Original Material
«БМП ушли в неизвестном направлении»
Благодаря присутствию русских военных жители Латакии чувствуют себя в безопасности, а некоторые даже говорят о скором конце войны. В Алеппо, Хомсе и Хаме оптимизма куда меньше: «Эта война состоит из загадок»
текст: Фади Ахмад, сирийский журналист – специально для The New Times, Латакия Когда в конце марта войска нашего президента за четыре дня сдали Идлиб, я задумался об отъезде, за лето – потеряли Эриху, и соседи говорили, что эти бандиты из «Ан-Нусры»* вот-вот будут здесь, в Латакии, – я стал паковать чемоданы: все понимали, что алавитов вырежут, как овец, и нам никто не поможет – ни Иран, ни эти ребята в обмотках, шииты из Бахрейна, которые воюют здесь за $10 в день. Но сентябре пришли русские и всех спасли», – Саед, житель Латакии, с которым мы разговариваем в небольшом кафе в центре города, с довольным видом прихлебывает кофе. Это кафе, как и многие другие, заполнено до отказа, чего давно не наблюдалось, многие курят кальян. Горожане расслабились и благодарят за это Россию. Русские военные свободно расхаживают по городу в форме, латакийцы к ним подходят, здороваются, предлагают сфотографироваться, но в ответ слышат: «No photo».
Город в подарок
В знак благодарности в распоряжение русских передан Олимпийский город, построенный в Латакии в 1980-е годы специально для проведения Средиземноморских игр. Сейчас российские морские пехотинцы, пилоты, охрана и персонал авиабазы занимаются там физической и боевой подготовкой. Латакия полна слухов, что в город вот-вот прибудет подкрепление – иранские добровольцы из Корпуса стражей исламской революции. Правда, они здесь надолго не задержатся – им доверят охранять отвоеванные сирийской армией территории.
В мэрии Латакии автору этих строк не без гордости сообщили: русские самолеты совершают с авиабазаы «Хмаймим» примерно по 50–70 вылетов день и скоро уничтожат всю инфраструктру террористов. (На официальном сайте Минобороны РФ приводятся цифры: со 2 по 15 октября совершено 477 вылетов, уничтожено 919 целей. – NT.) Вокруг самой авиабазы создан тройной кордон безопасности, ее фото- и видеосъемка без специального разрешения строго запрещена для всех массмедиа, включая сирийские. Также в мэрии подтвердили данные по количеству русских военных в Латакии, которые называли во время нашей предыдущей встречи на прошлой неделе: да, их около 3 тысяч, а скоро будет в полтора раза больше, и в Латакии этому только рады.
«Когда я вижу русский самолет в небе, я ему хлопаю, мы все хлопаем», – говорит Самер Сулейман, студент инженерного факультета университета Тишрин.
«Почему Россия не пришла к нам на помощь раньше? Почему только сейчас, когда половина Сирии сбежала из-за войны в другие страны?», – недоумевает Абу Мустафа, владелец местного рынка.
Единственное, что злит латакийцев, – уже 90 дней закрыт местный аэропорт, и говорят, что в ближайшее время его не откроют. Это значит, что рейсы из Дубая, Абу-Даби, Кувейта и Каира, где живут и работают многие латакийцы либо их родственники, теперь будут совершать посадки в аэропорту Дамаска, а не Латакии, что существенно увеличит затраты на возвращение домой. «Нам сказали: садиться в Латакии опасно, потому что Россия увеличила количество вылетов для ударов по боевым точкам террористов, – говорит Салем, местный житель, чей двоюродный брат работает в Кувейте. – Но почему-то никто не говорит, что ехать в Латакию из аэропорта Дамаска, где в пригородах теперь полно бандитов из DAESH (арабское название «Исламского государства»*. – NT) гораздо опаснее».
К тому же многие в Латакии не понимают: если правда, что город и прилегающая к нему агломерация теперь в полной безопасности и правительственные войска контратакуют при поддержке русской авиации в Алеппо и под Хомсом, а это в 170–200 км отсюда, то зачем держать гражданский аэропорт закрытым.
Колебания генеральной линии
Зачем Россия вмешалась в гражданскую войну в Сирии и кого она там поддерживает – из заявлений российских официальных лиц понять не так уж и просто
«<…> Некоторые считают, что ваша цель отчасти заключается в том, чтобы сохранить администрацию Асада, ведь сейчас он теряет свои позиции, и для его правительства война идет не очень хорошо. Является ли сохранение Башара Асада у власти целью присутствия России в Сирии?
Правильно, так и есть. Мы оказываем – я уже это сказал дважды в ходе нашей беседы, могу повторить в третий раз, – мы оказываем поддержку легитимным властям Сирии. <…>»
(Владимир Путин – в интервью американскому журналисту Чарльзу Роузу, 27 сентября)
«<…> Речь идет не о достижении каких-либо внешнеполитических целей, удовлетворении каких-либо амбиций, в чем нас регулярно обвиняют наши западные партнеры, а речь идет исключительно о национальных интересах РФ. <…> Военной целью операции является исключительно воздушная поддержка сирийских вооруженных сил в их борьбе против ИГИЛ»*.
(Сергей Иванов, глава администрации президента РФ, 30 сентября)
«Свержение действующего президента Сирии Башара Асада станет грубейшим нарушением норм международного права, в частности, резолюции СБ ООН, одобрившей Женевское коммюнике от 2012 года».
(Глава МИД РФ Сергей Лавров, 5 октября)
«Наша задача заключается в том, чтобы стабилизировать законную власть и создать условия для поиска политического компромисса»(Владимир Путин – в интервью телеканалу «Россия-1», 11 октября)
«По поводу того, что мы поддерживаем Асада, мы уже давно комментировали, говорили, что мы не поддерживаем Асада, для нас важно сохранить сирийскую государственность».
(Мария Захарова, официальный представитель МИД РФ, 14 октября)
Победа или ловушка?
16 октября Минобороны РФ отчиталось об унитчожении около 500 объектов ИГ* в Сирии, за день до этого ведомство объявило, что боевики ИГ* и «Джабхат ан-Нусры»* под натиском сирийских правительственных войск, поддерживаемых с воздуха Россией, начали оставлять занимаемые позиции вокруг Алеппо, в спешке перегруппировывают силы. Оружия и боеприпасов им стало заметно не хватать. Вообще-то Алеппо сейчас контролируют более десятка повстанческих группировок, включая формирования Свободной сирийской армии (ССА).
Многие в Латакии верят военным сводкам из Москвы, потому что русская авиация действительно помогла правительственным войскам продвинуться в Идлибе, Джиср эш-Шугуре, в пригородах Дамаска и Дераа. Тактика повсюду была одна: русские с воздуха наносят массированные удары по боевым точкам боевиков, после чего моторизованные части сирийских войск начинают зачищать местность. «Посмотрите, беженцы из идлибских деревень уже возвращаются к себе домой», – уверяет студент Самер Сулейман.
В Хаме тоже многие верят в скорое окончание войны. Аззам Ахмед, владелец магазина в Хаме, говорит, что своими глазами видел, как «сотни русских БМП уехали в неизвестном направлении», а в самом городе говорят, что русские тесно координируют действия с сирийскими войсками и скоро начнут отвоевывать все территории, находящиеся сейчас под контролем повстанческих формирований. Правда, Ахмед тут же уточнил, что не знает, из кого состояли экипажи этих БМП – из русских или сирийцев, но «скорее всего, сирийцев».
Одновременно, впрочем, по сирийским социальным сетям расходятся и совсем другие данные. Пишут, например, что боевики ИГ*, вопреки бравурным докладам сирийского генштаба, не оставили ни одной из своих позиций в Алеппо, а напротив, заманили сирийских солдат в ловушку – сейчас в городе идут ожесточенные бои. А представители «Джабхат ан-Нусра»* уверяют, что им удалось отразить, несмотря на мощные воздушные атаки русских, все попытки войск Башара Асада перейти в контрнаступление под Хамой. Кстати, всего неделю назад «Ан-Нусра»* призывала к войне против российских войск, а теперь уже и Мухаммад Аднани, «спикер» ИГ*, зовет мусульман всего мира к джихаду против русских и американцев.
Семена ненависти вполне могут упасть на благодатную почву, поскольку поступают сообщения, что жертвами авианалетов становятся и мирные жители. 15 октября на YouTube выложили видео из Аль-Гханто, близ Хомса: бомба угодила в жилой сектор, погибли люди. «Бомбили ли нас русские или кто-то еще, мы точно не знаем, – говорит Абдулла аль-Себаи, житель Хомса. – Но то, что в результате атаки погибли 40 мирных жителей, – это факт».
«Не верьте никому»
Мансур (он попросил называть его именно так) – боец исламистской группировки «Фелак Хомс», воюет с 2012 года. Группировка дислоцирована в Аль-Гханто, и скорее всего, именно ее хотели разбомбить, но «русские наводчики оказались ничем не лучше американских», смеется Мансур.
«Не верьте Асаду, его офицеры часто сознательно искажали информацию о ходе боев, за что и поплатились; не верьте России, которая не понимает, куда влезла; не верьте Америке, которая без толку сорит здесь деньгами, – не верьте никому, – настойчиво рекомендует он. – Эта война состоит из загадок и закончится не скоро».
Мансур сомневается в том, что русская авиация прицельно бьет по ИГ* и «Ан-Нусре»* и те несут потери. «Если бы они (ИГ* и «Ан-Нусра»*. – NT) и правда начали бы терять материально-техническую базу, то за их добром тут же пришли бы другие, и об этом бы знали все – от Ракки до Дераа, потому что главная борьба, которая здесь идет, – она за деньги, оружие и имущество», – уверяет он.
Мансур рассказывает про судьбу умеренного оппозиционного движения «Харакат Хазм» (Harakat Hazzm Movement), боевое крыло которого, опираясь на американские поставки оружия, сражалось с ИГИЛ* в 2013–2014 годах под Алеппо: «Они тогда наголову разбили основные силы DAESH , их боевики ушли зализывать раны в деревни за городом. И когда оставалось сделать только один шаг до полной победы над DAESH в районе Алеппо, американцы вдруг перестали снабжать «Харакат» оружием, а потом вдруг появилась «Ан-Нусра»* и расфигачила две основные базы «Харакат». Почему это произошло? Чего хотят здесь иностранные державы? А ведь таких историй на этой войне много…»
В подготовке материала принимала участие Екатерина Кретова
Ультрарадикальные салафиты и такфириты**
«Исламское государство*» – радикал-исламисты, вышедшие из подчинения «Аль-Каиды»*
Цель: создать халифат в салафитском (фундаменталистском) понимании с перспективой его расширения на весь мир
Радикальные и умеренные салафиты**
«Джабхат ан-Нусра»*,
Подразделение «Аль-Каиды»*
Цель: создание исламской Сирии как части будущего халифата – не салафитского и такфиритского (как у ИГ*), а более мягкого и устойчивого
«Джабхат Ансар аль-Дин»
Коалиция из четырех джихадистских группировок, в том числе «Джейш аль-Мухариджин ва аль-Ансар», в которую входят выходцы из Чечни, Дагестана, Татарстана и центральноазиатских государств. Воюют против войск Башара Асада, соблюдают нейтралитет в отношении ИГ* и Сирийской свободной армии (ССА)
Умеренные Салафиты
«Джабхат аль-Исламийя»
(«Исламский фронт»)
Цель: поддерживают лозунги «Джабхат ан-Нусры»*. При этом более лояльны к представителям других конфессий
«Джейш аль-Муджахидин»
(«Армия моджахедов»)
Не имеют четкой программы и идеологии, целью является свержение правительства Башара Асада. Воюют как с ним, так и с «Исламским государством»*.
Светски ориентированные мусульмане–сунниты
Сирийская свободная армия (ССА)
Организационно в нее входят: группировки «Южный фронт», «Сирийский Революционный фронт», «13-я дивизия», «Бригада Хорасан», «Атбаа Ар-Расул» и другие мелкие формирования
Цель: Создание светского демократического государства с элементами шариата
Светские (социалисты) Мусульмане шииты (алавиты)
Режим Башара Асада
Вооруженные силы Сирии
Цель: сохранение существовавшего до 2011 года в Сирии светского режима с учетом реформ 2012 года: принятие новой конституции, ограничение власти партии «Баас», ограничение президентских полномочий двумя 7-летними сроками
Светские курдские националисты и социалисты
Отряды народной самообороны
(курдское ополчение)
Цель: национально-культурная автономия или полная независимость от Сирии
* «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Аль-Каида», «Джабхат ан-Нусра» – запрещенные в России террористические группировки.
** Салафиты – направление в суннитской ветви ислама, приверженцы которой считают истинным ислам только времен пророка Мухаммеда и отрицают любые толкования Корана. Радикальные салафиты в отличие от умеренных призывают к вооруженному свержению «неправоверной» власти и физическому уничтожению «неверных» в отличие от умеренных. Такфириты – отличаются от салафитов тем, что дают себе право вынесения такфира (обвинение в неверии), хотя в исламе это возможно только при соблюдении определенных условий и может осуществляться только улемами (признанными знатоками ислама).
Балканский рецепт для Сирии
Положить конец кровопролитной войне сможет урегулирование по дейтонскому образцу
текст: Людовик Флоряк, магистрант Дипломатической академии МИД РФ
В основе конфликта в Сирии лежат этноконфессиональные противоречия: власть меньшинства алавитов над суннитским большинством. В этом сходится большинство экспертов по Ближнему Востоку. Существует удачный прецедент решения аналогичной проблемы: 20 лет назад Дейтонские соглашения положили конец Боснийской войне в самом центре Европы. Напомним, в конфликте участвовали три стороны: православные сербы, католики хорваты и мусульмане-боснийцы (или бошняки). В результате соглашений произошло разделение Боснии и Герцеговины на два автономных образования по этноконфессиональному признаку и было сформировано единое руководство, президиум, который состоит из трех представителей – от каждого из трех народов.
РАСКЛАД СИЛ
В Сирии, конечно, ситуация сложнее: есть четыре крупные этноконфессиональные группы (мусульмане-сунниты, алавиты, друзы и курды) и две менее значительные: христиане разных конфессий и мусульмане-исмаилиты. Взаимоотношения между многими из них (прежде всего, между алавитам и суннитами) давно перешли «точку кипения» – как и в Боснии образца 1991 года. Как и в Боснии, в Сирии каждая из основных этноконфессиональных групп имеет свою «этническую территорию», и точно так же есть территории спорные, где представители разных групп живут вперемешку, но площадь этих территорий незначительна. Как и в Боснии до конфликта, правящая элита Сирии принадлежит к группе, составляющей меньшинство населения: в Боснии это была мусульманская элита, а в Сирии – алавитская. И там и там эта элита не собиралась делиться властью с большинством, утверждая, что является «законно избранной».
В Боснии за игроками стояли различные мировые силы – Хорватия (и значительная часть Европы) за спиной хорватов, Сербия (и во многом Россия) за спиной сербов, исламский мир (и значительная часть Запада) за спиной бошняков. В Сирии тоже понятно, кто за кем стоит – пожалуй, только у друзов нет серьезной зарубежной поддержки, но они, в сущности, самая мирная сторона в многостороннем конфликте. В Боснии самые разные «международные посредники» несколько лет пытались склеить некое единое государство, пока не поняли: это может получиться только за счет признания за каждым из народов права на обладание некоей исторической территорией, с неизбежными компромиссами по части границ.
Конечно, ситуация в Сирии сложнее, чем в Боснии, хотя бы из-за фактора «Исламского государства»*. Но именно необходимость борьбы с ИГ* диктует принятие срочных мер по «замирению» других сторон внутрисирийского конфликта. Переустройство Сирии по образцу Боснии – единственный шанс для такого замирения и вообще для сохранения государства.
Чтобы воплотить этот сценарий в жизнь, во-первых, об этом нужно начать говорить. Нужно отказаться от обобщений и менять парадигму: сейчас для Запада Асад – «диктатор», для России – «законный президент». А по сути он – лидер алавитской общины, ставший главой многоконфессионального государства. Во-вторых, это возможно лишь при смене подходов заинтересованных держав. Сейчас Россия и Иран надеются на всю Сирию с Асадом во главе, Турция и саудовцы, а также поддерживающие их США – на всю Сирию под руководством суннитов. При разделе Сирии по дейтонскому сценарию эти страны будут влиять только на соответствующие территории.
НЕИЗБЕЖНЫЕ СЛОЖНОСТИ
Наверняка возникнет конфликт интересов при обсуждении вопроса о территории курдов: против будет Турция. Неясно, на кого станут ориентироваться друзы – возможно, на Израиль.
Проблемой станет предоставление выхода к морю суннитам – вся прибрежная полоса Сирии относится к историческим территориям алавитов. Так было и в истории с Боснией: сербы хотели выхода к морю, но не получили. Один из вариантов решения – обязательство алавитов и международных партнеров обеспечить суннитам возможность использования портов.
20 лет назад для контроля над выполнением первого, военного, приложения к Дейтонским соглашениям в Боснию высадились 60 тыс. солдат НАТО. В Сирии ситуация усугубляется присутствием ИГ* и других боевиков. При решении сирийской проблемы по боснийскому сценарию борьбу с боевиками придется вести войскам ООН или коалиции стран, которые согласятся отправить свои войска для поддержания межконфессионального мира. Будет ли готова Россия отправить своих солдат? Будут ли готовы сделать то же самое США и Франция?
В любом случае инициатива использования дейтонского сценария должна исходить от мировых держав, задействованных в конфликте. Переговоры лучше всего проводить на максимально нейтральной территории. Задача «старших» держав – убедить представителей сирийских этноконфессиональных общин: не соглашаясь на боснизацию, они рискуют остаться ни с чем. Каждую новообразовавшуюся часть Сирии следует наделить правами, аналогичными первоначальным правам Республики Сербской и Федерации Боснии и Герцеговины.
Активные и срочные переговоры между лидерами этноконфессиональных групп должны положить начало движению к миру. США, Россия, Франция, Саудовская Аравия и Турция должны выступить гарантами таких переговоров. Модель Сирии в виде конфедерации, возглавляемой коллегиальным президиумом государства с представителями суннитов, алавитов, курдов и друзов, может стать самой жизнеспособной и сбалансированной из всех возможных. С той же целью должен быть рассмотрен вопрос наделения особым статусом крупнейших многонациональных городов – Дамаска и Алеппо. Возможным решением проблемы христиан, во многом поддерживающих сейчас алавитский режим Асада, стало бы создание в числе субъектов такой конфедерации алавито-христианского объединенного образования.