Original Material
Талант. Боль. Смерть
Екатеринбургский Центр современной драматургии привез в Москву на фестиваль «Артмиграция» спектакль памяти рок-музыканта Александра Башлачева
Магнитофонная пленка, заполняющая все игровое пространство, — главный образ спектакля Спектакль «СашБаш. Свердловск–Ленинград и назад» прорвался в Москву со второго захода — в прошлом году его вынуждены были снять с афиши фестиваля «Золотая маска» и исключить из списка номинантов на высшую театральную премию, где он был представлен в трех номинациях — лучший спектакль малой формы, лучшая мужская роль (Олег Ягодин, исполнитель главной роли) и лучший режиссер (Семен Серзин). Родственники и друзья Александра Башлачева — культового поэта и музыканта середины 1980-х (он покончил с собой в феврале 1988 года) — использовали все возможные ресурсы давления на руководство «Золотой маски»: авторов обвиняли в искажении, глумлении, издевательстве и оскорблении. «Бездарным и гнусным издевательством над мертвым человеком» назвала спектакль журналист Марина Тимашева (она дружила с Башлачевым), опубликовавшая на своей странице в Facebook ссылки на несколько видеороликов с репетиций.
В результате этого скандала спектакль был исключен из всех номинаций «Золотой маски» и временно снят с репертуара театра до внесения требуемых корректировок. Удивительно, как рифмуется время: в советском прошлом режиссер получал от чиновников минкульта список рекомендуемых изменений. Но те хоть целиком спектакль смотрели в зале, сегодняшним хулителям достаточно одного ролика в YouTube. А спектакль «утерся и дальше поперся» — пришлось убрать имя Башлачева, внести изменения в текст, но екатеринбуржцы-таки доехали до Москвы, до Боярских палат на Страстном бульваре, и влюбили в себя публику.
Александр Башлачев, Ленинград, 1987 год
В роли Поэта — Олег Ягодин, поэт и музыкант
Спектакль Семена Серзина — стремительный и обжигающий, острый, как росчерк, в котором, конечно, не биография Башлачева, а пульсирующий слепок его жизни — короткой, трагичной, удивленной. Здесь и хронология прослеживается с трудом, обрывки памяти вспыхивают спонтанно и длятся ровно столько, сколько человек летит от земли до неба. Словно кто-то размотал эту бесконечную пленку воспоминаний, превратив ее в бессмысленную шуршащую, кричащую, поющую, стонущую кучу — из звуков, образов, рифм, оборванных строк, оборванных поцелуев, запахов, прощаний…
Магнитофонная пленка, заполняющая все игровое пространство, — и есть главный образ спектакля, в ней герои рождаются, живут, творят, наслаждаются, страдают и умирают. Мертвая беззвучная река забвения.
 |  |
| Группа «Курара» — музыкальный стержень спектакля | «Ближний круг» героя — Друг (Константин Итунин) и Женщина Поэта (Тамара Зимина) |
Без четверти смерть Олег Ягодин — актер, поэт и музыкант (его группа «Курара» — музыкальный стержень спектакля) — в центральной роли Поэта. Москвичи знают Олега Ягодина как ведущего актера «Коляда-Театра», сыгравшего все роли мирового репертуара — от Годунова и Подколесина до Гамлета и Стенли Ковальского.
Блестящий острый актер, мгновенно схватывающий пластику и нерв любой роли, обладает не только космической энергетикой, но и способностью словно отделяться от своего героя и смотреть на него со стороны, не скрывая то ужаса, то боли, то восхищения. С героем «СашБаш» — все по-другому, «Поэт» забирает актера целиком, прорастает в нем, не дает дышать, не дает вырваться, это даже не перевоплощение, а настоящее переселение душ.
Ягодин не поет песен Башлачева, но он читает его стихи, раскачивая наэлектризованный зал, как гигантские качели, которые, кажется, вот-вот сорвутся с петель и улетят в космос. Как и сам Поэт — пришедший ниоткуда и исчезнувший в никуда, не умеющий держаться за землю, сорвавшийся с нее, как листок.
«СашБаш» придуман и исполнен, как популярный в советские годы жанр «квартирника» — концерт в одной комнате «СашБаш» — это драматическая баллада о природе творчества, о той боли, что несет в себе талант, об абсолютном слухе художника, который позволяет ему слышать время и предвидеть его, но не дает возможности изменить его ход. Заводной хохочущий парнишка с хулиганским блеском в глазах и стальной фиксой вместо переднего зуба — это СашБаш для друзей, душа компании, балагур и придумщик, любимец девчонок, любитель розыгрышей и комических вечеринок. Нежный, ироничный, кудрявый мальчик, верящий в любовь и волшебство, — это для мамы. Ранимый, романтичный, обаятельный красавец с душой незащищенной и привязчивой — это для девушек. Его любили все, но никто не удержал, не спрятал.
Женщины Поэта — это и мама, и первая любовь Таня, и последняя любовь Настя. Всех их играет Тамара Зимина, актриса «Коляда-Театра», отметившая в этом году 50-летие (!!!) сценической деятельности. У Тамары Зиминой нет ни званий, ни возраста — у нее глаза восторженного ребенка, в которых отражается все, что она захочет: и девочка, и девушка, и женщина, и мама. И страстная любовница, и покорная жена, и заботливая мать — это все Она, Женщина Поэта. Вот девушка качает колыбель с маленьким сыном, которому не отмерено и года жизни, вот мама приезжает к сыну в гости в Комарово, вот она читает его ободряющие письма из Москвы, вот врывается юной рокершей к микрофону и, подпрыгивая на тонких девичьих ножках, визжит в микрофон: «Вот она, шикарная жизнь!»
Поэт и Женщина никогда не будут вместе, они словно разделены невидимой стеной разных измерений, и актеры играют это очень точно: Зимина — отсюда, где отмечают годовщины и пишут воспоминания, Ягодин — оттуда, из-за черты, где он никогда не станет старше.
Музыка времени Это очень важно понимать: кто мы и откуда. Свердловск 1980-х возникает в стилизованных под домашние съемки видео — черно-белые посиделки в тесных студенческих комнатках уральского универа, мальчики и девочки, сигаретки, взрывы смеха, воспоминания о «картошке» и вечерах, курсовые частушки и переделанные шлягеры. Сколько шагов отделяло Поэта от беззаботного журфака, трескучих заметок в газете «Коммунист», от улицы Сакко и Ванцетти, 22, в Свердловске, от первых квартирников и рок-тусовок — до того последнего окна?
Где произошел этот сбой — когда Поэта выбивает из времени, как пробку из бутылки? Где они не совпали?
«СашБаш» — это не просто поколенческий спектакль, это взгляд поколения детей 1980-х: авторы — режиссер Семен Серзин, драматурги Ярослава Пулинович и Полина Бородина — едва ли старше самого героя, навеки 27-летнего. Советский Урал их глазами — обаятелен и беззаботен, они с большим удовольствием и восторгом реконструируют танцы и дискотеки, шуточные вечера «художников–параллелепипедистов», бессмысленную полупьяную журналистскую службу в партийной газете. И тогда тексты Башлачева, его стихи, фрагменты интервью и писем врезаются в эту беспечную веселуху страшным трагическим ревом, до мурашек, до жути не совпадающим «шумом времени». Говорят, когда он пел, зрители старались не смотреть на его руки, рвущие гитарные струны: пальцы его всегда были в крови.
Фото: Вадим Балакин, NKRIV.LIVEJOURNAL.COM