Новый доллар?

1 декабря Международный валютный фонд (МВФ) включил китайский юань в корзину резервных валют МВФ включил юань в перечень валют, исходя из стоимости которых страны рассчитываются друг с другом по кредитам и различным программам фонда. Чтобы никому не было обидно, МВФ выдает кредиты не в долларах или евро, а в условной расчетной единице, которая называется «специальные права заимствования» (СДР). Ее курс рассчитывается исходя из курсов валют стран, имеющих наибольшую долю в капитале МВФ. До сих пор это были американский доллар, евро, фунт стерлингов и иена. Теперь «валют МВФ» пять. Решение МВФ, разумеется, определяет лишь стоимость СДР — теперь на него будет влиять и динамика обменного курса юаня. Формально оно ничего не диктует никаким странам, не влияет на то, как рассчитываются между собой корпорации из разных стран и в каких валютах держат свои сбережения домохозяйства.

Тем не менее решение МВФ обострило постоянно вспыхивающие спекуляции на тему, когда же позиции доллара США как мировой резервной валюты будут поколеблены растущей китайской экономикой. Сейчас подавляющая доля мировых сбережений, кому бы они ни принадлежали — национальным банкам, домохозяйствам или бизнесу — держится в долларах. Расчеты друг с другом контрагентам из разных стран тоже удобнее всего вести в долларах — если только это не фирмы из разных стран, находящихся внутри еврозоны. По сути, доллар является основным платежным средством в мире уже 90 лет, а порядка 70 лет эту функцию он выполняет монопольно (оттеснив британский фунт и золото).

США и корпорации из этой страны не получают гигантских выгод от того, что их валюта обладает особыми функциями в мире. Главное преимущество: заимствования стоят дешевле, удобнее вести бизнес с иностранными контрагентами, нет валютных рисков. США имеют возможность почти бесконечно жить в долг (с дефицитным бюджетом и текущим счетом), и его обслуживание неприлично дешево. Главный минус: легкое финансирование со всего мира подталкивает США жить не по средствам. Отсюда, например, недавний ипотечный кризис, отсюда же легкие взлеты (и последующие падения) американского фондового рынка.

Станет ли Китай новой Америкой во всех этих смыслах? Если и да, то очень нескоро. Во-первых, Америке надо очень сильно постараться, чтобы сберегать и рассчитываться в долларах жителям других стран стало неудобно и невыгодно. Лучшее средство к этому — бесконтрольный рост дефицитов бюджета и текущего счета. Но США внимательно следят за обоими — даже при президенте-демократе. Во-вторых, у доллара есть более серьезный (пока) конкурент, чем юань, — это евро. Конкурент небеспроблемный, но влиятельный. В-третьих, юань пока не является свободно конвертируемой валютой в полном смысле слова, хотя упорно к этому идет.

Скорее всего, мир постепенно движется к системе с множеством международных валют, полагает ведущий теоретик по этому вопросу Барри Эйхенгрин из Университета Беркли. Сначала к доллару добавятся евро и юань, а в перспективе — бразильский реал и индийская рупия. Так уже было: 400 лет назад в международных расчетах на равных использовались фунты, франки и песо. И в любом случае, прежде чем стать одной из глобальных валют, юаню придется завоевать статус ведущей региональной валюты — когда на юань перейдет торговля с Китаем окружающих его стран и их сбережения. А у Китая такие планы, безусловно, есть. Кстати, еще и поэтому российский «поворот на Восток» в 2014–2015 годах — хорошая новость для юаня, но плохая для рубля. Сделать из рубля даже региональную валюту, отвернувшись от Европы и относясь к странам СНГ как к сателлитам, у России не выйдет. Зато шансы юаня на светлое будущее повышаются.

По сути, доллар является основным платежным средством в мире уже 90 лет, а порядка 70 лет эту функцию он выполняет монопольно