Юрмала без русских

Как главный латвийский курорт переживает «войну санкций». Репортаж Ильи Жегулева

Ухудшение отношений между Евросоюзом и Россией особенно сильно ударило по Латвии — эта балтийская страна имеет тесные экономические связи с РФ. Местный парламент осенью 2014 года повысил минимальную цену покупки недвижимости для получения вида на жительство. Заморозка программы «ВНЖ в обмен на инвестиции» обрушила рынок недвижимости в Юрмале (на этом курорте россияне на протяжении последних лет активно скупали дома и апартаменты). Кроме того, власти Латвии запретили въезд в страну некоторым российским певцам; в итоге из Юрмалы решил уйти фестиваль «Новая волна». А в феврале 2015 года о своем отказе работать в курортном городе заявили Comedy Club и КВН. Специальный корреспондент «Медузы» Илья Жегулев съездил в Юрмалу, чтобы понять, как главный российско-европейский курорт переживает отток русских.

В ресторане азиатской кухни Sueʼs Asia на главном юрмальском променаде — улице Йомас — в самый разгар буднего дня пустынно. Полностью сервированные столы блестят посудой; одинокая пара в углу поедает карри. Туалет закрыт на ключ, который надо брать у официанта — разрекламированный во всех путеводителях ресторан явно знавал времена получше. Но это заведение хотя бы работает — на улице полно закрытых ресторанов. Не сезон? Владелец компании «Чайка Турс» в Юрмале Армандс Муйжниекс смеется: «Да вы что. Возил тут туристов в Турайдский замок 1 января, работники говорили — в прошлом году в праздники было в среднем по 35 автобусов в день. Сейчас приехал один мой микроавтобус и еще один большой — вот и все».

Мэру Юрмалы нужно как-то сводить концы с концами — отток туристов совершенно не в его интересах. «Из-за этого толкания, информационного такого бокса России с Европой, теперь нет гарантий, что Юрмалу как составляющую Европы будут показывать по всем российским каналам, — разводит руками глава Юрмалы Гатис Трукснис. — Раньше показывали так, что складывалось ощущение, будто Юрмала — просто рай на земле».

Когда-то туристы приезжали в Юрмалу за духом свободы. В Советском Союзе Латвию — и конкретно Юрмалу — ценила творческая интеллигенция; в отличие от других курортов — например, Сочи или Гагр, здесь «ощущалась Европа». В 1986 году в концертном зале «Дзинтари» начали проводить фестиваль «Юрмала», так курорт стал еще и центром богемной жизни. После распада СССР «Дзинтари» продолжал оставаться важной частью российской индустрии развлечений: сперва туда переехал КВН со своим музыкальным конкурсом «Голосящий КиВиН», а в 2002-м в Юрмале была организована «Новая волна» — конкурс молодых исполнителей эстрады, преемник фестиваля «Юрмала».

Русские туристы снова потянулись в Юрмалу. Несмотря на то, что им стала доступна «настоящая Европа», Латвия оставалась самым близким к России европейским курортом. Только здесь можно было смело говорить по-русски и услышать в ресторане родного Григория Лепса и даже Михаила Круга.

Гостиничных номеров в Юрмале сейчас, правда, в четыре раза меньше, чем в советские времена. Мэр Юрмалы говорит: и хорошо, что меньше, курорт был перенаселен. «Я всегда считал, что Юрмала должна быть не то чтобы снобским, но таким эксклюзивным местом. Где все не как селедки в бочке напиханы. Но если брать сегодняшний день — раза в полтора можно еще вырасти», — рассуждает Трукснис.

* * *

Идея вновь организовать в Юрмале «всесоюзный» эстрадный конкурс родилась у российского музыкального продюсера Игоря Крутого и латвийского композитора Раймонда Паулса, автора многих хитов советской поп-музыки 1980-х. Благодаря телевизионным трансляциям конкурс очень быстро стал популярным. Сама телетрансляция фестиваля была сплошной пиар-поддержкой для Юрмалы, что признает и мэр Трукснис. К тому же прибывающие на «Новую волну» туристы оставляли в регионе огромные деньги. «Цены были не в три раза выше, как в Рио-де-Жанейро во время недели карнавала, но значительно», — сокрушается Трукснис. «По разным оценкам, от пяти до 20 миллионов евро гостиницы зарабатывали только за эти десять дней, — добавляет радиоведущий и совладелец рекламного бизнеса Григорий Берг. — На время „Новой волны“ цена моментально вырастала где-то вдвое, а где-то и втрое».

Раз в году Юрмала превращалась в «латвийское Монако». «Это не мой уровень и далеко не круг наших политиков и бизнесменов. Как-то раз посчитали, что только стоимость пришвартованных в это время у берега яхт оказалась равной полугодовому доходу всей Латвии», — рассказывает бизнесмен и ведущий Берг. По его словам, миллиардерам из России нравилось, что здесь, в отличие от России и «настоящей Европы», до них никому нет дела. «Абрамович гулял по пляжу в сопровождении друзей и одного охранника, ему никто не мешал, никто к нему не приставал», — говорит Берг (это все же некоторое преувеличение, однако олигархи в Юрмале действительно бывали часто).

Сейчас трудно представить, что еще полтора года назад именно на «Новой волне» украинец Святослав Вакарчук впервые запел по-русски, исполнив кавер-версию песни Леонида Агутина «Я буду всегда с тобой». Но в 2014 году из-за конфликта на Украине атмосфера в Юрмале сильно поменялась. Во-первых, перед самым фестивалем Латвия запретила въезд в страну Валерии, Олегу Газманову и Иосифу Кобзону. Во-вторых, и сам фестиваль для многих украинских артистов стал местом выражения политической позиции: даже Иван Дорн вышел в футболке с трезубцем и исполнил единственную в своем репертуаре песню на украинском языке.

Сразу после «Новой волны-2014» российские организаторы конкурса начали искать для него новый дом. Окончательно это подтвердилось в феврале 2015 года — организаторы не откликнулись на просьбу представителей «Дзинтари» подтвердить резервацию на время проведения мероприятия, о чем сообщил руководитель концертного зала Гунтарс Кирсис (зал уже зарезервирован для других событий). В свою очередь, председатель «Новой волны» Игорь Крутой подтвердил, что фестиваль переезжает в Сочи.

За «Новой волной» посыпались и другие привязанные к Юрмале события. В начале февраля 2015 года руководство компании Comedy Club Production закрыло фестиваль «Comedy в Юрмале». А на прошлой неделе стало известно, что из Юрмалы в Светлогорск (Калининградская область) переезжает фестиваль «Голосящий КиВиН»; об этом сообщил ведущий и совладелец клуба Александр Масляков во время съемок второй игры сезона Высшей лиги КВН.

Так что лето 2015 года будет в Юрмале совсем другим.

Мэр Юрмалы пока точно не знает, как уход фестивалей отразится на падении туристического потока, но прогнозирует снижение ежегодного роста с 20% до скромных 10-12%. Он полагает, что завлекать туристов, в том числе из России, можно и другими культурными мероприятиями. «Есть проекты с симфоническим оркестром Израиля, есть переговоры и с солистами Metropolitan Opera и есть, в конце концов, маэстро Раймонд Паулс», — бодрится Трукснис.

* * *

Украинский кризис подстегнул и националистов в парламенте: благодаря им фактически заморожена программа «Вид на жительство в обмен на инвестиции», действовавшая с 2010 года. Эта программа была принята в разгар экономического кризиса — чтобы оживить строительную отрасль Латвии. ВНЖ выдавали в обмен на 50 тысяч латов (72 тысячи евро), потраченных на жилье в латвийских городах; в Риге и Юрмале этот порог составлял 100 тысяч латов (143 тысячи евро). Допускалось и вложение денег в несколько объектов.

С 2010-го по 2014-й в рамках программы управление по делам гражданства и миграции получило 12 427 прошений о предоставлении временных видов на жительство от 5 267 инвесторов и 7 160 членов их семей. Положительное решение было принято в 94,7% случаев. Закон касался любых иностранцев, но чиновники признают, что основными потребителями программы были россияне. В сентябре 2014-го Латвия повысила минимальную стоимость вложений в недвижимость для приобретения вида на жительство в стране до 250 тысяч евро; кроме того, было запрещено «разбивать» деньги на несколько объектов.

Однако на этом парламент не остановился. Латвийский сейм 30 октября в первом чтении проголосовал за поправки к закону об иммиграции, предусматривающие временное прекращение выдачи ВНЖ в обмен на покупку квартир россиянам. Инициатором поправок выступило Национальное объединение — парламентская партия националистического толка.

И хотя программу так до сих пор и не отменили (дальше первого чтения принятие поправок не продвинулось), разговоры парламентариев на эту тему окончательно подорвали интерес россиян к покупке жилья в Латвии. «Если усредненно по рынку, то с сентября количество сделок на рынке недвижимости упало в 20 раз, — рассказывает владелец юрмальской риелторской компании VigVam Алексей Елин. — А если брать объекты, подходящие под закон о виде на жительство, то падение в 50 раз».

Если запретить гражданам России давать ВНЖ, программу можно закрывать вообще, считает мэр Юрмалы Трукснис. «80% сделок — это граждане России. А программа давала много денег в экономику. При средней стоимости [недвижимости] 188 тысяч евро, примерно на 70 тысяч евро человек покупает мебель, машину. Параллельно зарабатывают нотариусы, юристы, переводчики, потом люди, которые присматривали за квартирой, воспитатели детей. По оценкам аналитиков, средний человек, который приобретает недвижимость, еще почти по 90 тысяч в год тратит на жизнь и на семью. Для государства эта программа дает толчок для развития экономики — во времена, когда мы видим, что нигде в мире нет больших экономических скачков и, в основном, экономика у всех буксует», — спорит с местными националистами Трукснис.

По словам президента Латвийской ассоциации недвижимости Эдгара Шинса, суммарные вложения по этой программе с 2010-го по 2014-й превысили 1,3 миллиарда евро. По его словам, только в Юрмале сейчас строится около 30 объектов вместимостью до тысячи квартир. Все стройки организовывались в расчете на бум, связанный с массовым получением русскими ВНЖ. Теперь объекты продавать некому. Один из проигравших от деятельности латвийских парламентариев — и уже упоминавшийся Григорий Берг, который отдал свои 16 соток инвестору в обмен на часть построенного дома: в итоге несколько квартир стоят пустыми.

Строительная отрасль составляет 15% ВВП Латвии, и сейчас она лишилась серьезного стимула. «Многие до конца года надеялись, что вот-вот что-то наладится, — говорит продавец недвижимости Елин. — Но тихий январь перешел в тихий февраль, за ним последует тихий март. Если раньше Латвия была на шестом месте среди стран, где россияне ищут недвижимость в первую очередь, то сейчас она выпала из десятки» (сегодняшняя первая пятерка — Болгария, Испания, Германия, Италия и Турция.). Елин рассказывает, что на недавнем вебинаре российского портала по приобретению недвижимости за рубежом Prian.ru вопросы у участников были такими: можно ли купить в Юрмале большую квартиру и сделать из нее хостел. «Отличное решение на радость элитной публике, которая живет этажом выше», — усмехается риелтор.

Президент Латвийской ассоциации недвижимости и владелец риелторской компании Latio Эдгар Шинс и сам теряет в выручке от ухода россиян из Латвии. Но его лоббистских усилий, когда речь идет об отношениях России с Западом, не хватает. «К сожалению, наши центристские политики отстают в мастерстве от крайне правых, и получается так, что крайне правые берут верх, — разводит руками Шинс. — Тема напугать всех русскими имеет право на жизнь. Война на Украине оставляет свой отпечаток, у конструктивного крыла нет аргументов. Наблюдаю дискуссии, когда оппонент говорит: сотни украинских парней гибнут, а вы тут приглашаете из России инвесторов».

* * *

Когда я задаю вопрос российскому предпринимателю Александру Гусакову, служил ли он в КГБ, он сначала немного теряется, а потом спрашивает: «Вы точно правильно донесете мои слова?» Владелец российской сети гостиниц курортного типа Heliopark Гусаков буквально в феврале 2015 года завершил крупнейшую за эти годы (по меркам местного рынка) сделку в Юрмале — за три миллиона евро он выкупил бывший санаторий «Кемери».

Этот курорт — знаковый для Латвии, именно с него начиналась в свое время Юрмала. Еще в XVI веке здесь были обнаружены месторождения целебных грязей, лечебного торфа и сапропелевого ила, а также сероводородные источники. В 1838 году открыли первое ванное заведение, век спустя построили санаторий, который стал центром курортной Юрмалы. После распада СССР санаторий был заброшен. Во время приватизации (она чем-то напоминала российскую — с разницей лишь в том, что активы могли приобретать иностранцы) в 1998 году «Кемери» купил примерно за 1,6 миллиона долларов предприниматель из Саудовской Аравии Омар аль Хамди. Мотивы арабского шейха не очень понятны: гостиничным бизнесом он никогда не занимался, скорее всего, сделка понравилась ему из-за привлекательной цены. Большую часть стоимости Омар аль Хамди заплатил приватизационными сертификатами (аналог российских ваучеров), которые на рынке продавались в 14 раз дешевле цены при приватизационной сделке. Таким образом, реальные вложения саудовского предпринимателя не превышали 350 тысяч долларов.

Саудит обещал за пять лет превратить гордость Юрмалы в пятизвездочный отель, но реконструкция затянулась. В итоге сеть отелей Kempinsky расторгла договор с компанией, а в 2011-м Хамди умер. Его наследники не захотели заниматься Латвией — представители компании покинули страну и территорию отеля, не оставив там даже охрану. Сообщество кредиторов решило продать санаторий; после безуспешных аукционов его собирался купить муниципалитет, но городские власти не смогли получить под это кредит.

В 2014 году в Юрмале объявился Александр Гусаков. В отличие от арабского шейха, у Гусакова к тому времени был богатый опыт по управлению похожими проектами: его Heliopark Group с 2002 года занимается строительством загородных и курортных отелей — как новых, так и на месте старых санаториев в Подмосковье, Краснодарском крае и даже в Баден-Бадене. В октябре 2014-го Гусаков объявил о намерении купить «Кемери» за три миллиона евро. Но деньги в течение месяца так и не перечислил — сейчас Гусаков объясняет это «нестабильностью курса» и общей политической ситуацией. Аукцион опять был признан несостоявшимся; у Гусакова пропали 500 тысяч евро, оставленных в качестве залога за сделку.

Что изменилось к февралю 2015-го и как все стабилизировалось — неизвестно; но в итоге «Кемери» все же оказался в руках у Гусакова. По его словам, ему удалось завершить сделку через покупку одного из самых крупных кредиторов санатория, местного архитектурного бюро «Архи-идея». В создание на базе «Кемери» дорогого спа-курорта планируется вложить 17 миллионов евро. Еще 20 миллионов обещает инвестировать администрация Юрмалы — за 25 лет район бывшего знаменитого санатория стал самым страшным и депрессивным местом в городе; исправлять это будут на деньги местного бюджета.

Гусаков говорит, что покупку совершал в интересах другого инвестора. Его имени Гусаков не раскрывает, отмечая, что он русскоязычный, но «не обязательно из России». В Латвии уверены, что конечный выгодополучатель — именно Гусаков. В связи с этим местные СМИ подняли скандал, вспомнив его прошлое — «сотрудничество с КГБ». «По моим сведениям, это не тот Гусаков, хотя имя и фамилия совпадает. Три раза проверьте», — тушуется в связи с этими слухами мэр Юрмалы Трукснис.

«Я действительно служил в Кремлевском полку, когда он входил в состав 9-го управления КГБ СССР — это, прежде всего, охрана высших органов госвласти московского Кремля и других объектов», — признается Гусаков. По его словам, служил он там с 1985 года, а уволился в 1992-м, после чего занялся бизнесом. «По традиции с каждой из прибалтийских республик у нас в полку было по 10-15 человек и, возможно, многие узнали своего бывшего командира», — улыбается Гусаков.

Нынешние российско-европейские отношения Гусакова не смущают. Сейчас сотрудникам ФСО, ФСБ и другим силовикам запрещено ездить в страны Евросоюза (включая Латвию), однако все это временно, считает Гусаков. Реконструкция отеля займет еще два с половиной года — за это время может многое поменяться. Война закончится, споры улягутся, и российские туристы снова потянутся в самую русскую из европейских стран. И даже уход фестивалей из Юрмалы Гусакову только на руку: в санаториях будет совершенно «другой клиент» — уставший от бурных светских мероприятий и жаждущий покоя.

Новый вектор развития Юрмалы, очевидно, все равно будут определять богатые россияне — от этого никуда не деться. Правда, такой рекламы, как прежде, у курортного города уже не будет никогда.

Илья Жегулев

Юрмала, Латвия