Федеральная охрана госзаказов

Как купить у самого себя три винных шкафа, заказать самому себе реставрацию Консерватории, Мавзолея и Триумфальной арки, построить порт, даже если он никому не нужен, — The New Times разбирался в тонкостях бизнеса, работающего под эгидой самой закрытой российской спецслужбы

Друзья по жизни: Дмитрий Сергеев (слева) и Станислав Кюнер — победитель тендеров и глава тендерной комиссии, Мальдивы, 2011 год

Федеральная служба охраны — одна из самых могущественных и при этом самая закрытая служба в России. Например, деятельность ФСБ можно хотя бы приблизительно оценить — по открытым источникам, официальным данным о ее операциях и так далее. А в случае с ФСО все это можно только предполагать.

Впрочем, если о конкретике профильной деятельности службы узнать что-либо весьма трудно, то коммерческая деятельность, которая, как выясняется, осуществляется под ее эгидой,— отнюдь не гостайна. И при этом не только достигает выдающихся масштабов, но и ведется с пренебрежением к нормам российского законодательства.

Собственно, сюжет государственного масштаба вытекает из сюжета сугубо частного, семейного даже. В распоряжении NT оказалась история (и сопровождающие ее документы), рассказанная Юлией Пасовой. В январе 2013 года ее муж Станислав Кюнер подал на развод и, соответственно, на раздел имущества. Но загородный дом и участки, которые, по утверждению Пасовой, приобретались совместно, в заявление не включил. Началась тяжба, которая длится до сих пор. Как объяснила NT Пасова, начала она судиться «из обиды и вредности», а продолжает — уже «из принципа».

Пасова пыталась доказать, что загородный дом был «нажит совместно», но Кюнер предоставил в суд договор займа, из которого следовало, что деньги на дом — 20 млн руб. — он взял в долг у своего друга Дмитрия Сергеева 1 сентября 2012 года. А уже в суде Кюнеру удалось доказать, что «совместное проживание и фактические брачные отношения» прекратились за несколько месяцев до того, в феврале 2012 года. Можно и не говорить, какие воистину тектонические силы были приведены в действие и этим судом, и особенно заявлением бывшего супруга о «досрочном прекращении фактических брачных отношений». Тут на свет божий и стали появляться документы, представляющие интерес для широкой публики и позволяющие увидеть, как делаются дела в организации, защищенной от журналистского взгляда всеми возможными грифами секретности.

Дмитрий Сергеев, стратегический директор ЗАО «БалтСтрой»

Дело в том, что упомянутые в судебном разбирательстве заемщик и заимодавец, Кюнер и Сергеев, не просто давние друзья, но один (Кюнер) — председатель тендерных комиссий ФГУП «Атэкс» Федеральной службы охраны, а второй (Сергеев) — совладелец двух компаний — ЗАО «БалтСтрой» и ООО «СтройКомплект», которые регулярно выигрывали тендеры и получали госконтракты от того самого Федерального государственного унитарного предприятия «Атэкс» ФСО. И адвокаты Пасовой решили доказать, что договор займа должен считаться недействительным, поскольку в действиях Кюнера и Сергеева можно обнаружить как минимум признаки злоупотребления полномочиями (ст. 201 УК РФ), а как максимум — сделки с заинтересованностью (ст. 22 закона № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях»), конфликта интересов (ст. 21 закона № 161-ФЗ) и коммерческого подкупа (ст. 204 УК РФ).

«Дочка» охраны

ФГУП «Атэкс» — обычная коммерческая организация, правда, со стопроцентным госучастием. Эта «дочка» ФСО РФ создана распоряжением директора службы генерала армии Евгения Мурова в 2003 году. На всех документах, на визитках — герб ФСО, руководство компании перемещается на служебных машинах со спецсигналом и «волшебными» номерами ЕКХ — короче, конкуренты за версту по стойке смирно вытягиваются. Но самое главное, «Атэкс» распоряжается государственным бюджетом, распределяет и выполняет госзаказы — право на это ей предоставлено ФСО.

Евгений Муров, генерал армии, директор ФСО РФ

При этом ФГУПы — довольно своеобразная форма собственности. Работники ФГУПов не являются госслужащими. И даже если данный конкретный ФГУП является стопроцентной «дочкой» ФСО, его работники действуют в рамках Трудового кодекса, а не законов о госслужбе, или положений о правоохранительных органах и специальных службах.

Как отмечает Игорь Барциц, директор Института госслужбы и управления РАНХиГС, «ФГУПы — совершенно отдельные юрлица. Они осуществляют коммерческую деятельность, но собственность — то, чем они управляют, — остается государственной». По словам эксперта, это сложная форма, промежуточный этап, когда выполнение госфункций передается не сразу в частный сектор, а вот в такие аффилированные организации, и тут, конечно, возникает вероятность различных коррупционных манипуляций. Но особый контроль прокуратуры, налоговой и того госоргана, при котором ФГУП создан, должен гипотетически предотвратить это. Гипотетически.

Пересечение интересов

Сергеев и Кюнер — уроженцы Петербурга, одноклассники и партнеры в бизнесе на протяжении многих лет — не сразу попали в орбиту коммерческих интересов ФСО. В начале 2000-х оба были совладельцами целого ряда мелких питерских фирм: «Технофлот», «ТФДекор», «Петродекор» и так далее. В 2003-м познакомились с питерским бизнесменом Дмитрием Михальченко, который привлек их к работе в компаниях АО «БалтСтрой», ЗАО «СтройФасад» и ООО «СтройКомплект».

Дмитрий Михальченко, гендиректор ХК «Форум»

Михальченко был предпринимателем совсем другого уровня. Еще в самом конце 1990-х он познакомился с Николаем Негодовым, генерал-майором ФСБ в отставке, который в 1997–1998 годах служил заместителем начальника УФСБ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Сослуживцем Негодова (и также замначальника УФСБ) был Евгений Муров, который в мае 2000 года указом нового президента Владимира Путина возглавил ФСО РФ. Пользуясь связями Негодова, Михальченко, ставший к тому времени весьма влиятельным человеком в Северной столице, создал и возглавил общественную организацию «Региональный общественный фонд поддержки ФСБ и СВР», которую все попросту называли Фондом содействия ФСБ, и сблизился с питерскими силовиками. Если знаменитого лидера тамбовской ОПГ Владимира Барсукова (Кумарина) называли «ночным губернатором» Петербурга, то Дмитрия Михальченко 10 лет назад питерские СМИ именовали «губернатором 24 часа». Почти весь свой бизнес Михальченко постепенно собрал в холдинговую компанию «Форум». А в 2008 году он помог своему приятелю и партнеру Андрею Каминову стать руководителем ФГУП «Атэкс» ФСО РФ. Михальченко — крестный отец сына Каминова, привлекал Каминова к работе и в Фонде содействия ФСБ, и в «Форуме», и в других своих компаниях. Впрочем, гораздо важнее то обстоятельство, что самому Михальченко доверял Негодов, а значит, и сам генерал Муров. И «Атэкс» начал активно работать и зарабатывать.

Андрей Каминов, директор ФГУП «Атэкс» ФСО РФ

«Питерский десантник»

Тем временем Станислав Кюнер с 2005 года уже успел поработать в Москве — и в «СтройФасаде» (гендиректор), и в столичных филиалах «Технофлота» (гендиректор), и «БалтСтроя» (директор по строительству), так что, когда в 2011 году встал вопрос, кого назначить в помощь Каминову, сомнений у Михальченко и Сергеева не возникло. Летом того же года Кюнер был назначен первым заместителем директора ФГУП «Атэкс» ФСО РФ. На первый взгляд дистанция от Мурова до Кюнера огромна; один из самых могущественных людей в России легко мог бы даже и не знать, что на свете существует какой-то Кюнер. Однако в российском бизнесе, как и в политике, существует своя вертикаль, прямая, как струна, образовалась она и здесь: Муров — Негодов — Михальченко — Каминов — Сергеев — Кюнер. И эта вертикаль — работающая. В противном случае замдиректора ФГУП «Атэкс» ФСО Кюнер вряд ли был бы назначен еще и ответственным за проведение конкурсов (тендеров). После чего начал оправдывать оказанное доверие, когда возглавляемая им тендерная комиссия предоставляла госзаказы хорошо знакомым ему компаниям, входящим в империю Михальченко.

Николай Негодов, генерал-майор ФСБ в отставке

Продается неславянский шкаф

2 апреля 2012 года ФГУП «Атэкс» ФСО РФ заключило контракт на поставку трех винных шкафов за 110,5 тыс. руб. каждый с ООО «Технофлот», в котором Станиславу Кюнеру на тот момент принадлежало 20% акций. Это, впрочем, совершенная формальность: размер его доли постоянно менялся. Например, в 2009 году Кюнер был гендиректором «ТехноФлота», в мае 2012-го, после продажи «Атэксу» винных шкафов, он владел уже 27,5% акций, а в 2015-м — 73%.

«На первый взгляд дистанция от Мурова до Кюнера огромна; один из самых могущественных людей в России легко мог бы даже и не знать, что на свете существует какой-то Кюнер. Однако в российском бизнесе, как и в политике, существует своя вертикаль, прямая, как струна»

Сумма контракта невелика, но не в деньгах его ценность: главное, что это одна из немногих видимых частей айсберга. Ведь что получается: один из владельцев некоей коммерческой фирмы, будучи при этом одним из руководителей другой коммерческой фирмы, на конкурсной основе закупает у первой фирмы некую продукцию для второй фирмы. По сути, покупает сам у себя. В принципе, ничего противозаконного, обычный бизнес. Но вот только он делает это за государственные средства.

По мнению Андрея Клименко, директора Института государственного и муниципального управления НИУ ВШЭ, если сотрудник ФГУПа может влиять на решение о заключении госконтракта, то имеет место конфликт интересов. Правда, по закону в такой ситуации сотрудники ФГУПа, в отличие от госслужащих, не обязаны информировать все заинтересованные стороны. Что, впрочем, не означает, будто они не несут вовсе никакой ответственности. Несут. Как минимум — перед собственной организацией, за злоупотребление служебным положением.

Связи между компаниями, входящими в «куст» Михальченко — Сергеева, между людьми, владеющими компаниями, — и между структурами, аффилированными с государственными службами и ведомствами, не слишком прозрачны, хотя при желании их вполне можно разглядеть. Но вот обнаружить факты, которые подпадают под действие статей 201 и 204 УК РФ, а также под определение статьи 22 Закона о ФГУПах — сложнее. Приобретение винного шкафа — факт как раз из этого разряда.

Есть, впрочем и еще один. Напомним: Станислав Кюнер поступил на службу в «Атэкс» 1 июня 2011 года, на должность заместителя гендиректора. Но еще месяц, до 1 июля, он продолжал работать директором и в ЗАО «СтройФасад». И еще пять месяцев, вплоть до ноября 2011 года, он продолжал получать зарплату еще и в ЗАО «БалтСтрой», где работал директором по строительству. Все документы, подтверждающие это, в том числе и детализированные выписки с банковских счетов, есть в распоряжении The New Times.

Гендиректор ФГУП «Атэкс» ФСО РФ Андрей Каминов в разговоре с NT заявил, что готов отвечать на вопросы только в письменном виде: редакция отправила запрос и получила ответ за подписью первого заместителя генерального директора ФГУП «Атэкс» ФСО РФ Романа Складнева. В письме утверждается, что, цитируем, «на момент приема на работу во ФГУП «Атэкс» ФСО России С.В. Кюнер участником (сотрудником) АО «БалтСтрой» не был, учредителем какого-либо иного лица не являлся…»

Лаконичный ответ ФГУП «Атэкс» журналу явно противоречит фактам

Однако по документам — и был, и являлся. И не просто являлся, а еще и пользовался этим обстоятельством. В августе 2011 года «Атэкс», где Кюнер уже трудился заместителем директора, получил контракт на объекте ФСО РФ «Бочаров Ручей» в Сочи — на проектно-изыскательские работы, строительство, реконструкцию. При этом субподрядчиком «Атэкса» выбирается ООО «СтройКомплект», в котором 50-процентная доля в тот момент была у Дмитрия Сергеева, друга Кюнера. Но что важнее: Сергеев в тот момент был директором ЗАО «БалтСтрой», в котором Кюнер, как говорилось выше, еще продолжал получать зарплату. Кроме того, юридический адрес «БалтСтроя» на тот момент: Петербург, улица Рубинштейна, дом 13А, помещение 2Н. У «СтройКомплекта» другой юридический адрес, но фактический — точно такой же, как и у «БалтСтроя».

Заем с заинтересованностью

Вернемся к 20 млн руб., которые осенью 2012 года Кюнер получил от Сергеева по договору займа. В деле о разводе и разделе имущества защита его бывшей жены Юлии Пасовой требует признать этот договор притворной сделкой. Аргумент защиты: Сергеев как раз в этот период был заинтересован в получении подрядов от «Атэкса», которые и обеспечил ему Кюнер. Основания для такого требования есть: как раз в 2012 году «СтройКомплект» получил от «Атэкса» подряды в Москве — на ремонтно-реставрационные работы с Мавзолеем В.И. Ленина, на реставрацию Триумфальной арки на Кутузовском проспекте, на ремонт и реконструкцию Консерватории им. П.И. Чайковского. А «БалтСтрой» получил подряд на реконструкцию Театра на Малой Бронной. Общая сумма заказов превышает 2 млрд руб. — в 100 раз больше, чем заем «по дружбе».

В разговоре с NT стратегический директор ЗАО «БалтСтрой» Дмитрий Сергеев заявил: «Мы работаем с «Атэксом» уже лет пять-семь. Выигрываем конкурсы по 223-му федеральному закону*. Работаем, сдаем объекты. Я считаю, что никаких нарушений у нас нет». Он подтвердил, что Московская консерватория была объектом и «БалтСтроя» также: «Мы получили его по субподряду у «Атэкса». Но ничего предосудительного в этом Сергеев не видит: ведь не он был тогда замдиректора ФГУПа, не он использовал служебное положение.

Эти 2 млрд руб., полученные «БалтСтроем» в виде госзаказов от «Атэкса» в то время, когда один из руководителей «Атэкса» получал 20 млн руб. от одного из владельцев «БалтСтроя», можно, наверное, приплюсовать к скромным 300 тыс. руб. за три винных шкафа, потому что расходование этих средств должно быть тщательно проверено правоохранительными органами и ФСО РФ на предмет соответствия таким статьям российского законодательства, как «Злоупотребление полномочиями» (ст. 201 УК РФ), «Коммерческий подкуп» (ст. 204 УК РФ) и «сделка с заинтересованностью» (ст. 22 закона № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях»).

Станислав Кюнер, директор по строительству ООО «СтройКомплект»

Редакция The New Times направила вопросы адвокату Станислава Кюнера Елене Кутьиной. Однако Кюнер отказался отвечать на вопросы письменно, по телефону или по скайпу, а требовал личной встречи. Между тем у NT была информация, что при встрече с героем очерка могла произойти провокация. NT по-прежнему готов опубликовать письменные ответы Станислава Кюнера.

По мнению юристов «Трансперенси Интернешнл-Р», «дружеский заем» в 20 млн руб. Кюнера у Сергеева в тот момент, когда первый предоставлял второму подряд на конкурсной основе, безусловно, может расцениваться как «злоупотребление полномочиями». Однако расследование этого факта зависит от желания самого ФГУПа «Атэкс» ФСО и непосредственно самого ФСО РФ.

Мы не знаем о других контрактах, которые заключались в то время между «Атэксом» и «БалтСтроем», «Атэксом» и «СтройФасадом», «Атэксом» и «СтройКомплектом», поскольку они не отражены в госзакупках. Но они наверняка существовали или могли существовать — ведь мы видим только верхушку айсберга.

«История работ строительных и реставрационных организаций, аффилированных с «Атэксом», пестрит известиями о ЧП — пожары, обрушения и т.п.»

Их юридические последствия, скорее всего, спорны. Равно как и юридические последствия множества других контрактов и подрядов, распределенных «Атэксом» и полученных фирмами, аффилированными с «БалтСтроем». Поскольку нарушения, скорее всего, труднодоказуемы, а значит, практически ненаказуемы.

Борцы с памятниками культуры

АО «БалтСтрой» реконструирует элитарные, самые знаковые и самые «вкусные» объекты, каждый из них входит в первую сотню российских достопримечательностей: Адмиралтейство, цирк Чинизелли, Петропавловский и Морской соборы в Питере, стены и башни Московского Кремля, Грановитая палата, Московская консерватория, Триумфальная площадь, Соловецкий монастырь, Изборский музей-заповедник, Троице-Сергиева лавра, Воскресенский монастырь в Новом Иерусалиме, Малый театр в Москве. «СтройКомплект», как уже упомянуто, реставрирует Мавзолей Ленина и Триумфальную арку на Кутузовском проспекте.

Пусть, как мы полагаем, эти заказы достаются компаниям Михальченко — Сергеева — Кюнера сомнительно с точки зрения законодательства. Если бы они выполняли свою работу качественно и ответственно, наверное, это можно было бы стерпеть: они не первые и, увы, не последние. Но в том-то и дело, что история работ строительных и реставрационных организаций, аффилированных с «Атэксом», пестрит известиями о чрезвычайных происшествиях — пожары, обрушения и т.п. Профессиональный уровень подрядчиков вызывает множество вопросов.

Вот лишь краткий перечень известных фактов, которые свойственны всем строительно-реставрационным работам, с которыми связана группа компаний Сергеева — Михальченко.

17 ноября 2015 года: рухнул кирпичный свод в подвале здания в Среднем Кисловском переулке (часть комплекса зданий Московской консерватории), погиб человек.

Июнь 2015-го — пожар в Консерватории.

Март 2015-го — горит колокольня Новодевичьего монастыря.

Август 2014-го — пожар в Малом театре.

Осенью 2014-го стены Никольской церкви на Труворовом городище в Изборске (отреставрирована в 2012 году) покрылись зеленой плесенью.

Кроме того, в августе 2014-го патриарх Кирилл обнаружил, что при реставрации Соловецкого монастыря исчезают старые архитектурные элементы и заменяются на откровенный новодел. Особенно его возмутили полы, покрытые керамической плиткой, и замена старинной каменной лестницы. Лестницу вернули, плитка останется…

И это только общеизвестные факты, подробно освещавшиеся в СМИ. Но они совершенно не волнуют бизнесменов, которые уверены в своей безнаказанности. Как заявил NT Дмитрий Сергеев, рассказывая о работах в Консерватории: «Все, на что жалуется технадзор, исправляем. В итоге все довольны — сказали, что ремонт замечательный. «БалтСтрой» даже получил грамоту от Москвы».

Отдельно можно было бы рассказать о проекте строительства морского порта «Бронка»* в акватории Финского залива. Для успешного функционирования порта необходимо углубить фарватер с нынешних 2 метров до проектных 14. Как это пагубно скажется на питерских каналах, на питерской экологии, на судьбе архитектурных ансамблей Северной Венеции — не раз подробно обсуждалось в питерских СМИ. Но все аргументы не возымели никакого эффекта. Что ж, эффект станет очевиден через несколько лет, после того как «Бронка» будет передан в эксплуатацию.

Новые реконструкторы

В ноябре этого года генералу армии Евгению Мурову исполнилось 70 лет. Отставка по возрасту, очевидно, неизбежна. (Если, конечно, президент тайно не подписал новый указ об увеличении предельного возраста госслужащих.)

«Все, на что жалуется технадзор, исправляем. В итоге все довольны — сказали, что ремонт замечательный. «БалтСтрой» даже получил грамоту от Москвы»

Разумеется, преемственность будет максимально мягкой — в таких серьезных структурах, как ФСО, резкие движения противопоказаны. Но традиции современного российского государства свидетельствуют: у нового руководителя спецслужбы со временем обязательно найдется свой собственный старинный сослуживец «Негодов», у которого будет свой собственный «Михальченко», у которого найдутся свои собственные сергеевы, каминовы и кюнеры. И так далее. А значит, в скором времени возникнет еще один ФГУП. И еще несколько связанных с ним новых «балтстроев». Самое неприятное, что это не станет причиной расформирования «Атэкса» и его доверенных фирмочек. Их просто потеснят. А поскольку этого будет мало, то новые структуры добудут себе новые части рынка госзаказов на строительство и реконструкцию. И тоже займутся памятниками культуры. Беда, что русская культура и история, в отличие от российского бюджета, совершенно не интересует государственную службу охраны.

* Инвестор строительства порта «Бронка» — ООО «Феникс», входит в холдинговую компанию «Форум», принадлежащую Дмитрию Михальченко. Проект порта задуман и инициирован Михальченко и Негодовым.

Фото: семейный архив Юлии Пасовой и Станислава Кюнера, Алексей Никольский/Итар-тасс, gubernia.pskovregion.org, portnews.ru