«Украино-чеченское дело»

В ближайшее время в Чечне должно начаться судебное разбирательство по делу двух граждан Украины, обвиняемых в участии в боевых действиях на территории республики в 1994–1995 годах. В сообщении Следственного комитета говорится о двух членах националистической организации «Украинская национальная ассамблея — Украинская народная самооборона» (УНА-УНСО; в России запрещена), Николае Карпюке и Станиславе Клыхе. Им вменяется руководство и участие в банде, убийство и покушение на убийство российских военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов. При этом, поскольку речь в деле идет о событиях давних, то убийство и покушение на убийство «лиц в связи с выполнением ими своего служебного долга» квалифицируются по соответствующим статьям УК РСФСР, действовавшего до 1997 года (п.п. «в, з, н» ст. 102 и ч. 2 ст. 15, п.п. «в, з, н» ст. 102 УК РСФСР). Руководство и участие в банде квалифицируются по, соответственно, 1-й и 2-й частям ст. 209 нынешнего Уголовного кодекса.

По версии Следственного комитета, Карпюк вместе с видным деятелем УНА-УНСО и впоследствии «Правого сектора» (эта организация также запрещена в России) Александром Музычко (убит сотрудниками правоохранительных органов Украины в марте 2014 года) вербовали украинских радикалов для участия в боевых действиях в Чечне на стороне сепаратистов. Они организовали банду под названием «Викинг», в которую, как утверждает СК, входил, в частности, Станислав Клых, а также глава «Правого сектора» Дмитрий Ярош. Убийства «не менее 20 военнослужащих» и причинение «ранений различной степени тяжести» «не менее 13 военнослужащим» участники банды «Викинг» совершили в декабре 1994 — январе 1995 года в Грозном: на территории президентского дворца, на площади Минутка и на железнодорожном вокзале.

Николай Карпюк действительно был видным членом УНА-УНСО. В конце 2001 года возглавил организацию. Тогда же он вместе с рядом соратников был приговорен к тюремному заключению по обвинению в участии в столкновениях у здания администрации президента Украины, на свободу вышел в 2004 году. В марте 2014 года, вскоре после того, как российский Следственный комитет впервые сообщил о возбуждении дела против активистов УНА-УНСО за участие в боевых действиях в Чечне, стало известно, что Карпюк исчез с территории Украины. Украинское издание «Гордон» предполагает, что российские спецслужбы задержали его в Черниговской области и вывезли в Россию. Как рассказал ОВД-Инфо координатор Международного правозащитного альянса Дмитрий Чернов, Карпюка пригласили на какую-то встречу, после чего связь с ним прервалась.

В течение долгого времени родственники не имели о нем никаких вестей. По разным данным, он содержался под стражей в Ростове, Ессентуках и Владикавказе (расследование дела вело следственное управление СК по Северо-Кавказскому федеральному округу). Четверым адвокатам до сих пор не удалось ни встретиться с ним, ни войти в дело — им показывали написанные Карпюком заявления, в которых говорилось, что он отказывается от их услуг и хочет, чтобы его интересы представляла адвокат по назначению Людмила Мамукаева. К Карпюку ни разу не пустили представителей консульства Украины, которые неоднократно пытались добиться встречи с ним. Все это наводило адвокатов на мысли о том, что Карпюка вовсе нет в живых. Лишь из медицинских документов и из того факта, что ему предъявлено официальное обвинение, можно было сделать вывод о том, что он жив. Между тем еще в марте 2014 года сообщалось, что в постановлении суда о помещении Карпюка под стражу говорится, будто он признал, что воевал в Чечне с Музычко и Ярошем. Как передают «Грани. Ру», в самой УНА-УНСО утверждают, что Карпюк в Чечне не был.

Что касается Станислава Клыха, то он, по словам защиты, не только не воевал в Чечне, но даже не участвовал в активной деятельности УНА-УНСО. Как рассказала с его слов адвокат Марина Дубровина, представляющая его интересы, в 1991 году, когда он был студентом исторического факультета Киевского национального университета имени Шевченко, его пригласили вступить в Украинскую национальную ассамблею. Студенты заполнили анкеты, их было много. Но никаких механизмов выхода из этой организации, по словам Клыха, прописано не было. «Он говорит, что довольно быстро отошел от дел этой организации и ничего общего у него с ней нет, — рассказывает Дубровина. — Клых числился в списках организации, на него даже какое-то время было зарегистрировано киевское отделение этой организации, но его очень быстро перерегистрировал на себя его нынешний глава Игорь Мазур (видный деятель „Правого сектора“ — ОВД-Инфо). А Клых потом получил второе образование, преподавал, писал и публиковал статьи в различных изданиях, организовывал фестивали, занимался общественной деятельностью».

Клых был задержан в августе 2014 года в Орле. После задержания о нем тоже долго не было вестей, однако Марине Дубровиной в июне 2015 года все же удалось пробиться к нему. Дубровина утверждает, что в первые полтора-два месяца после задержания на Клыха оказывалось давление: «Его били, пытали электрическим током, подвешивали за наручники, оставляли без еды и воды, пытки были длительными и изощренными». От показаний, данных под пытками, Клых в настоящее время официально отказался. Дубровина полагает, что и Карпюк подвергался пыткам и избиениям — иначе трудно объяснить, почему к нему до сих пор никого не пускают. Дубровина дважды заявляла ходатайство о проведении очных ставок Клыха с Карпюком, но в их проведении было отказано. В сентябре в дело вошел новый адвокат Карпюка, Докка Ицлаев, но он до сих пор не видел своего подзащитного.

В сообщении Следственного комитета упоминается еще один обвиняемый по делу об убийстве российских военнослужащих в Чечне боевиками УНА-УНСО. Это гражданин Украины Александр Малофеев, который заключил соглашение со следствием, в связи с чем его дело, уже направленное в суд, будет рассматриваться отдельно. По словам Дубровиной, из материалов дела следует, что Малофеев в 1994–1995 и 2000 годах якобы участвовал в чеченских событиях. В начале 2000-х годов он переехал в Крым, где совершил преступление и был приговорен к тюремному заключению. В 2005 году его забрала к себе мать, которая живет в Новосибирской области. Там он совершил еще два преступления и был приговорен к 23 годам лишения свободы. С 2009 года Малофеев находится в колонии в Свердловской области.

По словам Дубровиной, внимание оперативных сотрудников привлекли многочисленные татуировки Малофеева: среди них была надпись «УНА-УНСО», свастики, знаки СС. Осенью 2013 года у него стали брать показания об участии в УНА-УНСО и в боевых действиях на территории Чечни. Однако в его первых признательных показаниях среди людей, о которых он упоминал как о бывших с ним в Чечне, не было ни Клыха, ни Карпюка, ни других, о ком говорит Следственный комитет в связи с нынешним делом. Но потом, говорит адвокат, когда к Малофееву «пристально присмотрелись и перевели в Ессентуки», появились новые показания — «на тех, на кого было нужно».

Получить показания от Малофеева следователям было довольно просто, полагает Дубровина: у него терминальная стадия ВИЧ с генерализованной лимфаденопатией, гепатит B, гепатит C и туберкулез, а в прошлом — тяжелая героиновая зависимость. Чтобы добиться от него «нужных» показаний, «достаточно либо не давать ему антиретровирусную терапию, которая ему положена, либо помахать перед ним героиновой дозой», говорит адвокат. По ее словам, Малофеева также били.

Предварительные слушания по делу Карпюка и Клыха в Верховном суде Чечни должны начаться 15 сентября, однако, как сообщают представители республиканской Общественной наблюдательной комиссии, 10 сентября ни одного из обвиняемых в СИЗО Грозного еще не было.