Европа и беженцы: "потоп" или истерика?

Европейские политики спорят, кто должен помогать многим тысячам мигрантов из стран Ближнего Востока и Африки, бегущим в ЕС

Беженцы в Венгрии отказываются покинуть поезд, на котором они рассчитывали уехать в Германию. Тысячи мигрантов пытаются преодолеть заграждения, построенные венгерскими властями на южной границе страны. Мир ужасается фотографии мертвого трехлетнего сирийского мальчика, чье тело выброшено морем на берег у турецкого города Бодрум, – ребенок был одним из мигрантов, которым так и не удалось доплыть до Европы. О резком увеличении притока беженцев говорят уже не только пограничные страны Евросоюза, такие как Греция (23 тысячи новоприбывших только за последнюю неделю) или Италия, но и лежащие в глубине Европы – Австрия, Словакия, Чехия. Сообщения о "мигрантском кризисе" в ЕС звучат почти панически. Насколько тревожна картина на самом деле?

Тело трехлетнего мальчика Айлана Курди, родившегося в ставшем эпицентром жестоких боев сирийском городе Кобани, населенном в основном курдами, турецкие спасатели обнаружили на берегу Эгейского моря возле известного курорта Бодрум. Фотография мертвого ребенка крупным планом обошла СМИ всего мира, вызвав шквал эмоций и обвинений в адрес властей развитых стран – в бесчувственности и нежелании помочь спасающим свою жизнь людям. Одновременно с Айланом погибли еще 11 беженцев из Сирии, в том числе четыре маленьких ребенка.

Турецкий полицейский с телом маленького Айлана Курди. 3 сентября

Отец утонувшего мальчика Абдулла Курди вышел из турецкого морга, где он опознал тела всей своей семьи (вместе с Айланом погибли его пятилетний брат и их мать, 35-летняя Рехан), в слезах. Он рассказал журналистам, что в июне этого года властями Канады его семье было отказано в предоставлении убежища. В эту страну семья Курди хотела перебраться, так как в Ванкувере живет сестра Абдуллы. Потом они дважды отдавали все собранные ими деньги контрабандистам людьми, пытаясь попасть в Европу, но их все время обманывали. В конце концов, по словам Абдуллы Курди, они на свой страх и риск, вместе с группой соотечественников, решили сесть в лодку, отправившись к берегам Греции, но в дороге она стала протекать и из-за начавшейся паники люди сами перевернули ее:

– Я держал свою жену за руку до последнего. Волна вырвала моих детей у меня из рук. Все страшно кричали в полной тьме. И моя семья не услышала в последний момент мой голос. Я хочу, чтобы об этом сейчас узнал весь мир.

3 сентября власти Канады сообщили, что после случившегося готовы предоставить Абдулле Курди сразу гражданство, однако он отказался от него. Сейчас он намерен попытаться перевезти тела своих детей и жены в Стамбул, чтобы потом отправить их обратно в Сирию и самому похоронить на родине, в Кобани.

Абдулла Курди, выходящий из морга. 3 сентября

Верховный представитель ЕС по внешней политике Федерика Могерини в четверг объявила о начале второго этапа операции против контрабандистов людьми, незаконно перевозящих по Средиземному морю беженцев из стран Ближнего Востока и Северной Африки. По словам Могерини, планируется начать захватывать суда контрабандистов, основываясь на имеющихся разведданных. Выступая в четверг перед совещанием министров обороны стран ЕС в Брюсселе, Могерини сообщила, что за месяц с начала операции удалось спасти полторы тысячи мигрантов, подчеркнув, что это и есть самая главная задача Евросоюза.

Британский премьер-министр Дэвид Кэмерон, выразив глубокое волнение в связи с потрясшей мир гибелью мальчика Айлана Курди, заявил, тем не менее, что его страна не уступит международному давлению и не примет дополнительное количество беженцев. В Венгрии в тот же день полиция остановила поезд, следовавший в Австрию с более чем двумя тысячами мигрантов, и попыталась высадить их в городе Бичке, где существует центр содержания их под стражей. Эвакуация до сих пор не завершена. После двух дней, проведенных около будапештского вокзала Келети, закрытого для нелегальных мигрантов, им разрешили в четверг выехать в западном направлении.

Ваш браузер не поддерживает HTML5

У вокзала Будапешта второй день протестуют мигранты

До сих пор для объединенной Европы, столкнувшейся с массовым наплывом беженцев с Ближнего Востока и из Африки, рекордным был июль этого года, когда внешние границы ЕС пересекли 107 тысяч человек, заявляющих, что бегут от войн и неурядиц на родине и просят убежища в Европе. Данных за август еще нет, но нет сомнений в том, что июльский рекорд будет намного превзойден. По прогнозам министерства внутренних дел Германии, в 2015 году только в этой стране будет подано не менее 800 тысяч прошений о предоставлении убежища. Для сравнения: в 2014-м эта цифра составляла 660 тысяч – для всего Европейского союза.

Директор пражского Центра помощи беженцам Мартин Розумек, однако, напоминает, что нынешний мигрантский "потоп" – в действительности лишь небольшая часть огромной волны, поднятой переворотами и войнами последних лет на Ближнем Востоке и в Северной Африке. И окрестные страны приняли у себя куда большую часть беженцев, чем Европа:

– В Иордании, где находятся 1,2 миллиона беженцев из Сирии, или в Турции, где их 1,8 миллиона, над европейскими спорами о том, что делать с несколькими десятками тысяч человек, могут только посмеяться. Но я не могу не признать, что для Италии, Греции или Венгрии ситуация приобретает очень тревожный характер. Растет поток беженцев, прибывающих в Германию и Швецию, – это наиболее популярные среди них пункты конечного назначения в континентальной Европе. Нынешний прилив мигрантов в Центральную Европу начался с того, что итальянцы стали беспрепятственно пропускать часть этих людей дальше, а греки откровенно не справляются с ситуацией. Для Венгрии 60 тысяч уже подавших прошение об убежище в этом году – это тоже очень много. Дублинское соглашение перекладывает большую часть ответственности за мигрантов на ту страну ЕС, куда они прибывают изначально. Отсюда – контрабанда людей внутри Европы, при которой гибнет множество беженцев.

Венгерская полиция перехватывает нелегальных мигрантов. 3 сентября

По мнению Мартина Розумека, основой новой европейской миграционной политики могла бы стать легализация самого прибытия мигрантов в Европу. Это значит, что, если люди бегут из мест, где в разгаре война или правит диктатор, они могли бы иметь законное право подать заявление о праве на временное пребывание в той или иной стране ЕС. Это будет означать, что основания для нелегального бизнеса по перевозке мигрантов исчезнут. Тем самым было бы ослаблено давление, которое сейчас испытывают страны Южной и Юго-Восточной Европы, полагает директор чешского Центра помощи беженцам. Он отмечает также, что "Европа принимает всех" – это ложь, точнее, опасный стереотип. Так, в прошлом году заявления 55% тех, кто хотел получить убежище в странах ЕС, были отклонены, так как эти люди были не беженцами, а экономическими мигрантами. Разделение этих двух категорий – одна из главных задач властей Германии и всего ЕС, считает министр правительства земли Бавария по европейским вопросам Беате Мерк:

– Я должна ясно заявить: те мигранты, кто не находится в ситуации, угрожающей их жизни, и не имеют права на пребывание в Германии, будут очень быстро высылаться обратно. Мы хотим и должны помочь людям из охваченных войной стран, таких как Сирия или Ирак. Но мы должны сказать людям, которые едут к нам лишь для того, чтобы улучшить свое материальное положение: вам мы помочь не можем. Эти люди поедут обратно, домой, – сказала баварский министр.

Ваш браузер не поддерживает HTML5

Вена для многих беженцев - перевалочный пункт: переселенцы держат путь в Германию

Европейские СМИ отмечают, что опасность нынешнего мигрантского кризиса в том, что он начинает приобретать характер эпидемии. В путь засобирались не только сирийские или иракские граждане, но и, к примеру, часть обитателей лагерей палестинских беженцев в Ливане, которые существуют уже десятилетия и где сейчас не наблюдается особого обострения обстановки. Вот что рассказала репортеру агентства Reuters жительница одного из таких лагерей, 35-летняя мать двоих детей Манал ан-Наджи:

– Мы договорились, что уедем, целой группой. Но потом я была вынуждена остаться, потому что не смогла собрать достаточно денег, чтобы заплатить за переправу. Я надеялась до последнего момента. План был такой: добраться до Турции, оттуда – в Грецию и дальше, через одну страну за другой, до Германии. Я знаю, что это опасно, у меня двое детей, старшему всего четыре года. Многие тонут, я знаю об этом. Но нас это не останавливает, – говорит палестинка, живущая в Ливане.

Что ждет этих людей в Европе? Вероятно, иллюзии многих из них о благополучной жизни в мирных, зажиточных и гостеприимных странах быстро развеются. Настроение в государствах ЕС – прежде всего в тех, которые до сих пор не сталкивались со сколь-нибудь значительным притоком беженцев, – быстро портится. Реальные проблемы, связанные с ростом числа мигрантов, с одной стороны, предрассудки и недостаток информации – с другой, формируют враждебное отношение к беженцам в Центральной Европе. Ситуацию в интервью Радио Свобода анализирует доцент факультета общественных наук Карлова университета (Прага), политолог-востоковед Эмиль Сулейманов:

Венгерская полиция перехватывает нелегальных мигрантов. 3 сентября

– В таких странах, как Венгрия, Словакия, Чехия, живет мало мусульман с Ближнего Востока, с которыми в первую очередь ассоциируется приход мигрантов в последние месяцы. Здесь привыкли судить о мусульманах по сообщениям СМИ, по таким событиям, как нападение на редакцию Charlie Hebdo или зверства группировки "Исламское государство" в Сирии и Ираке. Между всем этим и обычными мусульманами, в том числе мигрантами, ставится знак равенства. В то же время в Германии, Швеции и других западноевропейских странах люди имеют более дифференцированное представление о мусульманах как о конкретных людях, живущих рядом с ними. Условно говоря: вот Ахмед, он хороший парень, торгует овощами, а вот его сосед Мохаммед какой-то странный, ходит в сомнительную мечеть с радикальным имамом, он нам не нравится… В восточной части ЕС мигранты с Ближнего Востока воспринимаются как какое-то нарицательное понятие, связанное с угрозой терроризма. Многие также думают, что мигранты едут исключительно для того, чтобы жить за счет социальных пособий, опасаются, что они не будут работать.

– То есть в Европе чем дальше на восток, тем сильнее ксенофобия?

– Причем чем регион беднее, тем сильнее эти настроения. Скажем, в восточных землях Германии, в бывшей ГДР, несмотря на то что турецкая и другие мусульманские общины там куда менее крупные, чем в западной части страны, уровень ксенофобии и популярность праворадикальных партий и группировок значительно выше. Хотя, конечно, отношение к мусульманам неоднозначное сейчас по всей Европе, но все же на Западе меньше людей склонны считать их априори если не террористами, то иждивенцами. Есть понимание того, что люди разные. В то же время нельзя и всех огульно записывать в ксенофобы: в той же Чехии, когда лет 15-20 назад сюда переселились несколько тысяч человек из Боснии и Косова, где тогда шла война, отношение к этому было спокойное. Или взять, к примеру, казахов – у нас в последнее время растет число студентов и других выходцев из Казахстана. Отношение к ним вполне приветливое даже среди тех, кто знает о религиозной идентичности казахов, о том, что это преимущественно мусульманская страна. Скорее можно говорить об арабофобии, поскольку именно арабы воспринимаются массовым сознанием как носители ислама, особенно в его радикальной версии.

– Квоты, согласно которым мигрантов могут начать распределять между странами ЕС, – это приемлемый механизм решения проблемы? Ведь не секрет, что большинство беженцев стремится во вполне конкретные страны, в основном в Германию, Великобританию, Швецию…

Спасенные в Средиземном море мигранты из Африки высаживаются на берег с итальянского военного корабля. 3 сентября

– Мне не кажется нормальным этот механизм, потому что это диктовка "сверху", из Брюсселя, она многими будет восприниматься в штыки, особенно здесь, в Центральной Европе. Да и, думаю, сами мигранты будут стремиться уехать из относительно небогатых стран, где и на работу устроиться сложнее, и, как я уже сказал, уровень ксенофобии выше. Строить свою жизнь в Германии мигранту все-таки проще, чем, скажем, в Словакии. Боюсь, квоты – это не решение проблемы, – считает политолог-востоковед из Карлова университета (Прага) Эмиль Сулейманов.

Об эффективных решениях европейские политики пытаются договориться как можно скорее. 14 сентября ситуацию с мигрантами обсудят в Брюсселе министры внутренних дел и юстиции всех 28 стран ЕС. Единства пока нет. С одной стороны, Германия, Франция и Италия настаивают на единой европейской миграционной политике, поддерживая, в частности, механизм квот, о котором шла речь выше. С другой – страны Центральной Европы, а также Великобритания активно против. Канцелярия французского президента Франсуа Олланда 3 сентября сообщила, что в ближайшее время Франция и Германия выступят с совместными предложениями по вопросу о "справедливом распределении" беженцев между европейскими странами. "Европейский союз должен действовать решительно и в соответствии со своими ценностями. Эти люди, мужчины, женщины и дети, бегут от войны и преследований. Они нуждаются в международной защите", – отмечается в заявлении президента Франции. Канцлер ФРГ Ангела Меркель выразила в тот же день свою полную поддержку этого мнения Олланда, добавив: "Это бремя мы должны нести сообща. Именно здесь должен проявиться основной принцип общеевропейской солидарности".

О том, насколько трудно будет достичь договоренности, свидетельствуют переговоры, прошедшие в четверг в Брюсселе между премьер-министром Венгрии Виктором Орбаном и руководством ЕС. Возведение стены на границе Венгрии и Сербии не нашло понимания в европейских верхах – как и подход Орбана к мигрантскому кризису в первую очередь как к проблеме Германии:

Виктор Орбан (слева) и Мартин Шульц (справа) на совместной пресс-конференции в Брюсселе. 3 сентября

– Это не европейская проблема. Это немецкая проблема. Никто из этих людей не хочет оставаться в Венгрии, равно как в Польше, Словакии или Эстонии. Все хотят ехать в Германию. Так что наша задача – только зарегистрировать их. Это исполнение закона. Но мы не должны создавать иллюзий, не должны говорить этим людям: пожалуйста, приезжайте. Морально и ответственно, наоборот, дать им понять – пожалуйста, не приезжайте. Зачем вам ехать из Турции в Европу? Турция – безопасная страна. Оставайтесь там, не пускайтесь в рискованный путь.

Венгерскому премьеру возразил председатель Европарламента Мартин Шульц:

– Сказать, что, мол, у нас сейчас беженцы по всей Европе, но все они хотят в Германию, так что нас это не касается, – это эффектно, но неверно. Думаю, нам нужно честное распределение. Вот цифры. В сумме в 28 странах ЕС живут 507 миллионов человек. Разделить полмиллиона беженцев между полумиллиардом европейцев – не проблема. Сконцентрировать всех беженцев в какой-то конкретной стране – это проблема, – считает глава Европарламента.

Тем временем премьер-министр Турции Ахмет Давутоглу выступил с лаконичным заявлением. "Турция будет держать свои двери открытыми для беженцев, как она делала это до сих пор", – говорится в нем. Ранее в четверг президент Турции Реджеп Эрдоган призвал развитые страны отнестись к мигрантам более гуманно. А знаменитый на Ближнем Востоке египетский миллиардер греческого происхождения Нагиб Савирис 3 сентября предложил купить на свои деньги для беженцев остров в Греции или Италии. После покупки он намерен объявить о его независимости и создании на нем нового государства для мигрантов.