Потеря российского бомбардировщика на сирийско-турецкой границе ставит под угрозу обширные торгово-экономические связи России и Турции. РБК разбирался, что стоит на кону

Президент России Владимир Путин и премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган (слева направо) (Фото: Никольский Алексей/ТАСС)

Уничтожение во вторник турецкими ВВС российского бомбардировщика, которое Путин назвал «ударом в спину от пособников терроризма», может не только поставить крест на планах расширения двусторонней торговли между Россией и Турцией, но грозит и разрывом экономических связей.

Уже ясно, что в зоне риска туристическая отрасль — МИД и Ростуризм во вторник рекомендовали россиянам воздержаться от поездок в Турцию. Будут ли другие меры, пока сказать сложно — сейчас это «президентская тема», утверждают двое источников РБК в финансово-экономическом блоке и в аппарате правительства. Правительство, по их данным, ждет сигналов из Кремля и к обсуждению возможных торгово-экономических мер по отношению к Турции еще не приступало.

Торговля на $44 млрд

На кону — взаимная торговля на сумму свыше $30 млрд в год и более $2 млрд взаимных накопленных инвестиций. Турция — пятый по величине торговый партнер России с долей в 4,6% от всей российской торговли с внешним миром (по данным ФТС за январь—сентябрь текущего года). По этому показателю Турция уступает только Китаю, Германии, Нидерландам и Италии, зато превосходит Белоруссию, Казахстан и Украину (каждую в отдельности).

Товарооборот России и Турции в 2014 году составил $31 млрд, за девять месяцев 2015 года — $18,1 млрд, из которых $15 млрд — это российский экспорт в Турцию (импорт турецких товаров составил чуть более $3 млрд). А с учетом торговли услугами российско-турецкие показатели еще выше: например, в 2014 году оборот товаров и услуг составил почти $44 млрд.

Еще два месяца назад, когда турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган приезжал в Москву, он заявил президенту России Владимиру Путину, что товарооборот России и Турции к 2023 году должен достичь $100 млрд. Эти амбиции не выглядели фантастическими: на фоне разлада между Россией и Западом не присоединившаяся к санкциям Турция позиционировала себя как особо перспективный экономический партнер. «Напряженность между Западом и Россией из-за украинского кризиса может открыть новую эпоху и задать новые параметры в турецко-российских отношениях», — с надеждой отмечало турецкое издание Journal of Turkish Weekly в августе.

Но уже в сентябре Россия начала бомбить сирийских боевиков. Это вызвало протесты со стороны Турции, для которой Сирия всегда была сферой непосредственных интересов.

Мечты о свободной торговле

«У России с Турцией были хорошие торговые отношения, и причин для ухудшения не было», — сожалеет директор по прикладным исследованиям РЭШ Наталья Волчкова. В марте заместитель министра экономики Турции Аднан Йылдырым говорил, что на повестке дня стоит вопрос о зоне свободной торговли между Россией и Турцией. А месяц назад министр экономического развития Алексей Улюкаев заявил, что Россия и Турция готовят соглашение о зоне свободной торговли в сфере услуг и инвестиций.

С 2009 года между Россией и Турцией действует проект «Упрощенный таможенный коридор». Суть его заключается в том, что турецкие компании предоставляют таможенникам Турции необходимую информацию о перемещаемых товарах, а турецкая таможня передает ее напрямую российским коллегам. В итоге турецкие компании получают приоритет в пунктах пропуска на российской таможне и минимизируют таможенный досмотр, «за исключением случаев, связанных с борьбой с таможенными правонарушениями и контрабандой», уточняется на сайте ФТС.

Россия в основном экспортирует в Турцию природные ресурсы, но и с точки зрения продажи продукции обрабатывающего сектора Турция — хороший рынок, отмечает Волчкова. Импорт из Турции уже сейчас представляет собой довольно диверсифицированную корзину товаров массового потребления, рассказывает эксперт. Многие представители российской строительной отрасли завязаны на турецкие товары, и перестройка связей, поиск новых поставщиков будут для них ощутимой потерей.

Согласно таможенной статистике, почти половина российского экспорта в Турцию приходится на продукцию под секретным кодом. За девять месяцев 2015 года по засекреченным статьям прошло товаров на $6,06 млрд, свидетельствуют подсчеты московского Центра международной торговли (ЦМТ) на основе данных ФТС. Вероятно, это военная продукция и трубопроводный газ, поставляемый «Газпромом» (природный газ в таможенной статистике не проходит по открытым кодам). Дальше идут минеральные продукты (в том числе нефть и нефтепродукты, уголь, руда и железные концентраты) и недрагоценные металлы и изделия из них (алюминий, прокат, лом черных металлов, медь). Их экспорт за тот же период составил $3,6 млрд и $3,1 млрд соответственно.

Турция, в свою очередь, поставляет в Россию продукцию растительного происхождения ($779,3 млн за девять месяцев 2015 года), текстиль (около $514 млн) и различное оборудование ($496 млн).

Турция виделась естественным кандидатом на вхождение в перспективе в Евразийский экономический союз (ЕАЭС), отмечает Волчкова. «Страна относится к наиболее быстро растущим в последние 30 лет, — рассуждает эксперт. — Это экономика на стыке Европы и Востока, в этом смысле похожая на нас. И это надежный партнер, и исторически, и территориально важный». По ее мнению, риск сокращения взаимных инвестиций теперь велик: конфликты всегда грозят неожиданными потерями для бизнеса из-за действий государств. По данным Росстата, в 2013 году (последние доступные данные) объем накопленных прямых инвестиций из Турции в российскую экономику составил $496 млн, а объем накопленных прямых российских инвестиций в экономику Турции в том же году — $1,75 млрд.

Энергетика доминирует

Россию и Турцию традиционно связывают энергетические интересы. Турция — второй (после Германии) рынок сбыта для «Газпрома». В 2014 году Россия поставила в эту страну 27,3 млрд куб. м, или около 60% от ее потребностей. Газ поставляется через Украину и газопровод «Голубой поток», идущий по дну Черного моря. В прошлом году «Газпром» и турецкая госкомпания Botas подписали меморандум о строительстве второго газопровода через Черное море — «Турецкий поток» (этот проект пришел на смену проекту «Южный поток», который был заблокирован Евросоюзом). Изначально «Газпром», который стремится сократить поставки через Украину, объявил, что мощность «Турецкого потока» составит 63 млрд куб. м в год, но летом 2015 года она была снижена вдвое. Но строительство газопровода до сих пор не началось — из-за выборов в Турции и разногласий по цене поставок стороны долго откладывали подписание межправительственного соглашения. Газовые переговоры еще больше осложнились после того, как Россия в конце сентября включилась в сирийскую кампанию.

Крупным игроком на турецком топливном рынке является ЛУКОЙЛ. В 2008 году компания за $555 млн приобрела сеть местных АЗС, сейчас у нее больше 600 заправок в Турции, с которыми ЛУКОЙЛ занимает около 7% рынка. Крупные инвестиции в Турции есть и у электроэнергетических компаний. «Интер РАО» в 2012 году за $67,5 млн приобрела 90% акций газовой электростанции Trakya Elektrik, а через год увеличила свою долю до 100%. «Дочка» «Росатома» «Атомстройэкспорт» еще в 2010 году заключила договор о строительстве в Турции АЭС «Аккую» стоимостью $20 млрд. Предполагается, что эта атомная электростанция будет состоять из четырех реакторов мощностью 1200 МВт, первый реактор должен быть введен в эксплуатацию не позднее 2022 года.

Текущую ситуацию в Турции представители «Газпрома», ЛУКОЙЛа, «Интер РАО» и «Росатома» во вторник не комментировали.

Невосполнимая потеря

Рекомендации российских властей ограничить поездки россиян в Турцию могут дорого ей обойтись. В отличие от товарооборота, где у России огромный профицит, баланс торговли услугами складывается традиционно в пользу Турции — прежде всего за счет миллионов россиян, ежегодно отдыхающих в Турции. В 2014 году российский экспорт услуг в Турцию оценивался примерно в $3 млрд, а импорт турецких услуг в Россию — в $9,7 млрд (статистика Банка России).

Для россиян Турция — самое массовое выездное направление в летнем сезоне (апрель—октябрь) и, следовательно, в течение всего года. Для Турции Россия — вторая после Германии страна по въездному турпотоку (в 2014 году Турцию посетили 5,4 млн немцев и 4,4 млн в январе—сентябре 2015-го).

За первые девять месяцев этого года Турцию, по данным ее Министерства туризма, посетили 3,3 млн россиян — это уже на 20% меньше по сравнению с тем же периодом 2014 года. За весь прошлый год турпоток в Турцию из России составил почти 4,5 млн человек (прирост почти на 5%). В среднем в прошлом году один иностранный турист тратил на отдыхе, по данным Министерства туризма Турции, $775, в январе—сентябре этого года — $709. Таким образом, в 2014 году россияне могли оставить в Турции около $3,5 млрд, за девять месяцев этого года — $2,3 млрд.

Основными операторами на турецком направлении являются компании с турецким капиталом: Coral Travel и Sunmar, «Пегас Туристик», Anex Tour, Brisco. Раньше турецкого совладельца имел и туроператор Tez Tour. Заметной российской компанией на направлении является «Библио Глобус», занимаются Турцией и российские «дочки» крупных европейских турхолдингов TUI и Thomas Cook — соответственно, TUI Russia и «Интурист».

От Сбербанка до Дерипаски

Турция — важный рынок не только для «Газпрома» и туроператоров. Стратегическим он является и для Сбербанка, который еще в 2012 году за $3,5 млрд выкупил почти 100% турецкого DenizBank. Эта сделка стала «крупнейшим приобретением за 172-летнюю историю банка», — говорится на сайте Сбера.

Сейчас DenizBank входит в десятку крупнейших банков Турции и лидирует в рознице — банк обслуживает 5,4 млн клиентов, у него 599 отделений в Турции и 75 за ее пределами. Его активы на 1 января 2015 года составляли $40 млрд, капитал — $3 млрд. Пресс-служба Сбербанка, в бизнесе которого турецкая «дочка» занимает около 10%, во вторник ситуацию не комментировала.

С 2011 года в Турции работает «Яндекс» — это первая страна за пределами СНГ, на чей рынок решила выйти компания. Главный поисковик в Турции — это Google, доля «Яндекса» на местном рынке долгое время не превышала 4–5%. В начале 2015 года в прессе даже появились сообщения, что до конца года компания может уйти из Турции. Но летом «Яндекс» заключил спонсорский контракт с турецким футбольным клубом «Фенербахче», благодаря чему всего за три месяца доля поисковика выросла до 7%. Самыми успешными сервисами «Яндекса» в Турции стали «Яндекс.Карты» и «Яндекс.Пробки». Один из основателей «Яндекса» Аркадий Волож говорил, что сейчас компания рассматривает бизнес в Турции как стартап и готова привлекать в него сторонних инвесторов. Представитель «Яндекса» во вторник отказался от комментариев в связи с обострением отношений между Россией и Турцией.

На телеком-рынке Турции также присутствует бывшая структура «Альфа-Групп» — Alfa Telecom Turkey Ltd. (с 2013 года входит в инвестиционную группу LetterOne Михаила Фридмана, Германа Хана и Алексея Кузьмичева). Она владеет 13,22% в крупнейшем турецком операторе Turkcell и планировала увеличить свою долю вдвое.

Группа ГАЗ Олега Дерипаски совместно с местным партнером Mersa Otomotiv с октября 2014 года собирает в Турции «ГАЗель Next». Мощность совместного предприятия — более 9 тыс. машин в год (нынешние объемы производства представитель ГАЗа не раскрыл). А Магнитогорский металлургический комбинат Виктора Рашникова в 2011 году запустил в Турции завод стоимостью $2 млрд. Сейчас горячие цеха в нем не работают, предприятие производит только оцинковку и полимерное покрытие стального листа в незначительных объемах, говорит представитель ММК. Представители обеих компаний текущую ситуацию не комментируют.

Военно-техническое сотрудничество

Представитель Генштаба во вторник вечером заявил, что «контакты с Турцией по военной линии будут прекращены». До эскалации конфликта Россия поставляла в Турцию противотанковые ракетные комплексы «Корнет-Э», вертолеты Ми-17, бронетранспортеры, сообщалось также об интересе к российской системе противовоздушной обороны большой дальности «Антей-2500».

Впрочем, Турция не стратегический партнер России по экспорту оружия, говорит старший научный сотрудник Института востоковедения Российской академии наук Александр Васильев. По его словам, закупки турками оружия у России носили эпизодический характер. Самые крупные сделки — приобретение 21 вертолета Ми-8 в 1993 году для нужд жандармерии и покупка противотанковых ракетных комплексов с частичной локализацией производства в 2004 году. Кроме того, по словам Васильева, турецкая армия использует российское стрелковое оружие, например автоматы Калашникова, и БТР советского и российского производства, часть которых была поставлена в счет долга Советского Союза перед Турцией.

В подготовке материала участвовали: Юлия Полякова, Полина Русяева, Сергей Соболев, Анатолий Темкин

Удар на $44 млрд: во сколько может обойтись конфликт России и Турции