Дело русской мафии: «Толик», «Саша», «Царь»

Дело № 321/2006, известное как дело «русской мафии в Испании», передано в уголовную палату Национального суда Испании в Мадриде. «Группировка интегрирована в полицейские институты России», — говорится в обвинении. The New Times прочитал обвинительное заключение, поговорил со следственным прокурором и выяснил подробности и перспективы уголовного дела

Арест главного обвиняемого по делу «русской мафии» Геннадия Петрова испанской жандармерией в ходе операции «Тройка», Пальма де Майорка, июнь 2008 года

Следственный прокурор специальной прокуратуры Испании по борьбе с коррупцией и оргпреступностью Хосе Гринда, приглашая в кабинет, шутит, что за интервью по этому делу его могут уволить. Мы встречались в конце сентября: в тот момент текст обвинительного заключения еще не был закончен. Гринда в интервью посетовал, что российские правоохранительные органы не очень-то стремились помочь испанским коллегам. «Сотрудничество с российскими правоохранительными органами шло с переменным успехом», — осторожно формулирует он.

Российские коллеги не смогли установить местонахождения фигурантов дела, скрывшихся в России, не возбуждали дел о коррупции по информации, переданной из Испании, не дали возможности допросить высокопоставленных фигурантов в качестве свидетелей, требовали прекратить следствие в Испании и передать уголовное дело в Россию. Последний такой запрос пришел из России 31 декабря 2013 года, рассказывает Гринда: Генеральная прокуратура РФ, ссылаясь на Страсбургскую конвенцию 1972 года о передаче уголовных дел, утверждала, что сумеет лучше провести расследование в отношении российских граждан, а в случае их осуждения — обеспечить их социальную реабилитацию. Но 18 сентября 2015 года судья Национального суда Испании Хосе де ла Мата окончательно отказал российской Генпрокуратуре. И указал на вскрывшиеся во время следствия факты коррупции следственных органов России. Данные были получены в результате того, что телефоны Геннадия Петрова* и других главных фигурантов дела были в 2006 году поставлены на прослушку.

Официальный отказ испанской прокуратуры передать дело «русской мафии» Генпрокуратуре РФ (на девяти листах) от 18 сентября 2015 года

Обвинительное заключение по делу № 321/2006 (дело по так называемой операции «Тройка» расследуется уже 9 лет. — *NT) было передано в участок № 5 уголовной палаты Национального суда Испании 19 октября этого года. Прокуратура потребовала 8 лет для главного обвиняемого Геннадия Петрова, 6,5 года для его жены Елены Петровой и по 5,5 года тюрьмы для остальных фигурантов. Главный обвиняемый Геннадий Петров — человек, хорошо известный в Петербурге. В 1994 году он был арестован вслед за не менее знаменитым Александром Малышевым*** по подозрению в организации преступного сообщества, рэкете, вымогательстве, однако дело вскоре развалилось. Петров был отпущен из-под стражи еще до суда без предъявления обвинения.

Питерский круг

Напомним: следственные прокуроры Хосе Гринда и Хуан Каррау установили, что Геннадий Петров, Александр Малышев, Леонид Христофоров, Сергей Кузьмин, Илья Трабер, Виктор Гавриленков (все, кроме Малышева, скрываются от испанского правосудия) и другие деятели, обосновавшись в Испании еще в середине 1990-х, создали в стране сеть из сотни компаний, на которые оформляли недвижимость. И потом многократно перепродавали ее по возрастающей цене через подставные фирмы, контролируемые одними и теми же людьми. То есть, по версии прокуроров, продавали сами себе в целях отмывания денег. Это происходило в провинциях Аликанте, Барселона, Малага и на Майорке. Пройдя через Испанию, отмытые деньги направлялись в Панаму и Лихтенштейн. Испанские органы расследования считают, что таким образом были отмыты деньги от контрабанды наркотиков, торговли оружием и «торговли связями»; всем фигурантам дела предъявляется создание преступного сообщества в Испании. Всего в списке обвиняемых, входящих в «организацию Геннадия Петрова», 27 человек, включая испанских граждан, сотрудников подставных компаний, и россиян, среди которых депутат Госдумы Владислав Резник и его супруга. С каждого прокуроры требуют взыскать по €100 млн штрафа.

Владислав Резник «отвечает за выполнение требуемых и необходимых действий, как легальных, так и нелегальных — торговля связями, конфиденциальной информацией и т.д. в самых высоких инстанциях РФ, действуя в интересах Петрова и находящейся у него в подчинении организации. Владислав Резник находится в хороших отношениях с Ильей Трабером, лидером выборгской криминальной группировки, а также с (бывшим министром обороны РФ) Анатолием Сердюковым, (бывшим премьер-министром РФ) Виктором Зубковым и (бывшим спикером Государственной думы) Борисом Грызловым», — говорится в обвинительном заключении.

Следственный прокурор Хосе Гринда

Получить комментарий от депутата Резника NT не удалось. В 2008 году он говорил в интервью «МК»: «С Малышевым я незнаком, с Петровым — знаком. Никакой противоправной деятельностью никогда не занимался». В июне 2015 года депутат отметил в интервью Bloomberg, что готов приехать в Испанию для защиты своей репутации, если суд состоится. Между тем испанские прокуроры установили, что депутат Госдумы Владислав Резник — единственный представитель российских властей, ставший непосредственно обвиняемым, — пользовался одним самолетом и причалом для яхт в Испании с Геннадием Петровым, а также по заданию Петрова участвовал, как считают прокуроры, в фиктивных транзакциях в Испании, которые служили для отмывания средств. Запрос испанцев о допросе Резника в России не был удовлетворен Генпрокуратурой РФ.

Геннадия Петрова и Александра Малышева еще в июне 2008 года арестовали в их домах на Майорке и в Малаге в рамках совместной операции прокуратуры и жандармерии Испании (Guardia civil) — «Тройка». Проведя под арестом полтора года, Петров был освобожден под подписку о невыезде, а затем уехал на родину, в Петербург, в разрешенный отпуск по состоянию здоровья и больше не вернулся. В испанской прокуратуре полагают, что Петров задержался в России не по своей воле: накануне поездки он вроде бы готовился подписать соглашение с властями Испании о том, что признает предъявленные обвинения, соглашается на штраф и конфискацию имущества в Испании и покидает страну без права последующего въезда. То есть тюрьма ему в любом случае не грозила, говорит Гринда. Петров, правда, торговался: хотел, чтобы с него было снято обвинение в организации преступного сообщества, но потом махнул рукой и уехал в Россию. Соглашение так и не было подписано, и Петров проходит по графе «скрывшийся от испанского правосудия». Сына Геннадия Петрова также считают обвиняемым. У Антона Петрова в Петербурге работают десятки компаний, он сооснователь крупнейшей ювелирной компании «585», по оценкам деловых СМИ Северной столицы, его состояние по итогам 2014 года достигло 6 млрд руб. Еще 29 мая 2015 года прокурор Хосе Гринда запросил у судьи Хосе де ла Мата санкцию на объявление Антона и Геннадия Петровых в международный розыск «после уточнения их местоположения», однако пока это не было сделано.

Интервью

Из интервью с Хосе Гриндой, следственным прокурором специальной прокуратуры Испании по борьбе с коррупцией и оргпреступностью:

Будут ли судить Петрова?

Господин Петров находится в России и считается сбежавшим от испанского правосудия. Он в той же ситуации, что и Владислав Резник: заочно судить его не будут, потому что запрашиваемый прокуратурой срок наказания слишком велик. В Испании заочные суды разрешены только в случаях, когда запрашиваемый срок наказания не превышает 2 лет тюрьмы, а Резнику прокуратура запросила 5,5 года тюрьмы, Петрову — 8 лет.

Кто-нибудь из обвиняемых окажется в тюрьме?

Сложно сказать, но им будет сложно выехать из России.

Классический признак мафии — связь преступности с государством. Можно ли в данном случае говорить об этом?

Прокуратура Испании представила доклад, в котором показано, что у Петрова были связи в экономической сфере, в криминальной среде и в политической сфере. И эти три группы связей позволили Петрову легализоваться и достаточно спокойно жить. Связи с олигархами позволили ему стать богатым, связи с криминальным миром позволили ему осесть и жить так, чтобы его богатство никто не трогал, а связи с политиками и чиновниками позволили ему иметь приличную репутацию. Это очень интересные взаимоотношения. Российские правоохранители, задачей которых является расследовать эти связи, на самом деле, вопреки своей задаче, занимаются очисткой его репутации.

Зубков «лоббировал интересы группировки в России», будучи на посту премьер-министра и первого заместителя премьер-министра России, говорится на стр. 27 обвинительного заключения испанской прокуратуры

Торговля связями

Следствие выяснило, что главный подозреваемый Геннадий Петров поддерживал прямые отношения:

— с Анатолием Сердюковым, который на момент прослушек (конец 2006 — 2008 год) занимал посты руководителя Федеральной налоговой службы, а потом министра обороны РФ;

— с Виктором Зубковым, премьер-министром РФ в 2007–2008 годах, а до того — руководителем финансовой разведки страны — Росфинмониторинга, замминистра финансов, замминистра по налогам и сборам, а еще ранее — бывшим замом Владимира Путина в Комитете по внешним связям мэрии Петербурга. Зубков «лоббировал интересы группировки в России», будучи на посту премьер-министра и первого заместителя премьер-министра России, говорится на стр. 27 обвинительного заключения испанской прокуратуры (есть в распоряжении редакции. — NT), принимая «ряд политических решений» (что за решения, не уточняется);

— с председателем Следственного комитета РФ Александром Бастрыкиным;

— с заместителем директора ФСКН генерал-полковником Николаем Ауловым*****;

— с бывшим министром связи Леонидом Рейманом (он был вместе с Петровым совладельцем компании Caspian Petr RE, Llc.);

— а также с бывшим заместителем председателя СК РФ Игорем Соболевским******.

Что же имели в виду испанские прокуроры, утверждая в своем обвинительном заключении, что «группировка интегрирована в полицейские институты России»?

По оценке испанцев, главной удачей группы Петрова стало продвижение «Саши» (имеется в виду глава Следственного комитета Александр Бастрыкин. — NT). Этот вывод следственные прокуроры Хосе Гринда и Хуан Каррау сделали на основе нескольких прослушанных разговоров.

Так, 28 июня 2007 года Игорь Соболевский, тогда еще работавший адвокатом в Петербурге, позвонил Геннадию Петрову. Согласно расшифровке, он сообщил, что «Саша» (то есть, Бастрыкин, уточняется на стр. 29 обвинительного заключения. — NT) собирается отметить свое назначение на должность, всячески благодарит за это Петрова и просит пригласить на праздник посредника, который помог организовать это назначение. Имя посредника неизвестно.

Самого Соболевского вскоре удалось назначить на пост заместителя председателя СК РФ. Правда, это потребовало усилий длиною в год. Как свидетельствует расшифровка прослушки телефонных разговоров Петрова от 3 июля 2007 года, трудоустройством адвоката занялся все тот же депутат Госдумы Владислав Резник. Причем, согласно прослушке, на пост заместителя председателя СК, который Петров прочил Соболевскому, было три кандидатуры, но Петров пообещал Соболевскому, что должность эту получит он. 3 июля 2007-го в 18.41 Петров звонит Соболевскому и сообщает, что «вчера ему звонил Слава (Резник. — NT) и сказал, что уже поговорил со своим другом и что уверен на сто процентов, что назначение утверждено и что это только вопрос времени». Но Игорь хочет знать, почему так долго тянут с его назначением. Петров говорит, что «в худшем случае он лично поговорит с нужными людьми, когда будет в России».

10 июня 2008 года Соболевский был назначен заместителем председателя СК Александра Бастрыкина, но на должности просидел только год: испанцы обнародовали данные прослушек, и он был уволен со своего поста решением тогда президента Медведева от 1 июня 2009 года.

Почти одновременно с Бастрыкиным — в июне 2008-го — нового заместителя получил и новый председатель ФСКН Виктор Иванов (ранее — главный кадровик Кремля. — NT). Им стал генерал-лейтенант милиции Николай Аулов, которого Хосе Гринда и Хуан Каррау считают тесно связанным с группировкой Петрова. В то время, когда испанцы прослушивали телефон Петрова и его коллег, Аулов занимал должность начальника Главного управления МВД РФ по Центральному федеральному округу, куда был назначен указом президента Путина в ноябре 2006 года.

Депутат Государственной думы РФ Владислав Резник

За два года операции по контролю телефонных разговоров — с конца 2006 года по апрель 2008-го — генерал Аулов 78 раз общался с Геннадием Петровым по телефону, из них 74 раза именно Аулов был инициатором звонка, также он упоминался и в других звонках членов группы.

«Имеет смысл отметить действия людей Аулова, выполненные по просьбе Петрова, а именно: задержание нескольких полицейских по причине того, что те действовали против интересов человека из окружения Петрова. Также Николай Аулов, пользуясь своими связями на местном и федеральном уровне, оказывает поддержку и способствует выпуску лицензий и других видов разрешений в личных и бизнес-интересах Петрова и его окружения. Николай Аулов получал денежное вознаграждение от Петрова», — говорится на стр. 58–59 обвинительного заключения.

Расшифруем: испанские прокуроры считают, что Аулов через неизвестного высокопоставленного чиновника в Москве помогал организовывать аресты неугодных Петрову людей и, в частности, лидера тамбовской ОПГ Владимира Барсукова (Кумарина), которого в 1990-х называли «ночным губернатором» и «черным губернатором» Санкт-Петербурга. Например, в разговоре Петрова с депутатом Госдумы второго созыва Михаилом Глущенко (был арестован в России в 2009 году и в 2015 году приговорен к 17 годам лишения свободы за организацию убийства Галины Старовойтовой. — NT) от 2 июля 2007-го Глущенко говорит Петрову, что нужно встретиться с «Колей» (Николаем Ауловым), чтобы решить проблему «безрукого». Прокурор Гринда считает, что имелся в виду Владимир Барсуков (Кумарин), который потерял руку в результате покушения в 1994 году. Он был одним из главных конкурентов Петрова в вопросе контроля над бандитским Петербургом. Кумарин был арестован в августе 2007 года. А 26 августа, сразу после этого ареста, в разговоре между Леонидом Христофоровым (по данным Генпрокуратуры РФ, представленным прокуратуре Испании, «сообщник Петрова» и один из лидеров «малышевской ОПГ») и Геннадием Петровым последний сообщил, что «Кумарин был задержан по распоряжению «Царя». Следствие считает, что «Царем» сообщники называли Владимира Путина.

За два года операции по контролю телефонных разговоров — с конца 2006 года по апрель 2008-го — генерал Аулов 78 раз общался с Геннадием Петровым по телефону, из них 74 раза именно Аулов был инициатором звонка, также он упоминался и в других звонках членов группы

Вот еще несколько примеров разговоров с участием Николая Аулова. Например, 15 сентября 2007 года Аулов дважды звонил Петрову с отчетом: отправил нескольких «доверенных ребят» провести «очень серьезную беседу» с «изгоями» и «мусорами», которые хотят причинить вред Петрову. 9 ноября 2007 года Христофоров позвонил Петрову — напомнить, чтобы тот позвонил своему другу и поздравил его с получением новой звезды (речь идет о повышении в звании Аулова — ему было присвоено звание генерал-лейтенанта). 6 марта 2008 года Петров в беседе с Леонидом Христофоровым говорит, что ждет бумаги, которые готовит Николай Николаевич (Аулов), чтобы затем переговорить с начальником таможни, чтобы у них не было проблем в порту, потому что сейчас новый начальник, и добавляет, что раньше с другим руководством проблем не было (стр. 65 обвинительного заключения).

Подчеркнем: ныне генерал-полковник Аулов — действующий заместитель директора ФСКН. Роль Аулова «позволяет сделать вывод о том, что группировка Петрова четко интегрирована в полицейские институты России», — говорится в обвинительном заключении испанской прокуратуры. The New Times отправил запрос с просьбой о комментарии в пресс-службу ФСКН, а также непосредственно на имя генерала Аулова, но ответа не получил.

Продвижение «Толика»

Выдвижение кандидатом на пост президента России Дмитрия Медведева — 10 декабря 2007 года — произошло в самый разгар «испанских прослушек». В этот день Николай Аулов позвонил Петрову — узнать, в курсе ли он. Петров ответил, что новость несколько неожиданная, но все в порядке, в частности, «Толик» (речь, по данным Хосе Гринды и Хуана Каррау, идет об Анатолии Сердюкове, на тот момент — министре обороны РФ) останется теперь на своем месте, а при другом кандидате он должен был бы уйти. («Другим кандидатом», как известно, был Сергей Иванов, которого Сердюков в феврале 2007-го сменил в главном кабинете Минобороны. — NT.) 20 декабря 2007 года сын Геннадия Петрова Антон отчитывается отцу о том, что «позвонил «Первому» (речь идет о Сердюкове), пользуясь тем, что он находится в Москве, поскольку «Слава» (Владислав Резник) попросил передать ему одно письмо от его имени».

Первый лист обвинительного заключения испанской прокуратуры по делу «русской мафии»: обвинительное заключение передано в суд 19 октября 2015 года

Прокурор Гринда в интервью корреспонденту NT отметил: «В отношении самого Сердюкова, как известно, недавно было следствие в России. Вскрылось дело о коррупции. (6 декабря 2013 года СК РФ предъявил Сердюкову обвинение по ст.293, ч.1 УК РФ — халатность, повлекшая причинение крупного ущерба. — NT.) Но мы знали о его коррупционных связях уже в 2008 году и постоянно передавали эту информацию в прокуратуру России». Гринда сожалеет, что этой информацией в России не воспользовались. В конце октября 2015 года СМИ сообщили, что бывший министр обороны РФ Сердюков (следствие по его делу было прекращено в феврале 2014 года, так как он подпадал под амнистию как «защитник Отечества») занял высокий пост в госкорпорации Ростех — стал куратором авиационных активов с выручкой около 350 млрд руб. в год.

Крыша

Испанские следователи потратили немало сил, чтобы понять степень близости тех или иных упоминаемых в прослушках чиновников к деятелям русской мафии в Испании.

Вот что говорит прокурор Гринда: «Есть целая градация этих связей с Геннадием Петровым и его преступной группой. У Бастрыкина они слабые, у Николая Аулова — средние, у Сердюкова — также средние, а с Резником — просто очень близкие. «Что касается Владислава Резника, мы считаем его частью организации Петрова, поскольку он занимает важное место в иерархии. Что касается других, мы считаем, что Петров использует их, коррумпирует, чтобы получить доступ к властным эшелонам. Это главная причина, почему мы здесь в Испании обвиняем Резника и не обвиняем других людей. Потому что факт коррупции происходит в России и должен расследоваться в России».

Кроме того, «бездействие российских властей в отношении Аулова и Соболевского может привести к отдельным делам против них в Испании в соответствии с положениями Конвенции ООН против коррупции и транснациональной преступности», — говорится в докладе, который прокуратура Испании направила в суд в мае 2015 года (доклад, предваряющий обвинительное заключение, своего рода расширенное резюме уголовного дела, также имеется в распоряжении NT).

«В отношении самого Сердюкова, как известно, недавно было следствие в России. Вскрылось дело о коррупции. мы знали о его коррупционных связях уже в 2008 году и постоянно передавали эту информацию в прокуратуру России»

Слабая сторона испанского расследования заключается в том, что к моменту проведения прослушек «связи криминальных авторитетов с чиновниками России уже сложились, и откуда они возникли, мы пояснить не можем», — говорит Хосе Гринда, в очередной раз настаивая на «расследовании в России».

Попытаемся восполнить пробел.

Все знакомые Геннадия Петрова во власти, которые упомянуты в обвинительном заключении испанской прокуратуры, родились, учились либо сделали карьеру в Санкт-Петербурге. Двое из упоминаемых в деле силовиков, которых считают связными Петрова, прошли через Главное управление МВД по Центральному федеральному округу: Николай Аулов и Александр Бастрыкин. Бывший замруководителя СК Игорь Соболевский и Александр Бастрыкин являются однокурсниками Владимира Путина по юридическому факультету ЛГУ. Виктор Зубков в 1991–1993 годах был зампредседателя Комитета по внешним связям мэрии Петербурга, которым руководил Владимир Путин. Анатолий Сердюков в 2000 году стал зятем Виктора Зубкова, сделал карьеру в налоговом ведомстве, а потом в Минобороны.

Свидетели, допрошенные испанскими прокурорами, также указывали на роль КГБ-ФСБ в организации различных питерских преступных сообществ, в частности тамбовской преступной группировки. Об этом на допросе 9 марта 2007 года (выдержки имеются в распоряжении NT) говорил известный в узких кругах, ныне покойный антиквар и бывший депутат Госдумы Михаил Монастырский. «Их (питерских бандитов. — NT) влияние закончится тогда, когда Путин перестанет занимать пост президента», — заявил Монастырский. Он погиб вскоре после дачи показаний, его смерть признана несчастным случаем.

Испанский журналист Пабло Муньос, знакомый с материалами испанского расследования и автор книги «Слово вора: русская мафия в Испании» (2010 год), называет Петрова, как и Кумарина, «сотрудничающими с КГБ-ФСБ» еще с советского времени. Однако испанские прокуроры эти слухи ни подтвердить, ни опровергнуть не могут, поскольку «прокуратура России не подтверждает эти данные…», говорит Хосе Гринда.

* Геннадий Петров, ленинградец, 1947 г. р. Был неоднократно судим, в 1987-м вышел на свободу и влился в «малышевскую» группировку. В 1990-х стал одним из крупнейших питерских «авторитетных бизнесменов», совмещая бизнес и криминал. В 1998–1999-м был одним из совладельцев известного банка «Россия». Вместе с Малышевым в конце 1990-х — начале 2000-х развернул бизнес в Испании.

** Александр Малышев, ленинградец, 1958 г. р., при Советской власти был дважды осужден за убийство. В конце 1980-х создал в Петербурге собственную ОПГ, с которой конкурировали «тамбовские». В 1992-м был арестован, в 1995 году осужден на 2,5 года за незаконное хранение и ношение оружия и освобожден, поскольку весь срок уже отбыл в СИЗО. В результате многочисленных бандитских разборок 1990-х утратил большую часть своего влияния в Петербурге и перебрался в Испанию, где продолжил заниматься криминальным бизнесом. В 2008 году в ходе операции «Тройка» был арестован испанской полицией, в 2010 году выпущен под залог. Пять лет жил под домашним арестом в своем доме в Малаге. Весной 2015 года вернулся в Россию.

***** Николай Аулов, 1952 г.р., в ленинградской милиции с 1983 года, считается одним из основателей питерского РУБОПа, в 1980–1990-е плотно занимался «малышевцами» и «тамбовцами», в 1999-м был ранен снайпером, после выздоровления переведен в Москву, один из соавторов эпопеи «Бандитский Петербург». С 2011 генерал-полковник полиции.

****** Игорь Соболевский, 1952 г.р., учился на юрфаке ЛГУ вместе с В.В. Путиным и А.И. Бастрыкиным, в конце 1980-х был юристом в питерских властных структурах (горком, исполком, Ленсовет), в 1999-2000-м был вице-губернатором Петербурга, позже занимался адвокатской практикой.

*Фото: stringer-news.com, fskn.gov.ru, businessinsider.com, Василий Шапочников/Коммерсант, ИТАР-ТАСС/Интерпресс, ИТАР-ТАСС/Виталий Белоусов, vladimirfedorenko/ria novosti, Валерий Балаян*