В крымском поселке преследуют местного жителя, установившего на своем доме флаг Украины

В крымском поселке преследуют местного жителя, установившего на своем доме флаг Украины

В суде неприметного поселка Раздольное на севере Крыма слушается примечательное уголовное дело. Украинца Владимира Балуха обвиняют в оскорблении россиянина Евгения Баранова, сотрудника полиции — ст. 319 УК РФ. История началась с того, что Балух установил на крыше своего дома в селе Серебрянка Раздольненского района украинский флаг.

Если ехать от Севастополя, Симферополя или даже Евпатории в сторону Крымского перешейка, обязательно почувствуешь, где начинается север полуострова. Кочки и ямы, которые в курортных районах встречались изредка, внезапно вырастают повсеместно. Населенные пункты встречаются все реже, а дома в них выглядят все беднее.

44-летний земледелец Владимир Балух живет именно в таком небогатом доме (сам он зовет этот дом «бунгалом») на окраине села Серебрянка, что в 18 километрах от самого маленького районного центра Крыма — поселка Раздольное.

— Северный Крым — это территория сродни целине, — говорит Владимир. — Она до сих пор толком не освоена. В советские времена сюда приезжали украинские энтузиасты, основывали поселения. Моя мама приехала в Серебрянку с Ивано-Франковской области, а отец — с Хмельницкой. Я, соответственно, стопроцентный украинец.

Флаг и оскорбление

В декабре 2013 года, с началом майдана, Владимир вывесил на крыше своего дома украинский флаг.

— Почему поддержал майдан? — переспрашивает он. — Хотелось жить в человеческом обществе с человеческой властью. Посмотрите, как Янукович управлял государством. Он распоряжался Украиной, как своей собственностью. Была криминальная страна. Повсеместно отжимался бизнес: даже у нас в Раздольненском районе предпринимателю предлагали «выкупить» его земли за 1 млн гривен при стоимости 40 млн. Когда он отказался, его просто вывезли в Херсонщину и сказали: «Подпиши вот здесь, и вот здесь». И он, разумеется, подписал. И даже миллиона не получил. Силовики так вообще издевались над людьми. Вспомните хотя бы изнасилование Ирины Крашковой во Врадиевке — это же сделали сотрудники милиции. Еще и наказания едва не избежали благодаря родственникам в прокуратуре. Все это давило на людей. И когда 30 ноября 2013 года на майдане избили студентов — это была последняя капля. У тех, кто вышел на площадь, было только одно желание — оставаться людьми. Поэтому произошедшее и называют «революцией достоинства».

Майдан победил, но в Крыму с марта 2014 года началась новая жизнь. Флаг Украины, однако, висел над домом Балуха и после референдума.

— Это присоединение я не признаю. Даже паспорт российский себе не стал делать, — говорит Владимир. — Пытался жить, как раньше: возделывал свои 45 гектар пшеницы и овса и продавал.

— Круто звучит — 45 гектар? — внезапно меняет он тему разговора. — На самом деле, это только чтоб не голодать: почва у нас благодатная, но дождей нет. Собираем всего 20 центнеров с гектара, а в Германии, например, по 100 центнеров с гектара собирают: вот там можно деньги делать.

«Жить, как раньше», получалось до 30 апреля 2015 года.

— В этот день я разбирал у матери дома печку, — говорит Владимир. — Мама у меня живет на другом конце села.

И вдруг слышу: останавливается машина. Выходят двое: один полицейский, а второй — как я потом узнал — из ФСБ: «Пойдем, поговорить надо». Я сначала всерьез не воспринял: «Ребята, вас же двое — вам что, поговорить не с кем?» — спрашиваю. Мне ответили, что лучше не шутить, а проехать с ними к себе домой.

Я никуда не поехал, сказал: «Если бы какое-то постановление в отношении меня — одно дело. А без него я вам ничего не должен». Они уехали.

Выпроводив «гостей», Владимир пошел к другу и попросил того дойти до «бунгало». Тот вернулся и подтвердил: «Дом открыт, там люди, представляются ФСБ».

— Я тогда понял, что надо «сквозануть». Огородами добрался до знакомых и жил у них 11 дней — аж до 10 мая, — говорит Балух.

Когда после майских праздников Владимир вернулся домой, понял: реальность изменилась. За 10 дней силовики были у его матери 4 раза: ее дом был перевернут вверх дном. С «бунгалом» — та же история. Флаг Украины был сорван.

— Жена рассказала, что меня заподозрили в краже коробки от трактора Т-74. Якобы я пьяный сидел в Раздольном в пельменной на центральном рынке и предлагал незнакомцу купить краденую коробку. Еще и адрес ему свой назвал, и фамилию, и имя. Смешно, но у меня такой трактор действительно есть, даже два — я на них землю возделываю.

После майских праздников о Балухе крымские силовики не вспоминали полгода. А 14 ноября к нему снова приехали.

— В этот день я плохо себя чувствовал: накануне ставил матери забор, работал со сваркой. А очков защитных у меня нет. Насмотрелся на сварку — воспалилась роговица. Ощущение было, будто в глаза песок засыпали. Уснуть не мог: не получалось глаза закрыть.

Всю ночь ходил по дому туда-сюда, много курил. Утром жена пришла с работы, она у меня пекарь, — и легла спать. Я к ней подсел. Тут слышу — голоса на пороге. Открывать супруга пошла.

Дальше все произошло минуты за три: ко мне в комнату входит мужчина в гражданском, в обуви, с синей папкой под мышкой. И спрашивает: «Ты кто?» Я вообще-то удивился, говорю: «Это ты кто такой, чтобы в обуви ко мне в спальню заходить?»

Тогда он махнул рукой, в комнату зашла женщина, сказала: «Да, это он». После этого залетели двое в масках, залетел еще один человек и начали мне заламывать руки. Ну, видать здоровья у них не хватало — не могли никак мне руки сомкнуть. Поэтому начали бить: по почкам и по голове. Два раза по голове ударили явно не рукой. Я обмяк. Вытащили из спальни в кальсонах и матроске. В коридоре засунули в галоши и потащили к машине. Там положили на заднее сиденье. А я чувствую, что руки сильно наручниками стянули. Попросил: «Попустите хоть наручники». И они попустили вот таким способом: вытянули из машины, кинули на землю, и один поставил мне ногу на голову, а два других что-то с наручниками сделали и стало легче».

Как выяснилось, Балуха снова заподозрили в краже.

«Неустановленное лицо 10.10.2015 в период времени с 21:00 по 23:00, находясь на парковке за задание дома культуры на ул. Ленина пос. Раздольное, тайно похитило автомобиль Ваз-2106», — говорится в постановлении ОМВД по Раздольненскому району № 2015277384 о возбуждении уголовного дела. — «В ходе предварительного следствия был допрошен Пянтковский Дмитрий Александрович, который пояснил, что в 10 числах ноября он находился в кафе «Пельменная», расположенном на центральном рынке поселка Раздольное, где заказал себе 100 грамм водки и закуску. Так как не было свободных столиков, Пянтковский подсел к ранее незнакомому мужчине, его звали Балух Владимир, который рассказал, что в начале октября 2015 года он совместно со своим знакомым совершил кражу автомобиля марки ВАЗ-2106. Украденный автомобиль он хранил по своему месту жительства».

— То есть в апреле я украл детали от трактора и рассказывал об этом в пельменной, а потом — автомобиль, и также рассказывал об этом в пельменной — восхитительно, — говорит Владимир.

Прошедший после задержания Балуха обыск в его доме, правда, ни автомобиля ВАЗ-2106, ни даже следов от него не обнаружил. В результате дело возбудили по статье 319 УК РФ «Оскорбление представителя власти»: наказание по ней не жесткое — до года исправительных работ, а вот доказать невиновность — практически невозможно. Что докажешь, если против тебя в свидетелях вся оперативная группа?

Показания потерпевшего Евгения Баранова, оперуполномоченного ОМВД по Раздольненскому району:

«Около 10 часов 00 минут он с оперативными уполномоченными Отдела уголовного розыска ОМВД России по Раздольненскому району Ященко Г.В., Кудря К.Ю., Федотовым А.В., старшим следователем Митченковым К.О., сотрудниками ОМОН, прибывшими из Симферополя и 2 понятыми прибыли по месту проживания Балух В.Г. Митченков постучал во входную дверь, ее открыла женщина, которая представилась как Балух Н.В, проживающая совместно с Балух В.Г. Против обыска она не возражала. <...> В одной из комнат был обнаружен Балух В.Г., он кричал, чтобы все уходили из его дома, что на обыск у сотрудников полиции нет прав. Так как дальнейшее производство обыска было невозможно, было принято решение о доставке Балуха В.Г. в ОМВД по Раздольненскому району. Но тот попытался выбежать из помещения. С целью ограничения подвижности Балуха В.Г. на него были надеты наручники. При этом Балух В.Г. выражался в отношении оперуполномоченного Баранова нецензурной оскорбительной бранью, отчего тому было неприятно. Баранов Е.В. понимал, что это унижает его честь и достоинство, а также нарушает нормальную деятельность органов полиции и подрывает их авторитет».

Аналогичные показания дали и остальные участники задержания Владимира.

— Получается, когда тебя задерживают, почивают по почкам и ставят ногу на голову, ты должен выражаться исключительно языком Достоевского?

— удивляется Балух.

Суд

Чтобы попасть из Серебрянки в Раздольное к 10 часам утра, выходим в 7:40 — автобус в село не ходит и транспорт приходится ловить на неоживленной трассе. По пути Владимир встречает троих односельчан. Все они бодро приветствуют его, интересуются, как жизнь и как суд. Желают удачи.

— Володя у нас большой молодец и мы в селе его любим, — говорит жительница Серебрянки Лидия. — Он нам церковь организовал в здании старого магазина: даже иконостасы сам вырезал. Водопровод сельский ремонтировал. Вообще мастер на все руки и всегда помогает.

Уехали из Серебрянки мы также с односельчанином Владимира, который, услышав, куда направляемся, сказал лишь: «Да здравствует наш самый гуманный».

Судебные слушания по делу Балуха уже находится в завершающей стадии: заседание, на которое мы направлялись, было последним на этапе судебного следствия.

— Вещи досматривать будете? — спрашиваю у пристава на входе в суд.

— Да не надо, так проходи.

Рассмотрение уголовного дела также проходит в довольно непринужденной обстановке. Процесс ведет председатель суда Татьяна Пыркало.

На заседание суд вызвал двоих свидетелей: серебрянского участкового Сергея Власенко и главу села Виталия Степанюка. Оба дали Балуху отрицательные характеристики, но на предыдущем заседании выступали сельчане, которые охарактеризовали Владимира положительно. Теперь суд решил выяснить, кто прав.

— Виталий Викторович — пожалуйста, по старшинству, — попросила судья выйти к трибуне главу сельсовета. — Сразу объясняю, почему вас вызвали. При изучении личности подсудимого возникла нестыковка. Вы нам представили одну характеристику личности, а сторона защиты привела свидетелей, которые охарактеризовали Балуха иначе. Прошу привести доводы, почему Вы написали, что Балух не принимал активного участия в жизни села и неоднократно нарушал общественный порядок.

— Я довольно давно знаю Владимира Григорьевича, — начал Степанюк. За время моей деятельности на посту главы сельского поселения — с 2010 года — никаких инициатив по общественной жизни села от подсудимого не поступало.

Напротив, он допускал нарушения общественного порядка: например, в селе была надпись на заборе «Слава героям небесной сотни!» И Балух старался воспрепятствовать ее закрашиванию.

— Что вы можете пояснить насчет участия моего подзащитного в восстановлении церкви в селе Серебрянка? — поинтересовалась адвокат.

— Не располагаю такой информацией.

— А когда кооператив водопользователей создавали в Серебрянке — я тоже никакого участия в этом не принимал? Проект не составлял и абсолютно пассивно себя вел? — не удержался Балух.

— Ну… получается так, — замялся глава села.

Участковый Власенко и вовсе рассказал, что лично с Владимиром никогда не общался и что вообще он Серебрянкой заведует всего полгода.

— Я составил свое мнение об этом человеке на основе доверительного общения с жителями села, — сказал участковый. — Фамилии их называть я, разумеется, не могу.

Власенко также предъявил выписку из базы данных МВД.

— Вот, тут все про него есть. Привлекался 2 октября 2012 года за насилие в семье. По подозрению в семейном насилии.

— Так за насилие, или по подозрению? Я вообще в первый раз об этом слышу, — удивился Балух.

— По подозрению, — полицейский начал вчитываться в бумагу. — Но тут, я смотрю, отказ в возбуждении дела. Значит, ложный вызов был.

— Свидетель, это вообще официальная база данных? Не вы туда сведения заносили? — пристально посмотрела на лейтенанта судья.

— Нет-нет. Официальная.

Затем состоялся допрос самого Балуха. И он рассказал суду то же, что и мне: работал со сваркой, болели глаза, пришли полицейские, били по почкам, ставили ноги на голову.

— Я не спорю: может быть, когда меня тащили в машину, я и сказал им что-то обидное, — закончил он свое выступление. — Но тут уж как суд решит.