Владимир Путин лично выбрал Эльвиру Набиуллину на роль председателя Банка России. Это и стало основной проблемой главы регулятора

Отстранение Ксении Юдаевой от руководства блоком денежной политики в Банке России является, на мой взгляд, закономерным итогом полуторалетнего пребывания Эльвиры Набиуллиной в главном кресле красивого здания на Неглинной улице. Юдаевой можно при желании предъявлять претензии: мол, не смогла добиться доверия рынка, не смогла внятно артикулировать свои идеи и т. д., — но дело, безусловно, не в ней.

Назначение самой Ксении Юдаевой, как и формирование всей нынешней управленческой команды Банка России, было целиком отдано на откуп Набиуллиной.

Более того, впервые в российской истории она получила возможность пройти своеобразный «курс молодого бойца» — ей было предоставлено три месяца после принятия решения Госдумы на ознакомление с Центральным банком (она никогда до этого в своей профессиональной карьере не сталкивалась с его проблематикой), с его кадровыми возможностями. У нее было время и на просмотр имеющихся кадров, и на осуществление внутренней структурной перестройки, и на поиск новых людей. Ничего этого не было ни у одного из ее предшественников, все они сразу приходили с корабля на бал. Однако, похоже, все это не сильно помогло — проблемы неадекватного для нынешних условий функционирования Банка России все отчетливее всплывают на поверхность.

50%-ная девальвация российского рубля и очередной «черный вторник» российского рубля, когда его цена упала до одного евроцента. Неспособность найти адекватного руководителя для Московского главка, который является главным структурным подразделением, осуществляющим банковский надзор. Последовательный отказ от независимости Центрального банка в вопросах денежной политики и постановка на поток эмиссионных схем финансирования правительственных расходов (санация банков, финансирование инвестиционных проектов, рефинансирование ВЭБа под 2% годовых). Фактическое банкротство банка «Траст», показавшее, что никакого улучшения в банковском надзоре не происходит. Вот далеко не полный перечень претензий к нынешнему руководству Банка России. Претензий, которые никогда никем не будут всерьез обсуждаться.

Не будут, потому что назначение самой Эльвиры Набиуллиной было личным решением президента Путина. Два года назад он сначала хотел назначить на этот пост Алексея Кудрина, который отказался, видимо рассчитывая на более высокий пост. Потом главным кандидатом стал Сергей Глазьев, который вызвал настолько единодушное неприятие широкой путинской экономической команды, что президент решил отказаться от своей плодотворной дебютной идеи.

Время поджимало, скамейка запасных отсутствовала, и Владимир Путин решил внести кандидатуру своего помощника.

Эльвира — хороший и, на мой взгляд, даже излишне жесткий чиновник. Она много лет проработала в Минэкономики, где хорошо узнала многие проблемы российской экономики. Правда, за время руководства министерством ей не удалось добиться видимых успехов в их решении. Она много и близко работала с Владимиром Путиным, пользовалась его доверием, но не готова была с ним спорить, предпочитая «колебаться вместе с линией партии». В итоге она не смогла конвертировать доверие национального лидера в свой бюрократический вес, и при ней Минэкономики бюрократически сильно ослабело по сравнению с временами ее предшественника Германа Грефа.

Сильные и слабые стороны Эльвиры Набиуллиной как руководителя Центрального банка были хорошо понятны с самого начала. Не знаю, понимал ли это российский президент или нет, но он пошел на серьезный риск — потому как Центральный банк — это и не банк, и не министерство. Потому как реальная степень независимости Банка России в нынешней структуре власти существенно выше, чем независимость правительства. Потому что уже тогда, два года назад, можно было предвидеть значительную часть сегодняшних российских макроэкономических проблем. И роль Центрального банка в их решении не меньше, чем роль правительства.

К сегодняшнему дню Набиуллина стала самым дорогим председателем Банка России — за ее обучение за полтора года заплачено уже $130 млрд, или четверть золотовалютных резервов страны.

Сможет ли она оправдать надежды Владимира Путина и взять ситуацию под контроль? Сможет ли она оправдать ожидания населения и бизнеса и нормализовать финансовую ситуацию в стране? Время покажет.

Кадры на $130 млрд: почему не получилось у «женщин из ЦБ»