Президент и белорусофобка

Что такое патриотизм? А что такое свобода? Вопросы из разряда вечных, однако вчера они были неожиданно разрешены в рамках одной короткой дискуссии. Спорили два самых знаменитых белоруса: президент Александр Лукашенко и писатель Светлана Алексиевич.

Лукашенко приехал поздравить российского композитора-попсовика Виктора Дробыша, которому присудили орден Франциска Скорины, но цель у президента имелась другая: ответить на вечный вопрос. Насчет патриотизма. Твердый этот орешек батька расщелкал двумя ударами.

Первым делом он похвалил награжденного. "Вы никогда, - сообщил он кивающему музыканту, - даже будучи далеко от нашей Родины, когда о нас не очень хорошо говорили, не стыдились называть себя белорусом". И сразу заговорил о главном, о наболевшем, о неких "наших отдельных... творческих личностях, даже лауреатах Нобелевской премии". О тех, понимаете ли, "которые не успели еще ее получить, выехали за пределы страны и постарались ушат грязи вылить на свою страну".

Собственно, так их и надо решать, эти вечные, мучительные, философские проблемы - при помощи простых примеров. Вот он стоит на сцене, гражданин РФ, удостоенный белорусского ордена сочинитель песни ДаДиДам, приемлет заслуженную хвалу - и не стыдится. И никогда не стыдился того, что белорус. Потому и наградили. А есть "лауреаты", которым, оказывается, знакомо чувство стыда. Им Александр Григорьевич адресовал еще пару неласковых слов.

Персонально к ним, нобелевским лауреатам, обращаясь, президент сказал, что "родину, свою землю, как и своих родителей, свою мать не выбирают. Она такая, какая она есть. И если ты плохо говоришь о родине, стыдишься ее, значит ты прежде всего плохой сын!" И все догадались, о ком идет речь, и лица собравшихся озарились светом разгаданной тайны, и прозвучали аплодисменты.

Дело в том, что среди лауреатов Нобелевской премии граждан Белоруссии совсем немного. Точнее, только один и есть - за всю историю премии и за всю историю Беларуси. И это даже не сын, а дочь. Вот о ней, о Светлане Алексиевич, Лукашенко и говорил, чествуя Дробыша. И хотя автор "Чернобыльской молитвы" слова бесстыдного никогда не сказала ни о белорусах, ни о других народах, по сути батька был прав. Родину и вправду не выбирают, выбирают самого Лукашенко, и вот о нем и о его несчастных избирателях Алексиевич не раз отзывалась с болью и горечью. Тогда как истинный патриотизм, сами знаете, состоит в том, чтобы ежедневно славить законно избранного президента Белоруссии.

Светлана Александровна, отвечая Александру Григорьевичу по поводу патриотизма, склонилась к мысли, что наступают последние времена, но это было не самое интересное место в ее выступлении. Куда интересней оказались размышления писателя о свободе. Как необходимости, осознанной в Минске на высшем уровне.

"Когда Лукашенко поздравил меня, пусть не первый, я была рада, - призналась Алексиевич, - потому что поняла, все-таки он политик. И вдруг вот этот комментарий. Я думаю, тогда он поздравил, потому что это было перед выборами, тут полно было разных комиссий международных, и перед своим народом надо было держать лицо, а сейчас он свободен".

Иными словами, выяснилось, что президент Белоруссии накануне всенародного волеизъявления - это самый разнесчастный и несвободный человек в стране. Оппозицию пальцем не тронь, а то санкции не приостановят, а продлят еще на годы. Политзеков, даже самых ненавистных, отпускай на волю, притом что освобождать их совсем не хочется. И когда из Стокгольма приходит явно травмирующая национального лидера новость о том, что Светлане Алексиевич дали Нобелевскую премию по литературе, проклясть ее вместе с премией никак нельзя. И отмолчаться тоже нельзя.

А надо поздравить лауреатку и еще выразить радость насчет присуждения и сказать что-нибудь нейтрально-одобрительное. Типа: "Она написала нормальные произведения, у нее соответствующий стиль". Да, и поручить министру образования выступить с каким-нибудь ободрительным заявлением. Дескать, книги Алексиевич отныне будут изучать в старших классах, а на филфаках их проходят уже давно. Нигде, конечно, в Белоруссии Алексиевич не изучают и изучать не станут, но ситуация такова, что поздравлять, сквозь зубы радоваться и обещать необходимо.

Иное дело теперь, когда санкции сняты и можно раскрепоститься. И высказаться наконец от души, поминая и мать-родину, которую не выбирают, и вообще родителей, и родную землю. И про ушат грязи, вылитый из-за бугра, непременно загнуть, следуя ветхосоветской бессмертной традиции. Проработать, короче, эту диссидентку, как в былые годы на политинформации в совхозе. И наградить истинного патриота, в пику белорусофобке. Вот счастье! вот права...

Отдельный вопрос, пока неразрешенный, заключается в том, как нескованный Лукашенко будет пользоваться своими неотъемлемыми правами. Бывало уже, и не раз, что он побеждал на выборах - и приступал к методичному избиению несогласных. Невзирая на лица.

Однако положение в мире сейчас сильно изменилось, и батька уже не последний европейский диктатор, и выживать ему приходится, налаживая связи с Западом, и противник у него теперь куда страшней, чем Америка и Европа вместе взятые. Не говоря уж о Светлане Алексиевич. Лукашенко волен поступать как хочет и говорить что хочет, но цена поступков и слов с каждым днем для него становится все дороже. В общем, неизвестно, как дальше сложится его судьба и кого он завтра будет клеймить и карать, а кого награждать и славить. Зато мы знаем, что такое патриотизм и что такое свобода. В Белоруссии.