Кто бы ни стоял за убийством Немцова, политическая ответственность лежит на Кремле, создавшем атмосферу ненависти, уверена западная пресса

Убийство в Москве оппозиционного политика Бориса Немцова знаменует собой начало нового, пугающего периода российской истории, когда на первый план выходит вольная армия мстителей, которые берутся судить о благе страны, не дожидаясь инструкций. В атмосфере "страха и смерти", на фоне агрессивной риторики и рассуждений о пятой колонне и национал-предателях подобного развития событий стоило ожидать, отмечается в публикациях западной прессы, обзор которых представляет InoPressa.

Журналистка The New York Times Юлия Иоффе признает, что времена, когда Немцов был восходящей звездой на политическом небосклоне ельцинской эпохи, давно ушли в прошлое, в последнее время он больше напоминал дурашливого бонвивана. Однако он оставался мощным, энергичным критиком Путина, публиковал доклады о коррупции в Сочи и роскошном стиле жизни президента.

В своей статье Иоффе поддерживает мнение, высказанное оппозиционным активистом Максимом Кацем в соцсети о вине президента РФ Владимира Путина в смерти Бориса Немцова: "Если он заказчик, то виноват как заказчик. Если даже нет, то как разжигатель ненависти, истерии и злобы в народе". По мнению журналистки, внешняя и внутренняя политика Кремля, ярлыки в духе "пятая колонна" и "национал-предатели", националистическая истерия телевидения создают определенную атмосферу. "Сегодня бешеный национализм поглотил почти всю страну, и уже неясно, может ли Путин его контролировать", - говорится в статье.

Еще недавно, напоминает автор, оппозиционеры понимали, что рискуют, но речь не шла о риске жизни. Правительство вытесняло их с политического поля, как городских сумасшедших. Но после ареста демонстрантов летом 2012 года и приговора Навальному в 2013 году стало понятно, что ситуация меняется.

Московская журналистка и драматург Наталья Антонова в статье для The Guardian пишет об убийстве Немцова как о публичной казни и одной из целой череды катастроф, которые произошли после крымских событий. Автор утверждает, что у многих россиян развился "стокгольмский синдром" - "они хотят верить, что их правители добры, милосердны и имеют самые благие намерения".

Обозреватель немецкой Frankfurter Allgemeine Петер Штурм согласен с тем, что политическая ответственность за убийство Бориса Немцова лежит на российском президенте. По его мнению, заказ вряд ли исходил из Кремля, поскольку оппозиционер не представлял реальной угрозы для политической системы.

Тем не менее в последнее время Путин - то ли из собственного убеждения, то ли из политического расчета - создал в России атмосферу истерии и ненависти, которая играет на руку самым темным силам российского общества. И теперь это ядовитое семя начинает давать всходы, - констатирует Штурм. - Поэтому тот, кто с помощью клеветнической пропаганды объявляет всех политически инакомыслящих вне закона, не должен удивляться тому, что однажды кто-то перейдет к пропаганде действий".

Кремль создал армию мстителей, "Антимайдан" открыто призывает к насилию

"Убийство Немцова знаменует начало очередного нового и пугающего периода российской истории. Кремль недавно создал вольную армию мстителей, которые считают, что действуют на благо страны, не получая никаких четких инструкций. Хотя Немцову недоставало политического веса, он по логике был первой мишенью для этой зловещей силы", - пишет в International New York Times Маша Гессен, соглашаясь с тем, что вряд ли кто-то в Кремле отдал приказ об убийстве.

Журналистка, покинувшая Россию из соображений безопасности, напоминает, что Немцова, пытавшегося обратить внимание на тревожный характер путинского режима, много лет никто не слышал. А после возникновения протестов в 2011 году политик обнаружил, что его воспринимают как старого ворчуна. Тем не менее он не отступал от своих позиций и был одним из главных организаторов марша 1 марта.

Эта деятельность вряд ли угрожала власти Путина, высказывается Гессен, тем не менее Немцов попал во все интернет-списки "врагов России", распространяемые сторонниками Кремля. Полторы недели назад новое движение "Антимайдан" провело марш, где призывало к насилию против "пятой колонны". Немцов был застрелен на мосту прямо у Кремля. "Сигнал был четким: людей будут убивать именем Кремля, в местах, отлично видимых из Кремля, на фоне Кремля только за то, что они осмеливаются выступать против Кремля", - подытоживает журналистка.

Еще один политэмигрант, Гарри Каспаров, в статье для The Wall Street Journal утверждает, что Борис Немцов работал над докладом о присутствии российских военных в разгромленном Донбассе. Политик не берется утверждать, что именно Владимир Путин отдал приказ об убийстве оппозиционера, однако и он возлагает политическую ответственность за произошедшее на президента России.

Кроме того, он отмечает, что Кремль фактически подвел итоги едва начавшегося расследования, назвав убийство "провокацией". "Этот искусный термин используется, чтобы намекнуть: враги российского президента убивают друг друга, чтобы пристыдить бесстыжего", - пишет Каспаров, отмечая, что именно Путин открыто поддерживал самые репрессивные, реакционные и кровожадные элементы, создал "культуру смерти и страха", чтобы удержать власть. "Возможно, мы никогда не узнаем, кто убил Бориса Немцова. Но мы знаем: чем быстрее уйдет президент Путин, тем больше шансов избежать хаоса и насилия, которых боялся Борис", - подводит итог автор.

С Немцовым умерло нереализованное будущее России, ЕС должен взять ситуацию в свои руки

Заявивший об эмиграции из России в 2014 году Леонид Бершидский опубликовал в The Bloomberg View воспоминания о том, как познакомился с Борисом Немцовым, когда молодой физик стал губернатором Нижнего Новгорода и напоминал политика из голливудского фильма, перенесенного в российскую глубинку. "У меня есть серьезные сомнения, что смерть Немцова усилит антипутинское протестное движение. Оно слишком слабо, чтобы представлять какую-то угрозу. И все же я не могу не размышлять о том, какой была бы моя страна, если бы Ельцин сделал другой выбор в 1999 году. При президенте Борисе Немцове Россия могла бы быть страной, в которой я смог бы продолжить жить и работать. С его смертью это нереализованное будущее тоже умерло", - пишет он.

Основатель партии "Яблоко", депутат петербургского Заксобрания Григорий Явлинский связывает гибель Бориса Немцова с созданием концепции "русского мира", которую погибший, по его словам, называл "своими именами" - "аннексией, агрессией и братоубийственной войной". "Трагизм убийства Немцова в том, что оно ясно показало: война относится не только к внешней политике - она представляет собой серьезную внутриполитическую проблему России, которая уродует ее общество", - говорится в статье, опубликованной в The Financial Times.

Явлинский отмечает, что Владимир Путин является не творцом, а наследником авторитарной системы. Он возлагает на Евросоюз ответственность за провал реформ, которые должны были изменить эту систему. По его мнению, теперь именно Брюссель должен разработать стратегию интеграции постсоветского пространства и политических решениях, которые поощряли бы добротную и стабильную систему управления в соседних странах. "Ядром новой европейской политики в отношении России и постсоветского пространства должно стать поощрение решительного отрицания войны и логики "русского мира". Это движение должно противодействовать нынешней тактике ненависти, ксенофобии, национализма и разобщения", - настаивает политик.

Среди версий никаких упоминаний сторонников Кремля

Саймон Шустер в Time указывает на существенный изъян в череде представленных Следственным комитетом РФ версий по поводу вероятных заказчиков убийства Бориса Немцова. "Следователи не упомянули людей, очевидно заинтересованных в том, чтобы заставить Немцова замолчать, - государственных чиновников, которых он восстановил против себя многолетними кампаниями против коррупции", - указывает журналист, констатируя, что таким образом следствием была исключена даже малейшая возможность того, что за убийством могли стоять сторонники, не говоря уже о непосредственных подчиненных, Путина.

Автор упоминает целый ряд убийств и нападений на противников Путина, в том числе Анны Политковской и Александра Литвиненко. "После каждого из этих преступлений государственные чиновники предполагали, что нападающие собирались не убить или покалечить своих жертв, а очернить доброе имя Путина", - отмечает он.

"Учитывая эти прецеденты, расследование убийства Немцова, скорее всего, будет таким же туманным, позволив большинству россиян выбирать из ряда теорий, уже предложенных руководством, и гадать о том, что еще можно ожидать от Кремля, столь грубо спровоцированного", - заключает Шустер.