Kostroma lessons

The results of the "Elections" were discussed by Alexander Kynev, Konstantin Kalachev, Ivan Starikov, Sergey Parkhomenko ...

In the 21st region of Russia, issued for direct, but in fact the "filtered" governor elections elected 11 legislative assemblies and 23 city thoughts.

Formally, everything is fine for the authorities. 20 "victories" of the appointed governors and one second round in the Irkutsk region. In Kuzbass, the governor was "elected" Aman Tuleyev - 97% of the vote. The results in the election in the Legislative Assembly of United Russia are above 40-60%. The Communist Party, LDPR and "Fair Russia" remained mainly in their positions.

The liberal parties performed unsuccessfully. In the only region where it was registered, in the Kostroma region, the democratic coalition of Alexei Navalny on the basis of Parnas received about 2% in the conditions of information and police pressing. In the Novosibirsk region, "Yabloko" received only 3%, held two deputies in the districts: in the Kostroma and Kaluga legislative assemblies.

But there are interesting signals. Ahead of the second round of the election of the governor in the Irkutsk region: Governor Sergei Eroshchenko and the leader of the Irkutsk organization of the Communist Party Sergey Levchenko will participate in it. The head of the Amur Region Alexander Kozlov received a little more than 51% of the vote and only about a third of the votes in Blagoveshchensk, where he was mayor.

How are the crisis and election results related? Political scientists were discussed by Alexander Kynev , Konstantin Kalachev , Alexei Mazur , Vsevolod Naparte, volunteer in the elections in the Kostroma region, journalist of Echo Moskva Sergey Parkhomenko , leader of the Yabloko party in the Novosibirsk Region Ivan Starikov . He led the program "Facial to the event" Mikhail Sokolov .

Full video version of the program

Mikhail Sokolov: Today in our studio, political scientists Konstantin Kalachev and Alexander Kynev. We will talk about past elections, a single voting day. Perhaps the most interesting according to the results of this day is that the liberal opposition, let’s say, did not show outstanding results, on the other hand, some problems among the Party of Power arose in the east of Russia. Here is almost a sensation, at night we watched how the votes were counted in the Irkutsk region. Governor Sergei Eroshchenko and his competitor Sergei Levchenko, a representative of the Communist Party, turned out that the governor did not reach the victory in the first round, in my opinion, for the first time in three years, the second round would be held in this election. What happened there?

Alexander Kynev: In fact, if we look in the regions, in Kostroma a similar situation, that is, the scheme is about one: the cities vote more oppositionly, more independently, but they have below the turnout. The classical technology lies in the fact that at first the city is considered, the periphery of distant, inaccessible, where it is bad with control, adheres to. And then, with the help of falsifications, as much as it is necessary, based on the population. We saw this in Irkutsk, when it was clear after the counting in large cities, what Levchenko was the leader there, and in these cities he had more than 80%, there was a victory in one tour, and then the periphery went, this difference was growing, but still there was not enough to crawl to 50%.

Interestingly, if we look at Kostroma, although there is a regional Duma, the situation is also similar: in the city plots, Parnassus ranges from 3 to 11%, and there are no zero percent along the periphery and so on. The picture is very similar. Based on this, the Duma of next year will pass, the so -called "petal" cutting, when a piece of the city is taken and a large number of rural areas are added to it so that the city is lower in the city, and the village provides a result. That is, it turns into a basic technology of power. But this is not significant, it was always that the periphery provided the desired percentage, the main thing is that today, in the case of an active opposition campaign, the periphery is not enough. And in this sense, the course is indicative.

Together with Irkutsk, two regions showed an interesting result in the mayor’s elections-this is the Amur Region and Mari-El. There, the current chapters received 50 and several tenths. Everyone understands that they lost the election and need a second round. It is clear that again the periphery of the aforementioned provided Mr. Markelov and Mr. Kozlov this formal result, which no one has any doubt in his quality. What is the difference between Irkutsk from the Amur Region and Mari-El? The only difference is that in the case of the Irkutsk region, the opposition had a strong leader who was able to conduct his own mobilization campaign. And a strong leader led to the fact that even this falsification on the periphery did not allow victory.

And in the case of the Amur Region and Mari El-weak governors, there were no opponents. People walked, voted in spite, without even having a single personified enemy. And since there was no such enemy, there was not enough resources to ensure the second round.

Mikhail Sokolov: Let's turn to Vsevolod Naparte in Irkutsk. What is the cause of the protest voting, and how did the coalition around the communist Levchenko, I think that not only the left were voted for him?

Vsevolod Nasarte: Of course, not only the left voted for him. Here I would like to say this: Levchenko’s victory in Irkutsk cannot be considered as the victory of the opposition, since there is no such opposition in the Irkutsk region, in the Irkutsk policy.

It would be an exaggeration to call Levchenko a strong leader. During his campaign, he showed the result of a completely different one. Those starting positions from which he came out at the beginning of this campaign allowed him to get a more significant result, he did not show him. The Communist Party as a political structure showed itself not from the best. Voting in Irkutsk is primarily a vote against Eroshchenko, this is not for Levchenko and not for the opposition. In addition, there can be no speech that the Communist Party of the Communist Party and United Russia participated, and the other party was only a background in this election. No one associated the program of Levchenko and the Eroshchenko program with the rhetoric of United Russia and the Communist Party, nor the Irkutsk branches, nor the Moscow Central Committee.

Mikhail Sokolov: Vsevolod, can you clarify what caused such a negative reaction, the activities of the current governor? Suppose this is not the confrontation of parties - this is a confrontation to a specific leader. Why did it arise?

Vsevolod Nasarte: As they say, every cup of his swamp praises his swamp. I will risk expressing such a daring thought: Irkutsk is one of the few places in Russia where civil society has developed. This society does not fall under the definition that the metropolitan liberals give him, and this is not the people that the Communists are talking about and others like them. This is such a original system.

Mikhail Sokolov: That is, you are there in Siberia "regional" - the heirs of Potanin?

Vsevolod Nasarte: No, I don't think. This society has no clear political guideline yet, but nevertheless, it begins to realize its interest, it can express this interest. So far, this political reaction is simply “against”.

For the first time, this was clearly noticeable in the elections of the mayor of Irkutsk, when Dmitry Mezentsev was voted against the candidate exhibited by the governor, then the governor voted against this candidate for Irkutsk, whom no one seriously considered at the beginning of the elections.

In these elections, they voted against the governor in the Irkutsk region, because the governor is always considered as a certain chief mayor of the city of Irkutsk. Everyone is accustomed to the fact that the governor intervenes in internal -irkutic affairs, but Eroshchenko’s intervention could be the most sharp and painful. First of all, this is a question with the abolition of direct elections of the mayor of the city.

Mikhail Sokolov: That is, he went too far. Konstantin, what do you say?

Konstantin Kalachev: I had the opportunity to have dinner with Eroshchenko in the company of political scientists, who Eroshchenko identified and asked him simple questions. For example, what will happen to the city of Irkutsk, the mayor of Kondrachev "demolished", what's next? There is an understanding that the Irkutsk campaign needs to be highlighted as a separate and show the townspeople that the advantages of choosing a new chapter in a non -direct way. Kondrashev spoke in favor of Levchenko, I saw him in rollers. The answer did not follow.

The second question: "Will you agree with businessman Bitarov and others?" These are representatives of the counter -elit, by the way, the former member of the Political Council of United Russia, a large businessman who takes builders to rallies against Eroshchenko. "No, we won’t agree, he will go ahead."

- "Do you take Levchenko seriously?" - "No, I do not perceive." In fact, everything began with the opponent of the opponent. I saw sociology that is relevant of those times. Relatively speaking, Levchenko has great potential, he has more than 20%recognition, many have forgotten about him, although he participated in the governor’s elections.

Alexander Kynev: The general situation when many of our experts resemble Gogol’s characters, that here is a bad, and that, and this, and he is not a leader, and who is the leader then? In fact, this is an attempt to portray specialists and underestimate reality.

Mikhail Sokolov: Many were really shocked by your colleagues of Irkutsk.

Konstantin Kalachev: Regarding this campaign, Levchenko entered there with a rating of several percent, Eroshchenko with a rating of 62%, rolled up, scored 49%. Why? A mass of errors. Look, the slogan, for example, Levchenko "I am going to win", and the slogan of Eroshchenko is "the area of my heart." Compare the agenda Levchenko and the agenda of Eroshchenko. Eroshchenko rushed about, for example, the last time he promised to return the direct elections of the mayor in Irkutsk, this was not understood by those who were supporters of the cancellation, nor those who want direct elections. And most importantly, his headquarters failed organizationally and informatively, political technologists there were a full program there, because, relatively speaking, in the conditions when the customer underestimates his competitor, they did not offer anything substantial, counted on the admin resource. And by the way, the Communist Party of the Communist Party there played a role there, because in the cities they demolished the communist mayors, respectively, a protest reaction in Bratsk, Angarsk, Irkutsk, it could be predicted and expected. There was a reboot of the municipal government, the new chapters did not prove their advantages over the previous ones.

Alexander Kynev: Yesterday, several local campaigns were held at the same time as the governors' elections, a communist won in one of these campaigns, which no one also knew, precisely in the wake of voting for Levchenko. Therefore, all these conversations that the Communist Party does not matter - the person won.

Mikhail Sokolov: Let us connect Alexei Mazur, political assistant to the Taiga Info site, which is located in Novosibirsk. In Novosibirsk, the results are also curious, the Communist Party successfully performed, just the question of the role of the Communist Party. We are told that the Communist Party does not play a role, but in your area it plays a role, and the mayor of the communist Lokot. Your comment? How do you see Irkutsk, what is the difference with Novosibirsk?

Alexey Mazur: Novosibirsk and Irkutsk have been competing in the nomination for 5 years, who will spoil the mood of "United Russia" more. That is, today Irkutsk won the palm in this nomination. In Novosibirsk, I would not say that the Communist Party had a great success, the Communist Party rolled back to the 2010 results in election in the Legislative Assembly. Exactly the same results were obtained in the elections to the Legislative Assembly, like 5 years ago. During this period, the Communist Party defeated United Russia in the State Duma elections throughout the city of Novosibirsk, in all 10 regions of the EPRF in the elections to the State Duma received more than United Russia. And last year, the Communist Party won the mayor’s elections. And this year, according to the party lists, the Communist Party lost both the Legislative Assembly, and even in the elections to the city council, according to party lists, she also received a little less than United Russia. What does it mean, although the result against the background of the all -Russian looks like an outstanding event, the Communist Party and United Russia were almost equally gained, but if you take into account the background of events, it can hardly be called great success.

Mikhail Sokolov: I see, for example, both the LDPR and the Fair Russia in many regions are also kept quite stable, go to legislative assemblies and so on. That is, it turns out that members of the Putin coalition in the State Duma are attracted to the voter up to 10% somewhere. In the power of the Zhirinov, Mironovites? The fact that they are also “our Crimea” or in the fact that they also find some kind of regional agenda?

Alexander Kynev: In fact, if we talk about the dynamics of other parties, if you look at past years, all system parties lost because an alternative appeared, people could vote for someone else. Then there was a strong discredit to the city voter. What is the difference between the campaign of this year? Very strong stripping led to the fact that the most significant parties to the elections were not allowed in the mass order were not allowed. Accordingly, the election field narrowed to the same system parties, spoilers were allowed somewhere, somewhere there was no apple.

What did you really happen? The situation with the Communists began to deteriorate even more, because they lost about a third, now, if we look at 2011, the State Duma and now, these elections, in some regions, the Communist Party of the Communist Party of two, and somewhere even more times. There are two outstanding results - these are Novosibirsk and Irkutsk, bright, but against their background Nizhny Novgorod is generally a disaster, even the Socialist -Revolutionaries went forward, although in Nizhny Novgorod there were 31%at the end of 2011, and now only 19%, for example, it was 26, and there were 12, the fall is more than twice in three years.

The Socialist-Revolutionary situation has become a little better, because the Socialist-Revolutionaries lost 22 times over the past two years, it was 22 that year in Volgograd, it has become 5, now it is still less than 2011, but the ratio is better, on average twice worse, but there are results where 2011 Syktyvkar came to the level of 2011, it became 13.5, that is, even better than in December 2011. There were 12 in Astrakhan, it became 23, that is, two times better than in 2011. The Socialist -Revolutionaries came out of the negative trend, local successes appeared.

But the LDPR situation has become worse. The LDPR from the system parties rested closest, there the percentage was small, but, in my opinion, now the feeling of loss of some kind of own drive. Because the LDPR has always received voices, as a certain version of protest behavior: we will show all Kuzkin’s mother.

But today with whom is the LDPR fighting? She does not fight with the authorities, she fights with another opposition, huts Parnassus and so on. She was in demand on a political scene in a completely different quality - as a protest against the authorities, and the protest against Parnassus is ridiculous. Therefore, we see that the LDPR in these elections looks very weak, and just in the basic regions for itself. I remind you that the North, Siberia, the Far East voted for the LDPR. For example, Magadan, one of the first places in Russia is traditional voting for the LDPR, I can compare the past regional Duma and the State Duma. The State Duma on Magadan, LDPR 17%, the past regional Duma - about 14, yesterday about 9.

Konstantin Kalachev: The main beneficiary of these elections "Fair Russia", which, in principle, went to third place.

Mikhail Sokolov: As I understand it, as a result of stripping, according to which Parnassus was not allowed in some places, and for example, Yabloko did not participate everywhere for economic reasons.

Alexander Kynev: The “apple” of campaigns is practically not anywhere. I would still add one thing. What worked for the Socialist Revolutionaries, in addition to reducing sentences, non -alternativeness? They were not visible for almost two years, people were weaned a little from them, there was recognition, but they did not flash, so suddenly the sharp appearance of newspapers of “Fair Russia” looked like a new Fresh, because there were no parties for two years, it was a little forgotten. And these newspapers in mass circles in July-August concerned mainly housing and communal services, overhaul and frantic social populism, struggle with speculators, against raising prices, against trade allowances and so on.

Mikhail Sokolov: So they moved the Communists?

Alexander Kynev: Absolutely. The Communists conducted very inert campaigns, they replicated the famous slogans, to which everyone was already accustomed, there were no bright moves. The Social Revolutionaries were against this background with a relatively bright campaign.

Mikhail Sokolov: I must connect our colleague Sergei Parkhomenko, a journalist who acted as an observer in the Kostroma region. Since we talked about “fair Russia”, here its leader Mr. Mironov said that Parnassus failed in the Kostroma region due to the fact that he took the wrong position in the field of foreign policy.

How did you see the training of foreign policy there? You seem to be in the city of Nerekhta?

Sergey Parkhomenko: I was in Nerekhta and mainly in the area. In general, I was interested in going to such a purely agrarian district. The center of this district of the city of Nerekhta, only 20 thousand people, so that more than half of the voters live in rural areas. Yesterday, all day from morning until late at night I traveled around rural plots and tried to understand there, talking with observers, with members of the commission and voters, what is actually happening and what people think about these elections.

This strange idea expressed by Mr. Mironov has nothing to do with reality. Он, конечно, большой политический мудрец, как мы все знаем, но вот вам образец его политической мудрости.

Есть большая глобальная проблема для оппозиционных партий. Она заключается в том, что запрос на протест, запрос на несогласие, запрос на выражение критических настроений в отношении к власти есть, и он есть достаточно мощный и выраженный. Людям не нравится то, что происходит, люди страдают от того, что происходит, люди живут очень бедно, они живут очень униженно. Они раздавлены бюрократией, чиновниками, неэффективностью власти и так далее. Но они совершенно не отдают себе отчета в том, что выборы – это и есть способ исполнить эту протестную волю.

Они вообще не видят связи между тем, что происходит в этот странный день, когда вместо того, чтобы придаваться обычным воскресным занятиям, они должны куда-то идти и опускать какие-то бумаги в какие-то ящики, а другие из них должны исполнить дикую, безумную процедуру.

Поскольку я был в ТИКе, территориальном избирательном округе, я посмотрел от начала до конца, что такое технически процедура российских выборов, я этого никогда не видел, потому что я член УИКа, я был наблюдателем на участках, я голосую, но я никогда с среднего уровня ТИКа не смотрел на выборы.

Это совершенно невообразимая по своей нелепости и своей неэффективности процедура, смысл которой, чтобы совершенно запутать и запугать этих людей, которые в этом участвуют, чтобы они механически исполняли любые указания, которые приходят сверху, абсолютно не понимая их смысла, не понимая, что их в настоящую секунду заставляю поддерживать одного участника против другого, что-то подтасовывать и так далее. Они этого просто не понимают. Они так заняты заполнением какого-то невообразимого количества непонятных бумаг, что они этого просто не видят.

Так вот, одни ходят с бумажками к урне, другие сидят с этими бумажками возле урны. Ни те, ни другие не отдают себе отчета, что это и есть тот момент, когда они должны выразить свое отношение к власти. Они в глубине души этого в массе своей не понимают. Им никто никогда не пытался этого объяснить.

Более того, предпринимаются колоссальные усилия для того, чтобы, не дай бог, эта мысль никому не пришла в голову. Они предпринимаются контролируемым государством, телевидением и прессой. Они воспринимают эти выборы, люди в массе своей, как возможность продемонстрировать начальству, что они не хотят ничего плохого, пожалуйста, мы тут, мы ничего. Вот, собственно то, что они выражают этими выборами.

Михаил Соколов: Они боятся, что если они проголосуют как-то не так, им будет хуже, дорогу в село не почистят зимой?

Сергей Пархоменко: Они понимают, что начальство чего-то от них хочет. Оно хочет, чтобы так стояла галочка – это понятно, это им донесли и в голову им вдолбили. Начальство зачем-то хочет, чтобы галочка стояла так. Хорошо, ну на, ну получи свою галочку и отвяжись от меня. А потом отдельно от этого, параллельно с этим, не этого люди готовы обсуждать то, что на самом деле их беспокоит, то, чем они на самом деле недовольны и то, почему они на самом деле имеют к этой власти какие-то претензии.

При этом есть одно очень ясное понимание, которое я вчера мог наблюдать вблизи много раз на разные лады. Есть "партия начальства", внутри "партии начальства", есть КПРФ, "Единая Россия", ЛДПР и эти, которые возле коммунистов или возле "Единой России". Там есть другие фасоны коммунистов, "Патриоты России" и прочее – это тоже начальство. Есть "Единая Россия" и которые возле нее, "Справедливая Россия", можно проголосовать и за нее. Вот эти так называемые "парламентские партии". Это часть начальства, включая ЛДПР. Это настоящие, не употребляем слово "политики", такого слова вообще нет, но это "серьезные люди".

Михаил Соколов: А все остальное несерьезно?

Сергей Пархоменко: А есть все остальные. А все остальное – это какой-то выкрутас.

Михаил Соколов: Это юный Яшин, который для них непонятно, кто?

Сергей Пархоменко: Не очень понятно, кто это.

А власть – это люди, которые тупо заняты делом, которое мы не одобряем, которое они делают плохо, которое они делают сами для себя, а не для нас, и так далее.

Михаил Соколов: Может быть, надо было ПАРНАСу выдвинуть Михаила Михайловича Касьянова, который выглядит как настоящее начальство и был премьер-министром?

Сергей Пархоменко: Я не готов давать никаких советов, за исключением того, например, что в этих обстоятельствах работает очень эффективно такое мелкое дешевое спойлерство.

Например, в бюллетенях в Костромской области помимо партии ПАРНАС была партия ПАРЗАС и партия "Против всех" была. Шутки шутками, я думаю, эти ПАРЗАС и "Против всех" получили примерно столько, сколько получил настоящий ПАРНАС.

Михаил Соколов: А считали честно? Говорят, что в селе все подтасовывается. Вы ездили по районам, видели ТИК.

Сергей Пархоменко: Я должен сказать так, что в Костромской области в этот раз избирательный штаб ПАРНАСа провел очень хорошую работу. И во всяком случае то, что я видел своими глазами, сразу надо сказать, что я был не в самом удаленном районе, сельский, бедный, но это Нерехта относительно недалеко от столичного города Костромы, есть районы гораздо дальше. Там оппозиционный бизнесмен Трепов, который с небольшим отрывом проиграл. У него был шанс, но буквально по каждому УИКу он не добрал несколько голосов буквально, но зато везде, во все УИКах он отстает на несколько голосов.

Работа была проделана очень большая штабом ПАРНАСа. И покрытие наблюдателями, причем квалифицированными наблюдателями, энергичными, знающими, обученными, понимающими было очень хорошее.

Может быть, это было сделано гораздо лучше, чем во время знаменитых выборов мэра Москвы в 2013 году, где проблемы с наблюдателями сыграли плохую шутку с Алексеем Навальным. Есть сильное ощущение, что наблюдатели были не везде, они были недостаточно хорошо подготовлены, где-то их было очень густо, а где-то пусто – это имело свои последствия. Здесь, по-моему, то, что я видел, было закрыто очень хорошо.

Михаил Соколов: Получается, что 2% у ПАРНАСа и 3% у "Яблока" – это честные проценты у либеральной оппозиции в провинции?

Сергей Пархоменко: Я бы сказал, что в районе города Нерехты – да.

Михаил Соколов: Несмотря на грязную кампанию, про которую все уже написали?

Сергей Пархоменко: Давайте отдавать себе отчет в том, что голосование и подсчет голосов – это два самых последних этапа огромного процесса. Все остальное, все настоящее был до того, на этапе отбора, на этапе кампании, на этапе информирования.

Эти 2% откуда берутся? От того, что люди либо вообще не знают о существовании ПАРНАСа, либо не отличают его от других этих странных. Why is this happening? Потому что не существует эффективных возможностей до них добраться.

Яшин выходил из себя, вместе с двумя-тремя своими партнерами проделал огромную, невообразимую работу, бесконечно передвигаясь по области, пожимая тысячи рук, разговаривая с тысячами людей, проводя сотни встреч. Больше, наверное, невозможно. Но технически просто на поте кандидата, наверное, больше сделать нельзя.

Дальше должны быть еще, извините, средства массовой информации, должны быть газеты, должно быть местное радио, которое люди слушают, должно быть местное телевидение, которое люди время от времени смотрят. Должна быть наглядная агитация на улицах, к которой кандидат должен иметь доступ, чтобы люди могли отличить ПАРНАС от ПАРЗАСа и чтобы люди понимали, что никакой партии "Против всех" не существует.

Михаил Соколов: Я Константина Калачева читаю, он обещал после выборов рассказать, как на самом деле нужно было победить либералам в провинции.

Константин Калачев: Пархоменко уже показал непонимание разницы между протестом политическим и протестом социальным. Эсеры оседлали социальную повестку и получают на социальном протесте свои проценты. Все дело в том, что нужно уметь вписаться в народную повестку, а для этого нужно приглашать специалистов-профессионалов, начиная с социсследований нормальных, не самопальных, писать стратегии нормальные, искать те инструменты, те каналы коммуникации, которые тебе доступны и говорить с людьми на понятном им языке. На самом деле один, два, три месседжа, или по-русски послания, обращения должны быть абсолютно понятны и разжеваны.

Михаил Соколов: А что, идея борьбы с коррупцией, она плоха была, идея Навального? Вас обворовывают, плохо живете.

Константин Калачев: Если вы посмотрите иерархию проблем, которые волнуют население, коррупция далеко не на первом месте. Тема платежей за капитальный ремонт оказалась более эффективным инструментом, тема коммуналки для эсеров оказалась более эффективным инструментом. То есть социальная повестка есть, социальный протест есть, вопрос, как его капитализировать, как его канализировать в свою сторону. Самое главное, у нас не голосуют за партийные бренды, у нас голосуют за людей, начинать надо с кандидатов.

Михаил Соколов: А чем вам не нравятся кандидаты прогрессивных сил?

Константин Калачев: Они не мне не нравятся, они избирателям не нравятся. Там есть местные оппозиционеры, только что говорили – Трепов недобрал считанные проценты.

Михаил Соколов: То есть надо было на местных ставить?

Константин Калачев: Это дискуссия, которая в Калуге велась между Сергеем Фадеевым, калужанином, и приезжими московскими товарищами.

Михаил Соколов: Все равно там никого не зарегистрировали.

Константин Калачев: Конечно, начинается все со списка, правильное формирование списка – это уже половина успеха.

Александр Кынев: Я бы сказал так, что в рамках возможностей временных, которые были даны, была сделана фантастическая работа, работа очень креативная. По городу Костроме результат хороший, но, конечно, регион – это не только Кострома, и три недели мало. Почему три недели мало?

Михаил Соколов: Еще и начальника штаба арестовали, не забудем, Андрея Пивоварова.

Александр Кынев: Дело в том, что проблемы, связанные с эффектом "чернухи" как раз упираются в список. Я нормально отношусь к Илье Яшину, как к человеку талантливому политически, умеющему хорошо выступать, прошедшему большую публичную школу, но надо понимать специфику региональных выборов. Да, можно объехать всю область за три недели, но увидеть тебя один раз – это мало одна встреча голосов, к сожалению глубокому, не дает в условиях, когда других кандидатов знают всю жизнь, репутация у них складывается годами.

Когда тебя знают всю жизнь, то выпускать против тебя "чернуху" под выборы, как правило, это тебе только помогает. Когда Ройзман живет в Екатеринбурге, его начинают мочить под выборы какими-то безумными вещами – это отскакивают, потому что говорят: да я же знаю Ройзмана, что они чушь несут. А когда приезжает неизвестный человек, которого не знали в регионе до кампании, дай бог, чтобы запомнили фамилию, потом выходит "чернуха" против него, "чернуха" против неизвестного человека воспринимается совсем иначе.

Михаил Соколов: То есть к Немцову не прилипало, а к Яшину?

Александр Кынев: К Немцову поэтому и не прилипало, потому что его знали очень хорошо, он фигура федеральной известности. К сожалению, уровень известности Яшина в Костроме, мягко говоря, совсем другой. Был Андрейченко, неплохой кандидат, с историей успеха. Кстати, насколько я знаю, Яшкин когда ездил, тоже постоянно апеллировал именно к Андрейченко.

Михаил Соколов: У нас на телефоне из Новосибирска Иван Стариков, который сибиряк, из Новосибирска, который возглавил список "Яблока" и с треском, Иван, извини, проиграл. Иван, что случилось?

Иван Стариков: Я коротко начну с того, что да, проиграл, но как говаривал Черчилль, на самом деле успех – последовательное движение от неудачи к неудаче без потери энтузиазма. Поэтому энтузиазма не потерял.

Общее наблюдение следующее: соглашусь сразу, что политические гастроли не проходят, здесь я с предыдущим коллегой абсолютно согласен. Если хотим прилично выступить в Государственную Думу на выборах через год, надо отказаться от разовых массовых кампаний полутора-двухмесячных, надо начинать работать уже завтра. This is the first.

Второе: для меня абсолютно очевидно, что идти необходимо от одной партии. Я ведь почему от "Яблока" пошел? У меня не было иллюзий, я год назад пытался в губернаторы выдвинуться, собрал 370 подписей муниципальных депутатов, каждая была нотариально заверена, и меня не пустили. Поэтому если опция сохранится, я не агитирую сейчас за "Яблоко" или кого-то другого, но пока, к сожалению, если не изменят законодательство, без сбора подписей пойдет только партия "Яблоко". Наконец последнее, что для меня на этих выборах стало абсолютно очевидно: власть воспроизвела себя снова. Я не знаю за всю страну, но в принципе из 21 губернатора 20 переизбрались.

В Новосибирске примерно тот же самый расклад, что и 10 лет назад, и по процентам, единственное, "Яблоко" прибавило, тут уж, извините, от низкой базы буду считать, соответственно персоналии остались те же самые. Это самое печальное, потому что эпоха стабильности закончилась, а люди, которые остались сегодня в законодательной базе, те же самые. Когда я вижу, что обвалились доходы бюджетов за первое полугодие на 11%, за второе будет примерно процентов 13, минус 25, тот же самый депутатский корпус, который работал в совершенно других условиях, потом в принципе не сможет предложить некоторые вещи, которые абсолютно очевидны.

Михаил Соколов: Получается, что экономическая ситуация ухудшается, а люди продолжают голосовать за "Единую Россию", правда, не 86%, а 30-60 вразброс.

Иван Стариков: Я на самом деле пропахал, провел сотни встреч, я выкладывался до последнего, подкачал мускулы политические. Я считаю себя лучшим полемистом и не только в Новосибирске, равных рвал оппонентов. Но вопрос на самом деле в чем, для меня это загадка: причинно-следственная связь разрушена в головах у людей. Они на встречах соглашаются со мной, что да, "партия власти" несет за все ответственность, а потом идут и за нее голосуют, как сомнамбулы, как зомбированные. Это для меня неразрешимая загадка.

Михаил Соколов: Сергею Пархоменко про эту неразрешимую загадку.

Сергей Пархоменко: Иван сказал то же, что я, немножко другими словами. Вот я это наблюдал вблизи, ровно вот это. Люди не понимают, что выборы – это как раз и есть та самая возможность, когда можно сделать это.

Михаил Соколов: Получается, что в провинции невозможно справиться с телевизором.

Сергей Пархоменко: В значительной мере да. В провинции справиться сложно, потому что доехать до этих деревень, физически доехать колесами и дойти ногами чрезвычайно сложно, а в ряде случаев, если мы говорим о множественном контакте, то совершенно правы те, кто говорят, что одного раза не хватит, а телевидение доходит до них каждый день, по много раз в день. Причем доходит разными способами, вопрос не только в информационных программах, если под этим углом зрения посмотреть сериалы, которые бесконечно крутятся по Первому, Второму каналу, НТВ, они же бьют туда же, в это же самое место. Так что да, телевидение очень мощный, эффективный фактор, причем чем люди живут дальше, чем люди живут беднее и чем труднее до них дойти, тем больше.

Александр Кынев: На самом деле, если говорить про Кострому, конечно, Нерехта не показатель, потому что Нерехта – это округ рядом с Костромой, это округ, где шел Трепов, у Трепова была своя мощная сеть контроля, поэтому там все было совсем иначе.

Если мы посмотрим историю Костромской области электоральную, там главная зона фальсификаций – это Галич, это лесные районы ближе к Вологодской области, ближе к Кировской, там все было совсем плохо, там покрытия полного не было. Там никакие встречи не помогут, потому что вы приехали, а начальник остался в этой деревне. Что касается "телеящика", вы знаете, когда за вами есть репутация, когда вы регулярно выпускаете свою газету, встречаетесь с людьми, "ящик" власти не помогает, у нас есть масса примеров. Что, у Ройзмана был "ящик"? У Левченко в Иркутске был "ящик"? Не было у них никаких "ящиков". Поэтому это вопрос просто-напросто специфики территории. Есть вещи, которые нужно начинать делать.

Михаил Соколов: Демократов и либералов слишком мало, чтобы создать слой авторитетных людей, авторитетных в регионах, живущих там и так далее, получается.

Александр Кынев: На мой взгляд, ПАРНАС в Костроме провел блестящую кампанию, но на ошибках учатся, не все бывает сразу.

Михаил Соколов: И Яшин с Навальным нас успокаивают.

Александр Кынев: Есть прекрасный задел для работы на будущее. Есть прекрасный задел, чтобы эти креативные технологии, способности мобилизовать интеллигенцию, мобилизовать молодежь дополнять еще качественной работой по поиску кандидатов и учету региональной специфики.

Константин Калачев: Возьмем историю с Левченко, в пятницу три сайта, которые его поддерживали, просто легли. Что получил в результате Ерощенко? Абсолютно прямо противоположное, что хотел. То есть, условно говоря, аудитория этих сайтов разозлилась и пошла голосовать за Левченко. То есть на самом деле мы говорим про "телеящик", а у этих сайтов была не бог весть какая аудитория, но запрет их актуализировал, теперь их аудитория наверняка возрастет.

Я думаю, что проблема состоит в том, что дорогу осилит идущий. Можно до бесконечности говорить о том, как все плохо, но, с моей точки зрения, надо понимать избирателей, во-первых, а во-вторых, нужно жить в регионе и иметь репутацию, как Шлосберг, например, и многие другие. Все успехи "Яблока" связаны с теми людьми, которые давно и плотно окучивают тот или иной город, тот или иной регион, а гастролерство не прокатит.

Александр Кынев: То, что в Костроме появился Андрейченко, появились другие кандидаты. По большому счету сегодня перед демократической оппозицией стоит задача во многих регионах заново, с нуля находить демократический актив, потому что местный актив дискредитирован, утрачен фактически, сеть разрушена региональная. Кампания костромская, то, что было перед этим в Магадане, Новосибирске интересны именно тем, что пришли новые люди. Это качественное изменение самого местного демократического актива. Тот же Бойко, например, который был в Новосибирске, который работал на этих выборах в Костроме – это новое поколение. Эта качественная работа еще даст свои плоды. Хочу напомнить 2004 год, провальная кампания Говарда Дина в США, который даже не стал кандидатом, он не смог победить Джона Керри в борьбе за демократическую номинацию. Но кампания Говарда Дина стала революционной с точки зрения технологий, потому что это была первая кампания, которую он проводил через интернет.

Михаил Соколов: Сейчас вспомните Линкольна, который все проигрывал, а потом стал президентом.

Александр Кынев: На мой взгляд, то, что происходит, происходит фактически создание демократической оппозиции в России заново, давайте называть вещи своими именами. Потому что по сути дела еще два года назад мы ее просто физически не имели, она приказала долго жить.

Михаил Соколов: Сергей, Иван Стариков сказал, что надо с базы одной партии стартовать, а Александр говорит, что идет создание демократической оппозиции заново. Что же происходит – заново или надо на одну партию?

Сергей Пархоменко: Я согласен скорее со второй точкой зрения. Правда, я вижу в словах тех, кто ее здесь высказывал, совершенно очевидное внутреннее противоречие. С одной стороны надо строить все заново, а с другой стороны нужно отменить гастролерство и опираться только на тех, кто тысячу лет окучивает.

Ребята, выберите что-нибудь одно, или туда, или сюда, или тысячу лет, или заново. Перед глазами у меня был пример Трепова, которого здесь обсуждали – это самый богатый человек в этом районе, владелец сети супермаркетов на месте, да, его знают хорошо. У него колоссальное количество скелетов в шкафу, к нему имеется колоссальное количество разных претензий, что в супермаркетах у него слишком дорого, что колбаса у него несвежая. Что там из этого правда, что неправда, скорее всего все неправда, но просто ровно столько, сколько у него достоинство от того, что он местный, ровно столько у него и недостатков от того, что он местный.

История про то, что он организовал невообразимый контроль и необыкновенное покрытие, я это наблюдал двое суток своими глазами – нет, не организовал. Навальный с Яшиным организовали это лучше, чем Трепов, который там тысячу лет. Преувеличивать тоже ничего не нужно. С одной стороны мы будем говорить, что нужно опираться на местные кадры, а с другой стороны люди нам будут отвечать, что невозможно видеть одни и те же рожи. И то правда, и се правда.

Михаил Соколов: А что изменилось бы, если бы ПАРНАС не пошел бы в глубинку сельскую, сосредоточился бы на нескольких городах и вытянул бы эти 5%? Мы бы сидели сейчас и говорили: какие ребята молодцы, провели депутата. "Яблоко" провело депутата там же, что-то изменилось от этого?

Сергей Пархоменко: Так в значительной мере это и было сделано. Понятно было, что основные шансы у ПАРНАСа в так называемых больших городах, в большом городе Костроме и относительно большим городом была признана эта самая Шарья. Но совершенно правильно было сделано и то, что нельзя оставить без внимания все, что вокруг. Потому что совершенно очевидно, что это игра в шахматы: сосредоточишься здесь, оголишь фланг там. Через сельские УИКи, если бы они не были так закрыты, и через сельские ТИКи произошли бы массовые вбросы и переписывания протоколов и так далее. Но это тоже ушли силы, нужно уметь делать и то, и другое.

Михаил Соколов: Помогли коммунистам и "Справедливой России" немножко, получилось.

Сергей Пархоменко: Помогли прежде всего себе, потому что без этого этапа формирование нормальной практики работы на выборах невозможно, этот этап нужно пройти, его нужно пройти самим, его нельзя доверить так называемым союзникам.

Вот у нас тут "Яблоко" ходит тысячу лет, пусть продолжает ходить, успехов никаких нет, но зато они тысячу лет здесь ходят. Давайте пусть они будут продолжать ходить, а мы у них Христом Богом попросим, чтобы они, может быть, кого-нибудь из нас туда к себе в свои чертоги пустили.

Так это тоже не работает, нужно пройти это своими ногами, нужно попробовать это своими руками, посмотреть на это своими глазами, что, собственно, и произошло в течение последних трех суток.

Важнейший вывод, который тоже звучал в этом разговоре, и здесь я абсолютно согласен с Иваном Стариковым – это то, что невозможно рассчитывать на формирование избирательной кампании, избирательной команды в последнюю секунду. У нас осталось, мы идем на выборы в этом регионе, мы начинаем собирать и нанимать каких-то странных людей, все знают, как произошла катастрофа в Калуге, где в результате кампания по сбору подписей была отдана какой-то крайне сомнительной компании...

Ни в коем случае этого нельзя делать. Нужно иметь свою постоянно медленно создаваемую и поддерживающую постоянно действующую структуру. Зачатки этого, самое начало этого можно было видеть в Костроме, где приехали люди из Ярославля, приехали люди из Новосибирска, приехали люди из Екатеринбурга, приехали люди из Петербурга, приехали люди из Москвы, никто совершенно не собирался нанимать местных бомжей для затыкания всяких дыр, а стали тщательно собирать людей, которые что-то в этом уже понимают и которые представляют из себя зародыш некоторой структуры. Эту работу надо продолжать, этих людей надо поддерживать. Вот было вчера 500 с лишним наблюдателей, которые там работали, хорошо бы, чтобы 200 человек из них в какой-то форме сохранили этот контакт и пошли работать.

Михаил Соколов: На Госдуму пойти. Я только должен не слегка защитить "Яблоко", тем более оно меня сегодня в Фейсбуке в лице пресс-секретаря критиковало. Они пишут, что у них есть победы, по 5,5% в гордумы Томска и Владимира, 6,5% Костромы, депутат в Калуге по одномандатному округу, депутат в Костромской областной думе по округу. Кое-чего они добились, нельзя сказать, что с ними совсем все плохо.

Александр Кынев: Они чего-то добились, а могли добиться гораздо больше, если бы не абсолютно провальная кампания. Не хочу Ивана Валентиновича обижать, но то, что было сделано в Новосибирске – это чудовищная кампания. Я смотрел эти ролики, которые выкладывало "Яблоко" – это кошмар.

Михаил Соколов: А Иван Валентинович в своем районе агитировал родном.

Александр Кынев: Это чудовищно непрофессионально. Причем чудовищно абсолютно все, и тексты, и ролики. Такое ощущение, если бы набрали студентов каких-нибудь, они бы это сделали лучше. Это похоже либо на самослив, либо не понимаю, на что. На мой взгляд, "Яблоко" провело кампанию, единственное ощущение, что не дай бог победим. Где-то люди работали на местах, но где-то не работали.

Михаил Соколов: Может быть на их базе, у них бренд есть, лицензия.

Александр Кынев: На мой взгляд, "Яблоко" боялось выступить слишком хорошо, чтобы его на федеральных выборах не превратили в следующую мишень борьбы.

Я одну ремарку сделаю насчет того, что говорил Сергей Пархоменко. Не нужно ставить ложные дилеммы. Здесь речь не шла о том, что обязательно прежнее всегда плохо, не все йогурты полезны и не все прежние кандидаты одинаковы. Во-первых, на все субъекты московских кандидатов физически никогда не напасетесь, должны быть местные. Работа должна вестись не только на выборах, но и между кампаниями – это могут только местные вести люди и кандидаты. А что касается федералов, нельзя привезти из Москвы неизвестного человека и говорить, что он москвич – проголосуйте. Как правило, это не работает.

Михаил Соколов: Зато власть может дать команду полиции хоть в Костроме, хоть по всей стране начать репрессии против той или иной партии.

Александр Кынев: Может приехать москвич, если у него есть федеральная известность. Федеральная известность в регионе тоже присутствует. Она была у Немцова, у Яшина ее не было. Количество людей с федеральной известностью ограничено физически. Поэтому это тоже надо понимать и всегда каждый регион, в нем есть некий уникальный случай, его нужно понимать, анализировать, смотреть.

Михаил Соколов: Госдума, где будут партийные списки не только региональные, но и центральные.

Александр Кынев: Будет 38 выборов Заксобраний параллельно. Я думаю, думаю, что будет разбор полетов, я с удовольствием поучаствую у коллег из ПАРНАСа, потому что там есть вещи, которые можно подправить.

Михаил Соколов: "Яблоку" помогите. Константин, посмотреть на выборы в Госдуму?

Константин Калачев: Я абсолютно уверен, что отталкиваться надо не от партийных брендов, а от личности. Соответственно возникает вопрос по формированию списка. Причем списка не только общефедерального, по нахождению людей в регионах, которые пользуются популярностью и доверием. Это необязательно политически фигуры. Условно говоря, пять лет окучивать, десять лет окучивать политику не нужно, нужно просто иметь репутацию.

Михаил Соколов: Вы хотите сказать, как "Единая Россия", которая то артистов, то директоров, то еще кого-то записывает к себе?

Константин Калачев: В любом случае это либо представитель социально одобряемых профессий, либо люди известные с личной репутацией. То есть ничего другого тут не изобретешь.

Михаил Соколов: Эти люди под давлением, они бюджетники, боятся репрессий.

Константин Калачев: Они разные. В Калуге были местные люди, которые хотели бы представлять ПАРНАС, но их отшили, как Фадеева и прочих, можно было бы сделать ставку на местных и без людей Милова обойтись. Во-первых, нужны люди, во-вторых, нужна содержательная повестка, которая будет понятна. Мне до сих пор непонятно, никто не смог объяснить, в чем была уникальность предложения ПАРНАСа для Костромы, в чем полезность. Хотя на самом деле найти нужные слова, нужные темы можно было.

Михаил Соколов: Они предлагали повторить опыт Немцова, бороться с коррупцией, больше денег дать народу на региональном уровне.

Константин Калачев: Условно говоря, эта тема прокатила бы во времена Слюняева, сейчас она не прокатила. Надо пытаться с людьми говорить на одном языке, московский снобизм здесь совершенно неуместен.

Михаил Соколов: Сидит московский политтехнолог и упрекает московских жителей. Иван Валентинович, как с Госдумой?

Иван Стариков: Я думаю, что с Госдумой будет лучше значимость кампании. Я два слова скажу относительно роликов. Я в публичных дебатах был круче Навального, я видел в Костроме Лешу, посмотрите те дебаты, которые были. То, что касается роликов, согласен. Но тут вопрос какой, приходят из центрального аппарата говорят: будет так и все, наши деньги.

Поймите меня правильно, если не разрешат создание предвыборных блоков и объединений, на выборы нужно идти от одной партии. Партийный бренд глубоко вторичная штука, главное, чего ждут наши уставшие избиратели – вы договорились в конце концов или нет, вы перестали собачиться, идете с единой повесткой?

Александр Кынев: "Яблоко" ни с кем не договорится никогда.

Иван Стариков: Тогда надо умывать руки и сидеть, ждать.

Михаил Соколов: Собачиться действительно надо перестать – это точно.