Они хотят быть тем самым умным меньшинством, но внутри России это невозможно, это место занято оппозицией и просто думающими людьми

Российское общество не видит само себя. Да и никакое общество и никакой человек не видит себя. Чтобы видеть себя, нужно зеркало. Для общества эту функцию часто исполняют СМИ. Но массовые российские медиа отражают не жизнь россиян, а жизнь других. Они бомбардируют население сюжетами о войнах, кризисах и склоках в Греции, на Ближнем Востоке, в США, Европе и, конечно, на Украине. Всюду кризисы, всякое правительство наполнено казнокрадами, все страны рушатся под гнетом неподотчетной власти, коррупции, ксенофобии и, конечно, ничего подобного не происходит внутри самой России, поскольку этого нет на экранах.

А если в каких-то сюжетах негативные темы возникают, то, как хорошо понятно каждому, причины рецессии, инфляции, сокращения врачей и полицейского произвола находятся исключительно за пределами страны. Причины всегда вовне. Даже удивительно, что был в истории России период, когда причинно-следственные связи в сознании граждан учитывали роль собственно российских властей. Сегодня, как десятилетия и сотни лет назад, это снова не так. Это старые традиции. «Частью политического таланта Сталина была его способность отождествлять внешнюю угрозу с неудачами во внутренней политике, как будто они были одним и тем же и как будто он лично не нес ответственности ни за то ни за другое, – пишет историк Тимоти Снайдер в книге «Кровавые земли». – Еще в 1930 г., когда проблемы коллективизации стали очевидными, он уже говорил о международном заговоре троцкистов и различных иноземных государств».

Итак, то обстоятельство, что люди в России видят не себя и внутриполитические проблемы, а полный угроз и предательства внешний мир, – это не новость. Но интересно все-таки – что они видят? Какая именно картина рисуется их взору каждый раз, когда создатели российской медийной реальности берутся за инструменты и начинают творить?

Выступая на одном из важных политических ток-шоу, известный журналист Виталий Третьяков так прокомментировал ситуацию вокруг неприглашения России на встречу «семерки»: «Почетно быть диссидентом». Россия, объяснял Третьяков, это то самое «умное меньшинство» в мире. Нам всегда говорят, что большинство – это мейнстрим, это быдло, а вот вам умное меньшинство: Россия. Это глубокое сравнение. Стоит дополнить его давно принятыми в российском обиходе сравнениями Вашингтона и Брюсселя с «обкомами». Россия – как бы коллективный диссидент в большом авторитарном мире – ведет неравную борьбу с силами мирового ЦК КПСС и КГБ. Такого рода столкновения постоянно возникают – то в сюжетах о FIFA, где Блаттер изображается чуть ли ни диссидентом, то в историях про Грецию, где роль гонимого исполняет Ципрас. Россия-правозащитник, конечно, защищает гонимых. «Обкомы», конечно, огрызаются. Они уже не те, что при Сталине. Это скорее брежневские органы – в меру кровавые, но жестокие и хитрые. Они делают с Россией примерно то, что советские органы когда-то делали с внутренними российскими диссидентами – стремятся опозорить, выдвигают разные нелепые обвинения, объявляют санкции, лишают источников дохода, судят, отправляют в ссылку. Россия сегодня – это в изображении медийных пропагандистов мировой Сахаров, издатель «Хроники текущих событий» (RT), лишенный наград (выгнали из G8) и сосланный в Горький (запрет на выезд для отдельных чиновников).

Это значит, что те, кто представляет режим и защищает его, хотели бы быть глубоко уважаемыми фигурами – в мире. Внутри страны, навязывая власть силой, подлинного уважения не получишь, значит – вовне. Советское устройство жизни, вероятно, сильно травмировало тех, кто сегодня называет себя элитой и политическим классом. Они хотят быть тем самым «умным меньшинством», но внутри России это невозможно, это место занято оппозицией и просто думающими людьми. Их полагается сживать со свету, т. е. выступать в крайне неприятной роли «представителей быдла». Само то обстоятельство, что мир, рисуемый российскими пропагандистами, – это большой «глобальный СССР», многое может сообщить нам о них.

Они рисуют мир, похожий на СССР, и хотят выглядеть силами добра, причем добром считают диссидентство. Сами они не могут не понимать, что в условиях театрализованной общественной жизни силами добра в действительности быть не могут. Но вот что странно. Странно, что такое количество самых обычных и вроде бы не сильно травмированных граждан России охотно соглашаются смотреть эту ежедневную эпопею по телевизору. Возможно, им, как и кремлевским начальникам, просто грустно смотреть по сторонам. Просто не хочется заниматься тем, чем нужно, хочется оставить это преемникам.

Россия как глобальный диссидент