводил по 36 часов за компьютером, играя в World of Warcraft, Fallout и Command and Conquer, теперь у него были другие заботы. Но через полгода ему захотелось чем-то заменить эту привычку, и он заинтересовался войной в Сирии. Хиггинс под псевдонимом Brown Moses, позаимствованным из названия песни Фрэнка Заппы, активно комментировал новостные заметки в интернете: только на сайте The Guardian он оставил около 5 тысяч комментариев. Сейчас он объясняет это тем, что ему было скучно.

— Ну и, наверное, я люблю поспорить, — признает Хиггинс.

В январе 2012 года он завел блог, где стал выкладывать свои соображения о противостоянии оппозиции и войск Башара Асада. Он никогда не имел дела с оружием, но именно оружие стало основой его расследований. Хиггинс с маниакальной тщательностью изучал видеозаписи и фотографии, которые появлялись в интернете. Каждый вечер он просматривал сирийские YouTube-аккаунты, Twitter и Google+ (отвлечь от этого занятия его могли разве что сериалы «Жители Ист-Энда» и «Коломбо»). Сначала он отслеживал всего 15 каналов на YouTube, сейчас их уже около 600. Сопоставляя имеющиеся у него материалы, он смог, например, подтвердить, что в Сирии применялись кассетные бомбы китайского производства. Хиггинс составил базу данных, в которую вошли сведения об использовании кассетных бомб и 491 видеозапись, и добавил подробную карту. Теперь журналисты предполагают, что Хиггинс, должно быть, торговал оружием, раз он так хорошо в нём разбирается, однако эти догадки вызывают у него лишь смех.

— До начала «арабской весны» я знал об оружии не больше, чем любой человек, у которого дома есть Xbox. Все мои познания ограничивались фильмами про Рэмбо и героев Шварценеггера.

Хиггинс систематизировал десятки тысяч сообщений из социальных сетей. Поток информации, в котором ни у кого из журналистов не было времени разбираться, начал обретать смысл. Из «белого шума» постепенно рождались сенсации. Через несколько месяцев Brown Moses Blog уже читали сотрудники всех крупных СМИ, а также британские и американские чиновники. Анонимность едва не сыграла с Хиггинсом злую шутку: его стали обвинять в связях с ЦРУ, МИ5, МИ6, Моссадом и даже с Бильдербергским клубом.

Весной 2013 года блог начал приносить Хиггинсу деньги: он собрал около $17 тысяч, из них половину — с помощью крупнейшего в мире сервиса для краудфандинга Indiegogo. Тогда же он начал принимать заказы на анализ социальных сетей, в том числе, и от Human Rights Watch. Это стало некоторым облегчением для супруги Хиггинса, которая ждала, что он найдёт себе «нормальную работу».

В августе 2013 года именно расследования Хиггинса помогли доказать, что недалеко от Дамаска было использовано химическое оружие. В то время как США, Великобритания и Франция говорили, что у них есть доказательства применения химикатов, но отказывались обнародовать более детальные сведения, утверждая, что они засекречены, Хиггинс представил подробный отчет, который подтвердил худшие предположения: речь шла о зарине.

Летом 2014 года Хиггинс прекратил вести свой блог, основал проект Bellingcat и набрал небольшую команду. Bellingcat финансируется с помощью пожертвований, которые можно сделать на сайте Kickstarter. Чтобы запустить проект в течение полугода, Хиггинсу требовалось £47 тысяч. Эту сумму удалось собрать за месяц. Теперь с Хиггинсом сотрудничают около 20 человек: например, Аарон Стейн, специалист по иранской и турецкой ядерной программе, Аляун Лерой, который пишет про Южный Судан и наркоторговлю, Дэн Кашета, бывший офицер Химического корпуса Армии США и экс-сотрудник Секретной службы, Карл Моранд, отслуживший 4,5 года в армии США, половину из которых он провёл в Ираке.

Сбор средств на Bellingcat начался 15 июля. Через два дня в небе над Донбассом был сбит Boeing 777-200 авиакомпании «Malaysia Airlines», следовавший по маршруту Амстердам — Куала-Лумпур. На борту находились 298 человек, все они погибли. Коллеги и многочисленные фолловеры Хиггинса попросили его разобраться в произошедшем. Через несколько часов он обнаружил зенитный ракетный комплекс «Бук», а на следующий день уже мог с уверенностью утверждать, что «Бук» видели в городе Торез примерно в 15 километрах от места крушения. В конце июля Хиггинс детально рассказал, как ЗРК передвигался по Донецкой области.

— Методы расследования, которые мы придумали, применимы ко многим ситуациям, и конфликт на востоке Украины здесь не исключение. Поэтому я сколотил команду волонтёров, которые начали заниматься изучением данных, находящихся в открытом доступе, — объясняет Хиггинс. — В действительности вам не нужна команда специалистов по системам ПВО или залпового огня. Наш метод таков, что, следуя инструкциям, можно далеко продвинуться в своих исследованиях и без этих знаний, — рассказывает Хиггинс «Медузе».

Собирать информацию о войне на востоке Украины оказалось чуть проще, чем анализировать данные о сирийском противостоянии. Во-первых, в отличие от Сирии, в Донбассе все же есть журналисты, которые готовы помочь Хиггинсу подтвердить или опровергнуть его догадки. Во-вторых, в команде Bellingcat есть два человека, которые знают русский язык. Один из них — Игнат Останин (друзья зовут его Игги). Его родители эмигрировали в Англию, когда ему было 9 лет, поэтому он говорит по-русски, хоть и с небольшим акцентом.

Его внимание оказалось приковано к событиям на Украине с начала конфликта. Однако удовлетворить свое любопытство, читая российские СМИ, ему не удалось. Останин признается, что в новостных заметках ему попадалось слишком много лжи. Какое-то время он спорил с интернет-пользователями в комментариях, а потом сам занялся расследованием. Изучая юриспруденцию в университете Йорка, в свободное время он подготовил несколько статей и обратился к Хиггинсу. Его первая публикация на сайте Bellingcat, посвященная катастрофе рейса MH17, вышла 8 сентября и стала сенсацией: Останин утверждал, что лайнер был сбит именно российским «Буком», которым управляли российские военные из 53-й Курской зенитно-ракетной бригады ПВО. Результаты расследования были растиражированы в СМИ, а саму статью блогеры перевели на русский язык. Следующий перевод появился через два месяца: это доклад от 8 ноября, в котором рассказывалось, как «Бук» попал на территорию Украины, кто им управлял, где ЗРК находился 17 июля и что с ним стало после авиакатастрофы. Как утверждает Останин, в ответ именно на эту статью российские власти обнародовали спутниковый снимок, на котором якобы видно, как реактивный истребитель атакует малайзийский лайнер. Сюжет был показан на «Первом канале» в программе «Однако» Михаила Леонтьева. Вскоре выяснилось, что снимок является грубой подделкой, а Леонтьеву пришлось отбиваться от критики: «Я не знаю, что доказали блогеры. Я знаю одно: есть данные объективной информации. Россия предъявила разные данные, может быть, не все. Вы предъявите ваши данные, скоты! Блин, у них какой стаж работы в ГРУ, в космической разведке, у этих блогеров. Пусть они тогда назовут свои фамилии, звания и так далее».

Расследование авиакатастрофы рейса MH17 продолжается, но добавить что-либо новое к этому сюжету пока не удалось. Параллельно с лета 2014 года сотрудники Bellingcat занимаются более широкой темой — присутствием российских войск на востоке Украины. Так, они обнаружили российские танки в непосредственной близости от границы, секретный тренировочный лагерь сепаратистов, российских спецназовцев в ДНР и рассказали о связи псковских десантников с неонацистскими группировками. С начала 2015 года они показали, как российская техника пересекает границу и участвует в боях на востоке Украины, попытались понять, использовалось ли химическое оружие в аэропорту Донецка, и восстановили хронологию столкновений в Мариуполе 9 мая.

Впрочем, анализом социальных сетей и видеозаписей команда Хиггинса не ограничилась. В середине февраля они выпустили доклад о том, кто летом 2014 года обстреливал украинскую территорию. Помимо уже ставших традиционными методов расследования, они разработали способ анализа спутниковых снимков Google: используя карты, находящиеся в открытом доступе, они находили скопления воронок, образовавшихся в результате артиллерийского огня. Воронки были поделены на два типа: первый — от настильного огня снарядами с малым замедлением детонации, второй — от навесного огня. Этот способ исследования придумал Шон Кейс. С Bellingcat он сотрудничает с ноября 2014 года, когда обнаружил множество воронок от артиллерийских снарядов на территории Украины вблизи границы. Тогда он сделал сайт, на котором опубликовал результаты своего предварительного расследования, и связался с Хиггинсом. Оказалось, что специалист по артиллерии все же пригодился Bellingcat.

— Мое исследование основывается на методике, которую применяют американские военные. Артиллерийские снаряды оставляют весьма специфические следы на земле, которые можно заметить, изучая карты Google с разрешением до полуметра. Используя стандартные методики, применяемые по всему миру, можно легко опознать тип снаряда, направление обстрела и, следовательно, найти, где находилась огневая точка, — объясняет Кейс.

Определить местоположение артиллерии помогли следы выжженной травы, которые видны на снимках Google. А следы шин позволили установить, из какого типа установки велся огонь. Всего таким образом, уточняет Кейс, были проанализированы 75 артиллерийских обстрелов и 1353 воронки. Это позволило определить 9 траекторий, 8 из которых указывали, что огонь велся с территории России.

— Всегда есть вероятность, что ты допустил ошибку. Но когда ты изучил как минимум 200 воронок и установил среднюю траекторию, ошибка практически исключена, — уверен Кейс.

— В некоторых случаях мы смогли даже найти видеозаписи обстрелов, которые подтвердили наши догадки. Ну и надо еще иметь в виду, что мы изучили только около 5% мест, откуда велся огонь. Так что, очевидно, здесь еще много работы, — замечает Хиггинс.

В ближайшее время команда Bellingcat планирует заняться обстрелами Донецка и Луганска, хотя, по мнению Хиггинса, имеющейся информации может не хватить, чтобы определить, кто именно из сторон конфликта вел огонь по жилым кварталам.