Журналист Олег Кашин назвал дело о покушении на него раскрытым

Олег Кашин назвал имена обвиняемых в покушении на его убийство. Журналист сообщил на своем сайте, что расследование дела завершено, а также озвучил имена организатора и исполнителей преступления. Олег Кашин был избит двумя неизвестными 6 ноября 2010 года возле своего дома. Его госпитализировали с сотрясением мозга, переломами ног и челюстей, а также отрывом фаланг пальцев. Олег Кашин ответил на вопросы ведущей «Коммерсантъ FM» Светланы Токаревой.

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ / купить фото

— Ну что, вас можно поздравить?

— Поздравлять так вот по-настоящему пока рано. Поскольку, ну, я думаю, что поводом для поздравлений будет приговор исполнителям и заказчикам. Но, по крайней мере, очень серьезная и приличная победа, это правда. Я действительно не ожидал, что когда-нибудь узнаю эти имена.

— Озвучьте, пожалуйста, Олег, в нашем эфире всю информацию, которую вы написали в своем блоге, вернее основную ее часть, именно организаторов и исполнителей.

Олег Кашин узнал тех, кто на него напал

— Собственно история такая, что сейчас в Петербурге находится под арестом по статье хранение оружия, не связанной со мной, директор завода «Ленинец» Горбунов. Завод «Ленинец» — структура большая такая, влиятельная, принадлежащая семье губернатора Псковской области Андрея Турчака, который был по всем публикациям с самого начала 2010 года фигурантом одной из версий покушения на меня. Горбунова арестовали, в среду, между прочим, будет суд о мере пресечения его. И как раз я привлекаю внимание к этому суду. Горбунова похищали полтора года назад. И в процессе следствия по делу о его похищении вдруг, совершенно как бы не ожидая того, следователь Сердюков из Следственного комитета обнаружил троих исполнителей покушения на меня и предъявил им в июне этого года обвинение. Собственно, их имена Борисов, Веселов и Кавтаскин, я не знаю этих людей, естественно, это наемники, я их не должен знать. Но, по крайней мере, этим людям предъявлено обвинение. Двое арестованы, третий в розыске.

— Я так понимаю, Олег, на один-то вопрос так и нет ответа, если не ошибаюсь, — каковы были мотивы преступников?

— На этот вопрос как раз есть ответ, очень четкий в материалах дела. Мотив преступников был корыстным, то есть как они утверждают, как раз Горбунов, который по моему делу проходит как свидетель, что я тоже подчеркиваю, они утверждают, что Горбунов им заплатил 3 млн 300 тыс. руб. То есть мотив был корыстный, они были наемниками.

— Скажите, почему официальной версии, официальной информации Следственного комитета о раскрытии преступления до сих пор нет?

— Мне трудно об этом говорить и тем более трудно в чем-то обвинять Следственный комитет. Может быть, они как-то придерживали это к пятилетию нападения на меня. В ноябре 2015 года будет пять лет. Может быть, еще что-то. Но действительно официальной информации нет. Я сегодня тоже видел комментарии Маркина, но по крайней мере считайте мою информацию официальной, поскольку я потерпевший в своем уголовном деле.

— Мы с вами обсудили исполнителей, о заказчике так и не поговорили. Вот что известно на данный момент по этому поводу?

— Есть такая промежуточная вещь. Не заказчик, не исполнитель — организатор. Исполнителем и организатором называют Горбунова, но по крайней мере обвинение ему не предъявлено по моему делу. Еще раз скажу — он свидетель, проходит по другому делу, по которому его послезавтра, скорее всего, отпустят из тюрьмы. Ну это будет такая интересная новость, скажем так. Что касается заказчика, то это понятно, главное имя, которое фигурирует во всей этой истории теперь, — это Андрей Турчак — губернатор Псковской области. Но называть его заказчиком я сейчас не решусь, поскольку в деле этого нет. Его никто не называет заказчиком, если я скажу, что это он, то он на меня подаст в суд и, безусловно, выиграет, потому что я не смогу этого доказать. Но, по крайней мере, это люди Турчака, люди, работающие в его фирме, люди, работающие в его структуре, а дальше, как говорится, думайте сами.

— А нападение на вас было связано именно с профессиональной деятельностью?

— Тоже такой хороший тонкий вопрос, поскольку мне, конечно, вот там для, не знаю, чего, для истории журналистики, было бы приятнее, если бы было какое-то расследование в отношении этих людей, и они бы мне мстили за расследование. Но расследования не было, и мой конфликт с их работодателем, собственно, Турчаком был связан с такой очень классической блогерской перебранкой в «Живом журнале», когда я упомянул имя их начальника всуе, сам начальник потребовал от меня извинений, поставив мне срок для этих извинений, я отказался извиняться, ну и, соответственно, через три месяца все и произошло.

— Перед Василием Якеменко будете извиняться?

— Да, разумеется, я буду извиняться, но я вот говорю, буду-буду, а не в смысле извиняюсь сейчас. Я хотел бы действительно сделать это лично, но лично публично, то есть где-то в каком-то месте, где нас все-все увидят, допустим, студия телевидения. Я готов действительно перед ним извиниться, поскольку я на протяжении первых лет следствия действительно был уверен, утверждал и заявлял, что был уверен, что Якеменко причастен. Но вот оказывается, что это не так.

— Олег, каковы ваши дальнейшие действия, раскройте, пожалуйста, ваши планы. Вы написали в частности, что ваше дело раскрыто, имена известны, исполнители двое из троих арестованы, а дальше, вы написали, «начинается политика, но этот текст не о политике». Что вы этим хотели сказать?

— Я хочу сказать, что действительно, ну, не будем как бы изображать наивность такую, в России если в уголовном деле звучит фамилия какого-то государственного или политического деятеля или влиятельного человека, то решение о его дальнейшем участии или не участии в этом деле принимается не в суде. Я думаю, что теперь вот, когда, собственно, я заявляю об этих исполнителях, кому-то в Кремле придется решать, как быть, соответственно, с дальнейшим решением. Не в Следственном комитете, не в судах, а именно в Кремле. И здесь я, соответственно, замерев, жду, а самые ближние планы — то, что послезавтра в Калининском суде будут либо освобождать, либо не освобождать как раз Горбунова. Я очень внимательно слежу за этим процессом.

— То есть вы по-прежнему сотрудничаете со следствием?

— Ну, я бы не стал так говорить, поскольку тоже такая тонкость, этих людей нашел новый следователь не по моему делу, человек расследовал другое дело как раз о похищении того самого Горбунова. То есть со своим следствием я в контакте, я сотрудничаю, но это не оно, это как раз вот тоже такое совпадение, я думаю, что если бы мои следователи уперлись в эти имена, то политика была бы уже давно, и я бы просто не узнал этих имен. Но, по крайней мере, так совпало, что в другом деле всплыли эти люди, которые признались и получили обвинение в том, что попытались меня убить.

— То есть удачное стечение обстоятельств?

— Вот как ни парадоксально, да. Повезло, насколько я могу судить.

— Ну, еще немножко о ваших дальнейших действиях, планируете ли отзывать из Страсбургского суда иск о бездействии ФСБ по расследованию вашего дела?

— Рано или поздно, я думаю, мне придется его отозвать, но опять же пока, вы слышали сегодня комментарий Маркина, я думаю, еще будут какие-то комментарии, бездействия пока никто не отменяет, потому что человек, которого исполнители называют организатором, в моем деле его нет, обвинение ему не предъявлено и так далее, есть какие-то еще нюансы, которые пока не позволяют говорить о том, что бездействия нет. Бездействие как бы вызывает сомнения, но, по крайней мере, и не вызывает сомнения, что что-то не вполне так в моем деле. Поэтому иск отзывать когда-нибудь буду, но когда-нибудь.

«Я действительно не ожидал, что когда-нибудь узнаю эти имена»