Спецназ: отречение

Министерство обороны России официально отказалось от спецназовцев Александрова и Ерофеева, попавших в украинский плен

Минобороны РФ впервые официально подтвердило, что задержанные в мае в Луганской области "бойцы ГРУ" Александр Александров и Евгений Ерофеев приехали в Донбасс, уже уволившись из российской армии. Такой ответ от российского военного ведомства получил правозащитник, директор проекта "Гражданин и армия" Сергей Кривенко, отправивший запрос в июне.

Украинские власти обвиняют Александрова и Ерофеева по статье об участии в террористической деятельности, 22 мая суд в Киеве арестовал их на два месяца.

После задержания Александров и Ерофеев заявили, что являются действующими военнослужащими, но Минобороны России эти данные опровергло. В ведомстве указали, что "на момент своего задержания" Александров и Ерофеев уже уволились из Вооруженных сил РФ. После этого задержанные заявили, что не увольнялись из рядов ВС.

В середине июня Александров сказал, что на территории Украины сейчас он хотел бы быть в статусе военнопленного, а не террориста или наемника. "Все-таки выполнял приказ", – отметил он.

Задержанный добавил, что не против подать иск против Минобороны РФ. "Не думаю, что составит труда доказать, что я являюсь военнослужащим. Можно отправить запросы, достать подтверждающие документы", – сказал он.

Впоследствии мать Александрова призвала российские власти не бросать ее сына. Кроме того, она сообщила, что он никогда не говорил об увольнении из армии.

Ранее адвокат Александрова и Ерофеева Оксана Соколовская сообщала СМИ, что "защита работает над обменом российских спецназовцев на пленных украинских военнослужащих в рамках Хельсинкской декларации".

О том, как обращение в Минобороны и его отказ от Александрова и Ерофеева повлияют на их дальнейшую судьбу, говорит правозащитник Сергей Кривенко:

– Понять их статус на момент задержания и было основным вопросом к Минобороны. Потому что, когда в мае Александрова и Ерофеева задержали на территории Украины, при них не было никаких документов, фактически они самоназвались, и нет до сих пор подтверждения, что они именно Александров и Ерофеев. Тем более [нет подтверждения], что они военнослужащие российской армии, как они заявляли. Насколько я знаю, адвокаты, которые им были предоставлены украинской стороной в рамках возбужденного против них дела по терроризму, еще в конце мая направили запрос в консульство России в Киеве с просьбой подтвердить, что это граждане России, что это военнослужащие, как они заявляют, и что это именно Александров и Ерофеев. И с тех пор, насколько я знаю, не поступало никаких ответов. То, что мы вчера получили, – это фактически первый официальный ответ Министерства обороны: оно заявило, что они не являются военнослужащими. То есть они были военнослужащими, но были уволены, и весь сюжет с Украиной происходил после того, как они были уволены из рядов вооруженных сил. Несмотря на то что Александров и Ерофеев заявляют обратное.

– Почему защитникам Александрова и Ерофеева сейчас важно доказать, что они были на Украине как военные, а не как "добровольцы"? Как это скажется на их обвинениях и возможных сроках наказания, вообще на их будущем?

Статья "Терроризм" в Украине жесткая, по ней грозит чуть ли не пожизненное наказание

– Это, конечно, является важным для определения стратегии защиты. Потому что, если это просто граждане России, то они являются преступниками как по российскому законодательству, так и по украинскому законодательству. Статья "Терроризм" в Украине довольно жесткая, там по ней грозит чуть ли не пожизненное заключение. Если же это военнослужащие, то возникает возможность переквалифицировать обвинение на шпионаж, и сроки там значительно ниже, и потом их вообще можно обменять, то есть судьба их будет складываться намного лучше, если так можно сказать.

– Вам из Минобороны высылали какие-то приказы или копии приказов об их увольнении, вообще какие-то документы?

Александров и Ерофеев заявляли, что контракт у них только начался и продолжается, они его не разрывали

– Нет. Как раз процедура увольнения из армии совсем не простая. Она действительно сопровождается довольно большим количеством бумаг. Нужен приказ вышестоящего начальника, командующего армией или командира воинской части об увольнении. Александров и Ерофеев заявляли, что контракт у них только начался и продолжается, они его не расторгали. Поэтому, если Минобороны расторгает контракт с военнослужащим, это тоже нельзя сделать просто так, для этого нужны какие-то причины. Например, военнослужащий нарушает дисциплину, не является на построение в часть, еще что-то такое, и все эти факты должны быть зафиксированы и оформлены в соответствии с законодательством. Должны быть приказы, административные взыскания и так далее. Это целый пакет документов, и, к сожалению, мы по опыту мы знаем, что военное командование иногда прибегает к фальсификациям. У нас было недавно дело в суде, где тоже рассматривался вопрос об увольнении одного контрактника, и удалось добиться его восстановления через суд, и в суде было доказано, что командование части, где он служил, фактически сфальсифицировало несколько таких вот приказов с объявлением взысканий, чтобы уволить такого военнослужащего. Практика такая, к сожалению, есть у российских военных.​

Военное командование иногда прибегает к фальсификациям

– Как будет осуществляться защита Александрова и Ерофеева после вашего обращения в Минобороны и получения ответа?

– Я не единственный человек, который осуществляет их защиту. Их защиту ведут сейчас украинские адвокаты. Есть еще несколько российских адвокатов, которые хотят вступить в дело. Это не так просто, но тем не менее, наверное, может произойти. Целое сообщество, которое будет помогать, защищать и продумывать стратегию защиты Александрова и Ерофеева. Ее основная цель – минимизировать для них все последствия. Если удастся провести переговоры и их обменять – это один вариант. Если не удается, то надо будет обращаться в суд, оспаривать все приказы Минобороны на увольнение. И это вполне возможно, такая практика есть, – рассказал Сергей Кривенко.

Еще 20 мая глава "Союза комитетов солдатских матерей", член Общественного совета при Минобороны Валентина Мельникова обратилась с запросом к главному военному прокурору России Сергею Фридинскому с просьбой прояснить статус одного из задержанных в Украине россиян Александра Александрова. С такой просьбой в Союз комитетов солдатских матерей обратился он сам. В запросе "Союз комитетов солдатских матерей" просил военную прокуратуру ответить на несколько вопросов: "По какому распоряжению военнослужащий находился в Украине?", "При каких обстоятельствах, каким образом сержант Александров смог перейти государственную границу?", "Какие меры принимаются военной прокуратурой для возвращения военнослужащего?" и "Участвует ли МИД в возвращении на территорию России Александрова?". Ответ из прокуратуры, по словам Мельниковой, пришел в первых числах июля:

– Мы получили совершенно чудовищный ответ, у нас такого ответа из Главной военной прокуратуры не было с советских времен. Написано дословно: "Установлено, что Александров не является военнослужащим и его действия за границей были вне его службы". Кем установлено, как установлено, была ли проверка, в какой воинской части он служил, как его уволили – каким числом, каким приказом, по чьей инициативе – все, что нам обычно пишут в ответ на наши обращения, ничего этого не было. Установлено, и все. Мы обязательно снова обратимся в Главную военную прокуратуру с требованием объяснить, как это все установлено. Я не исключаю, что теперь, когда нам позвонила мать Александрова, возможно, будем подавать в суд. Главная военная прокуратура не имеет права давать такие бессодержательные ответы, – говорит Валентина Мельникова.

Ранее глава самопровозглашенной Луганской народной республики Игорь Плотницкий, комментируя задержание Александрова и Ерофеева, называл их "бойцами народной милиции ЛНР". Однако СБУ сообщила, что в плен были захвачены два офицера Главного разведывательного управления (ГРУ) Министерства обороны РФ.

После задержания Александрова и Ерофеева президент России Владимир Путин, опровергающий наличие в Украине российских военных, внес изменения в перечень сведений, отнесенных к гостайне, от 30 ноября 1995 года. Параграф про секретность потерь личного состава в военное время теперь дополнен словами "а также в мирное время в период проведения специальных операций".