Скриптонит: «Мне не нравится, когда говорят, что я делаю русский рэп»

Скриптонит, он же Адиль Жалелов, казахстанский рэпер, перебравшийся из Павлодара в Москву, выпустил в прошлом году альбом «Дом с нормальными явлениями» — на наш вкус, лучший в русском рэпе за 2015-й — и с ходу возглавил чарты русского iTunes. Сейчас Скриптонит готовит второй.

— У тебя прошла презентация альбома в Москве; как ты ее оцениваешь?

— Могли сделать намного лучше. На некоторых репетициях мы выкладывались сильнее. Надо менять трек-лист, в своем поведении на сцене я отметил кое-какие вещи, которые надо корректировать.

— При этом на концерте песни звучат иначе. Порой нет мрачной, тягучей атмосферы альбома.

— Просто хочется делать хорошую музыку. В альбоме была цель — выдержать настроение. На концерте у нас тоже единый звук, не мрачный, мы многое переделывали — скажем, песню «Бумажки» играем совсем по-другому.

— Не так много рэперов в России играют вживую.

— Я общаюсь с этими пацанами, мы спонтанно решили попробовать, на репетициях стали понимать, что песни звучат иначе, интереснее. Мне в кайф показывать песни в другом виде. Причем их же можно записывать и выкладывать. У людей появляется больше выбора, и может понравиться то, что не нравилось в оригинальной версии.

Скриптонит — «Притон»

— С чего ты начинал?

— Старенький комп у меня появился в 2005-м. Я нашел всевозможный софт, работал на Hip-Hop eJay, в 2006-м мне попался Fruity Loops, до сих пор я в нем все пишу.

— Про что были тексты?

— Ох, про детские проблемы, про школу. Самое смешное время, конечно. Потом был период рэпа про рэп, слава богу, это длилось недолго. Года четыре назад пришел к нынешним темам. Песни для альбома писались полтора-два года. Вообще альбом — это совокупность некоторых фактов из последних лет восьми. Но заплетены они так, будто я прожил их за одно лето. Причем многое — за лето 2014-го. Тогда многое было перелопачено, думаю, это был переломный момент в моей жизни. Что-то, конечно, приукрашено, как в кино.

Потом был период рэпа про рэп, слава богу, это длилось недолго.

— Ты давно в Москве? Как она тебе?

— Полгода здесь. Можно найти людей по любым интересам, знающих, информированных. В Павлодаре остались друзья, единомышленники. Вообще мне не важно, где находиться, важно — с кем.

— То есть ты четко себя позиционируешь как рэпера из Павлодара?

— Конечно, бесспорно. Я с Казахстана. Это казахстанский рэп. Мне не нравится, когда говорят, что я российский исполнитель, делаю русский рэп.

— Насколько на тебя влияет родная культура?

— Она очень крутая. Я благодарен, что родился именно в этом месте. В Павлодаре чувствуется симбиоз культур, а мы взяли из него самое лучшее.

— В текстах альбома много алкоголя. Это реальный опыт?

— Сноровка есть. Сейчас могу пару стаканов виски вечером пропустить, чтобы расслабиться.

— Окружение твое изменилось?

— С «Газа» (творческое объединение «Газгольдер» — студия и лейбл, где записываются Баста, Смоки Мо и другие. — Ред.) появились ребята, часто общаемся с Тошиком, барабанщиком из «Нервов». Мои старые друзья тоже со мной. Некоторые переехали, других скоро перевезем, будем вставать здесь особняком. Я стараюсь от своих не отрываться, тянуть их с собой.

— Есть такое мнение: часто непонятно, что Скриптонит читает, понятно только, что это круто. Приходится ходить на genius.com, разбираться.

— Там порой просто ужасно расшифрованы тексты. Некоторые слова заменены на неправильные. Я пару раз натыкался на подобное, было очень стремно это читать. Мне кажется, публика привыкла к чему-то более сложному. Некоторые вещи непонятны по той причине, что там говорится о том, что никому нельзя понять: это о личных вещах, на личном жаргоне для узкого круга, говорится очень просто. И привыкшие к более сложному люди заменяют их на созвучные слова, и получается какая-то психоделическая белиберда. У меня такой принцип: я не меняю слова местами ради рифмы, ради стихотворной формы, наоборот, пишу так, как бы я произнес это в жизни. И именно в таких местах люди часто заменяют слова, их уносит в стихотворную форму, потому что они привыкли, что в русском рэпе именно такого много. То есть сделано-то проще, чтобы люди могли понять, а происходит противоположное.

У меня такой принцип: я не меняю слова местами ради рифмы, ради стихотворной формы.

— На Первом канале недавно (и неожиданно) выступил Оксимирон, другой яркий молодой рэпер. Ты готов к таким компромиссам?

— Я не думаю о таких вещах. На меня все обычно само сваливается. Но я знаю, что такое будет. Любишь кататься — люби и саночки возить. Это работа. Вот музыку я никогда не делаю, если она не в кайф. А вот всякие <закидоны> со стороны слушателей, разговоры с кем-то, появление там-то — что ж, это надо делать, от этого никуда не деться. В этом нет чего-то хорошего или плохого.

— Что ты почувствовал, когда твой альбом возглавил чарты на iTunes?

— Ничего. Ну да, было прикольно. Приятно. Но я не знаю, сколько он провисел на первом месте, где сейчас. Я-то сам ничего не покупаю. Популярность не отсчитать продажами. Есть люди, которых не покупают на iTunes, но слушают намного больше.

— Судя по трекам, ты производишь впечатление человека, с которым лучше не общаться. А на самом деле?

— Я не люблю назойливых, навязчивых людей. Но при этом я стараюсь быть приветливым, дружелюбным с адекватными. Я эмоциональный, импульсивный человек, поэтому могу открыто говорить о своем недовольстве. Но это не значит, что я постоянно в напряге.

— Ты доделываешь второй альбом?

— Я думал, что успею выпустить в один день с первым. Но не хватало двух куплетов. Мы делаем звук, мастерим, а их все еще не хватает. Я хочу написать их на совесть. Теперь вот остался один куплет в одном треке. Конечно, было бы круто выпустить сразу два дебютных, мне только из-за этого хотелось такое сделать.