Преследуя свой идеал

Гарри Каспаров слово держит. Почти три недели назад он рассказал о "России после Путина", возникла бурная дискуссия с переходом на личности, и тогда же экс-чемпион пообещал ответить на вопросы писателей и читателей. Спрашивали - отвечает.

Отвечает вполне достойно, не опускаясь до перебранки, но и без малейшего высокомерия и лишних эмоций. Ни слова о народе, которому "придется расплачиваться". Ни слова про Германию и Японию применительно к современной России. "Путинские черты", огорчившие Олега Кашина, в новом тексте размыты.

Это уже не блиц-партия, в ходе которой гроссмейстер громит пижона. Это довольно серьезный анализ, попытка разобраться в отложенной позиции и найти приемлемые ходы. Проблема, однако, заключается в том, что позиция слишком уж тяжела, если не безнадежна. Да и противник Гарри Кимовичу достался очень сильный. Имею в виду не Путина, но российскую историю. Традицию, которая непобедима.

Есть точка зрения, с ней трудно спорить: перестройка в СССР была не закономерным явлением, но обыкновенным чудом. Наградой, причем незаслуженной. Потом, в течение стремительных 15 лет, мы перепробовали буквально все - от социализма с человеческим лицом до роспуска империи, от радикальных реформ до олигархического капитализма, от первой войны чеченской до второй чеченской войны. И получился Путин, в острой конкуренции с Примаковым, и ничего другого, по-видимому, выйти не могло.

Собственно, Гарри Кимович в курсе, оттого он и предлагает меры чрезвычайно решительные. "Нюрнберг" в первом своем выступлении на заданную тему. "Законы о люстрации и десоветизации" в новой статье, уточняющей ранее высказанные мысли. И он по-прежнему настаивает на том, что после ухода Владимира Владимировича выборы проводить не нужно. Поскольку "любые намеки на свободную политическую дискуссию были выжжены напалмом за годы путинской диктатуры", так что люди попросту сбиты с толку. Они опять проголосуют за Путина, как бы его ни звали. Поэтому необходим некий переходный период, после которого перевоспитанный и осознавший, что он натворил при Путине, народ можно будет позвать на выборы в Учредительное собрание.

Отвечает Каспаров и на самый главный вопрос, волновавший автора этих строк и некоторых других поклонников тринадцатого чемпиона, до сих пор жалеющих о том, что он ушел из мира шахмат. Гарри Кимович предполагает, что "режим падет в результате некой комбинации... двух сценариев": массовых волнений на фоне экономической катастрофы и дворцового переворота. Не исключено, что так оно и будет; правда, совсем уж массовых волнений вряд ли следует ожидать. Однако и в случае свержения президента сюжет, предложенный Каспаровым, выглядит не вполне убедительно. Скорее слишком оптимистично - по грехам нашим.

Он пишет, что "при таком развитии событий страна изначально окажется в руках у кого-то из тех, кто сегодня является частью правящего режима" - силовиков или либералов. То есть власть захватят либо условный Шойгу, либо собирательный Чубайс. И тут, считает Каспаров, "несистемная оппозиция должна быть готова... организовать тотальное давление на власть снизу с целью навязать ей свой сценарий". С тем чтобы, как можно понять, сперва отменить выборы и подготовить народ к честному волеизъявлению, до основанья разрушив в его мозгах старый мир, а затем провести в жизнь люстрацию и десоветизацию.

Каспаров терпеливо разъясняет, но картинка опять получается фантастическая.

Известно, что позитивную программу писать куда трудней, чем прямо ей противоположную, и не вина Гарри Кимовича, что в своей статье он описывает какую-то немыслимую Россию. С одной стороны, хунту, которая осмелилась снести самого Путина. С другой стороны, оппозицию, собравшуюся люстрировать эту самую хунту и со всей искренностью диктующую ей основные пункты своей программы. Что ж, у всех нас весьма скудный личный исторический опыт, ограниченный рамками короткой жизни, и ясно, какой пример перед глазами у Каспарова.

Ему вспоминается август 1991 года. Попытка свержения Горбачева, трясущиеся руки гэкачепистов, Алексей Николаевич (или Борис Анатольевич?) на танке. С последующим исправлением ошибок, допущенных после победы демократии, и завершением всех дел, недоделанных в те годы. Включая "декагэбизацию", как именует сей реально необходимый процесс ликвидации чекистского капитализма Гарри Каспаров.

Повторюсь, чисто теоретически переворот возможен, условия вроде созрели. Осознание того простого факта, что Россия осталась в одиночестве против всего мира, против Америки и Европы, Украины и Турции, ИГИЛа и саудитов, способно объединить таких разных людей, как Иванов и Медведев, Сечин и Кудрин, губернаторский корпус и кабинет министров. Только на дворе совсем другая эпоха, абсолютно не похожая на август 1991-го. Расклад сил совершенно другой.

Ибо низам пока все до фонаря и терпеть они, каждодневно информируемые о том, как страшно жить на Западе, способны еще долго. А вот верхи пребывают в состоянии всевозрастающей тревоги, и это касается буквально всех. Олигархов ближнего круга, сидящих под санкциями и ожидающих новой волны раскулачивания. Министров экономического блока, которым еще предстоит расплатиться по счетам мудрой внешней политики - за падающий рубль и отток инвестиций. Генералов, едва ли мечтающих по приказу главнокомандующего сгореть в огне мировой бойни. У всех в последние пару лет наверняка появилась и постепенно обретает некие контуры мечта сделать свою жизнь более предсказуемой.

Мечта и соблазн. Но Учредилка им ни к чему, и о том, каких мизулиных с милоновыми туда навыбирают, и мы, и они уже сегодня догадываемся. "...После падения путинского режима ситуация будет значительно хуже, нежели в 1991 году" - это предсказывает и Каспаров, но, по-моему, недооценивает масштабов всеобщей моральной деградации. Эта беда не на год и не на полтора, когда, по его мнению, можно будет проводить выборы. Это на десятилетия, а без выборов все равно не обойтись. В парламент, как это принято в цивилизованных и мало цивилизованных странах. И что там избирателям ни рассказывай про ужасы путинизма - они долго еще этому не поверят. Людей не проведешь.

Вспомним: при Горбачеве и Ельцине и архивы открывались, и так называемая правда о прошлом миллионными тиражами публиковалась на страницах журналов и газет - и все равно выбрали Путина, и рейтинг его по-прежнему высок... Но все же Владимир Владимирович на свой лад уникален, так что есть надежда, что без него российская жизнь хотя бы слегка оздоровится. Скажем, пропагандистского безумия станет поменьше, да и самих пропагандистов. Что же касается политики, то в новое правительство новая власть может позвать и Навального, и Явлинского. Явлинский откажется.

Перестройку начинали идеалисты-прагматики, продолжали циники-демократы, добивали бандиты-чекисты. В итоге идеалистов не осталось вообще, разве что Гарри Кимович, зато бандитов, циников и прагматиков тьмы тьмущие, на всех ветвях власти. Они и будут перестраивать послепутинскую Россию, избавляясь от наследия счастливых нулевых и неоднозначных десятых. То есть от угрозы мировой войны, тотальной изоляции и финансового краха. При негромком брюзжании очень уставшего, очень обозленного и очень растерянного народа, который еще долгие десятилетия теплым словом будет поминать незабвенного Владимира Владимировича, и умная власть, пожалуй, не станет сильно его за это корить, и в конкурсе "Имя России" лет через пятьдесят Путин будет успешно конкурировать со Сталиным. Хотя опять победит Александр Невский. Людей у нас всегда обманывали, что тут поделаешь.