Теодор Курентзис: министерство культуры своими действиями увеличивает раскол в обществе

Художественный руководитель Пермского театра оперы и балета Теодор Курентзис распространил открытое письмо в связи с событиями вокруг постановки оперы «Тангейзер» в Новосибирском театре оперы и балета: снятием спектакля с репертуара и увольнением директора театра Бориса Мездрича.

COLTA.RU приводит письмо Теодора Курентзиса полностью:



Я пишу это письмо не как музыкант, а как обычный человек, который любит Россию. Как и те, кому небезразлично будущее нашей страны, я обеспокоен происходящим сегодня в культуре.

Во все времена свобода искусства служила индикатором демократии в государстве. Можно сказать: покажи мне, в каком состоянии культурная жизнь в твоей стране, и я скажу, какое будущее тебя ждет.

Сегодня мы стали свидетелями ситуации, когда заявления радикально настроенных непросвещенных лиц оказываются важнее мнений экспертов и реакции публики. Когда поощряется безграмотность и силовые методы борьбы, начиная с анонимных доносов в вышестоящие инстанции и клеветнических писем в прокуратуру. Ситуация вокруг Новосибирского академического театра оперы и балета стала тому печальной иллюстрацией.

Театральные эксперты вынесли высокую оценку спектаклю «Тангейзер», а зрители приняли его стоячими овациями. Суд в результате слушаний отмел обвинения в адрес постановщиков. И всё равно, вопреки этому, министерство культуры приняло решение об увольнении директора театра: потому что он не принес публичных извинений не видевшим, но «оскорбившимся» и «не сдал» спектакль.

Несмотря на то что во всех своих заявлениях министерство культуры России избегает слово цензура, жонглируя формулировками, находит различные оправдания своим действиям, в действительности то, что происходит, есть не что иное, как цензура. А значит — прямое нарушение Конституции РФ и угроза всему обществу.

Увольнение директора новосибирского театра Бориса Мездрича — это сигнал, который лично мне не понятно, как интерпретировать. Что тем самым хочет сказать нам министерство культуры?

Возникает много вопросов:
— Что отныне художники должны беспрекословно подчиняться указаниям сверху? Не иметь собственного мнения и творческого почерка и дрожать, опасаясь экзекуции?
— Неужели любая художественная искра, будучи реакцией на актуальную действительность, теперь может стать поводом для доноса, ведущего к судебному разбирательству?

Сложно представить, что есть люди, которые настолько устали от свободной России, что скучают по стукачеству и репрессиям советского прошлого… Выходит, страшные уроки истории нас ничему не научили...

Не значит ли это, что наступают времена, когда свободно творить мы сможем только за пределами нашей страны? Ну а здесь будут играться только правительственные концерты и музыка, которую заказывает начальник в соответствии со своими вкусами?

Почему министерство берет на себя функцию приказчика и забывает, что оно призвано служить в равной степени всем слоям общества? Министерство должно поддерживать верный баланс между всеми художественными течениями, прислушиваясь к рекомендациям экспертного сообщества, всеми силами предотвращать волюнтаризм отдельных лиц, являться гарантом автономии и равновесия всех участников культурного процесса.

То же самое — некоторые представители духовенства. Вместо того чтобы призывать к любви и благодеянию, открывать перед людьми истины христианства, своими действиями они отталкивают их от Церкви.

Как человека православного меня глубоко оскорбляет любой вид агрессии, тем более идущей от людей, называющих себя христианами и спровоцировавших весь этот беспорядок. Вовсе не «Тангейзер», а действия фанатиков, наговоривших за это время непомерное количество злобных слов в адрес призывающих их к миру деятелей театра, оскорбительны для верующих. Их жажда во что бы то ни стало сильнее разжечь скандал в разгар Великого Поста выдает в них дилетантов от религии. Дилетантов воинствующих, ворвавшихся в «чужой монастырь со своим уставом» и громящих здание, бережно выстроенное другими людьми. Это доказывает их колоссальное непонимание смысла Христианской Веры.

Я прошу прощения у всех, читающих это письмо: не в моих намерениях еще сильнее заострять конфликт. Мое обращение — это результат депрессии, которая появилась в ответ на происходящие события в культурной жизни любимой страны. Меня одолевают тяжелые мысли...

Что я теперь скажу людям по всему миру, которых я усердно убеждал в том, что Россия — страна высокой культуры, духовности и свободного творчества, а не империя зла, какой они себе ее представляли в результате передергиваний западной пропаганды. Как посмотрю им в глаза? Я хочу и впредь рассказывать им о свете русской души, а не о мраке цензуры и церковно-культурной экзекуции.

Если бы эта волна фанатизма и псевдонационализма была наивным явлением, это было бы одно. Тогда бы мы спрашивали только с себя: озадачились бы просветительскими программами, пересмотрели форматы общения с аудиторией. Но похоже, что мы имеем дело со спланированной акцией, в которой человеческие судьбы — разменная монета. Какая конечная цель всего этого? Какова бы она не была, очевидно, что выбранные для ее достижения средства наносят серьезный урон России...

Неужели кто-то всерьез верит, что именно таким образом Россия станет сильной и могучей державой? Неужели кто-то считает, что так нашу страну будут больше уважать в мире?

Культурная Россия кровоточит. «Серые кардиналы» и те, кто слепой массой их поддерживает, сами раскалывают Россию на части.

Как человек, бесконечно благодарный этой стране, я умоляю и призываю выбрать иной путь — путь любви и альтруизма, путь понимания и созидания. Когда ты, будучи не согласным с мнением другого человека, готов отдать свою собственную жизнь, чтобы защитить его право открыто и свободно выражать иную позицию. Единство в разнообразии. Сила — в праве на автономию: общественных институций (театра, музея, университета — от церкви и политических фракций) и каждого отдельного гражданина. Более того, сама Церковь сейчас как никогда нуждается в автономии от политики, ибо вмешиваясь в текущие политические процессы, она не может рассчитывать, что через какое-то время, политики не захотят подстроить под текущую ситуацию внутреннюю жизнь самой Церкви, включая основополагающие каноны.

Ясно, что один из первых очевидных признаков наступления тоталитаризма в обществе — это превращение театра в ретранслятор политической пропаганды и ограничение свободы индивидуального творческого высказывания. Но в таком случае театр гибнет. Театр — это не трибуна для политических партий и не арена для развлечений. Театр — это священная лечебница наших душ, где мы регулярно умираем и возрождаемся вновь, чтобы общество жило, здравствовало, думало и созидало.

Искусство создано не для иллюстрации внешней красоты и фасадной нравственности. Картины Гойя «не красивые», но они наши проводники в глубоких подсознательных сферах. Романы Достоевского «не светлые» и «не гладкие», но в них содержится высшая духовная красота и нематериальный свет. Этот свет открывается через сопротивление, которое испытывает человек, когда встречается с произведением искусства.

Всё это базисные вещи, которые должны чувствовать и понимать люди, тем более те, кто занимается управлением и культурной стратегией. Однако я с удивлением наблюдаю, что развитие культуры происходит в соответствии со вкусами людей, совершенно далеких от искусства и не обладающих экспертным знанием. Показательно, что за это время не нашлось ни одного из чиновников Минкульта, кто бы публично заявил об абсурдности происходящего в Новосибирске, а также в Ижевске, Иркутске, Москве и Петербурге.

Вместо того чтобы разрешить конфликт, министерство культуры своими действиями увеличивает раскол в обществе. Дискредитирует себя как орган управления. Более того, фактически выступает инициатором цензурных и репрессивных методов. Вследствие чего сегодня мы оказываемся перед острой необходимостью думать о реформировании некомпетентного министерства в новый орган, в котором будут работать личности, понимающие и чувствующие специфику культурной среды, люди, которые не опозорят нас в будущей мировой истории культуры. Давайте любить Россию.


Теодор Курентзис