Заочное облучение

В Крыму из-за постоянных поломок аппаратов лучевой терапии очередь из пациентов растянулась до мая 2016 года

Согласно открытой статистике, которая велась на Украине, ежегодно в Крыму на учет становилось около семи тысяч больных онкологическими заболеваниями, из них умирали до четырех тысяч человек. Кроме двух крупных онкодиспансеров в Симферополе и Севастополе на полуострове был открыт 31 онкологический кабинет, в Ялте и Керчи работали поликлинические онкодиспансерные отделения, а также онкогематологическое отделение в республиканской «Детской больнице» и места под хоспис в больнице в Джанкойском районе.

Весной 2014 года, после перехода на медицинские стандарты Российской Федерации, в Крым с рабочими поездками приехали представители Минздрава, Ассоциации онкологов России, российской организации по защите прав онкологических пациентов НП «Равное право на жизнь». Все они по итогам конференции высказали мнение, что крымская медицина «находится на уровне середины прошлого века, а официальная статистика украинского Минздрава идет вразрез с реальным положением дел на полуострове». Они порекомендовали врачам срочно модернизировать онкологические отделения, в результате чего некоторые из них были просто закрыты.

В декабре 2015 года в единственном республиканском онкоцентре, не выдержав нагрузки, вышли из строя три аппарата лучевой терапии из четырех.

Читайте также Леонид Парфенов: Оставление в опасности Леонид Парфенов о морали уголовной статьи

«В начале прошлого года у нас было два отделения лучевой терапии. В 75–80% случаев онкологии необходим курс лучевой терапии, а иногда это является основным методом лечения. Но после реорганизации мощностей одно отделение закрыли, и вся нагрузка легла на отделение лучевой терапии онкологического диспансера», — рассказывает врач симферопольского онкодиспансера Сергей (имя изменено по его просьбе).

По словам Сергея, такая ситуация в крупнейшем онкодиспансере привела к тому, что очередь на лечение растянулась до лета 2016 года, а сами аппараты лучевой терапии работают без перерыва и поэтому могут сломаться в любой момент.

«В больнице установлены старые аппараты лучевой терапии, и они на такие нагрузки не были рассчитаны. За 2015 год вышли из строя три из четырех аппаратов. В конце 2015 года два из них починили, но каждый раз когда врач начинает курс терапии, он не может быть уверен, что больной получит лечение в полном объеме. Очереди растут как снежный ком. Онкологии все больше, а мощностей нет, в очередь на лечение уже записывают на май-июнь месяц. Для онкологических больных ждать по четыре-пять месяцев в очереди — смерть. Сейчас мы рекомендуем проходить терапию в других диспансерах на территории Украины или ехать в Краснодар или Ростов», — объясняет Сергей.

Виталий Штырков, еще один врач симферопольского онкодиспансера, подтвердил, что аппараты лучевой терапии ломались один за другим, из-за чего образовалась огромная очередь.

Читайте также Как пережить рак груди.
Часть 1 Мать десяти детей Светлана Кузьменко, рассказала, почему онкобольные — самые счастливые люди

«Могу сказать, что катастрофа с аппаратами лучевой терапии продолжалась почти весь 2015 год: ломался аппарат внутриполостной терапии, а затем ломались по очереди еще два аппарата лучевой терапии. На весь Крым работали с перерывами то два, то один аппарат, а растущий поток пациентов просто физически невозможно было принять. В середине января 2016 года починили два аппарата лучевой терапии. Но один из них совсем старый, и его надо менять, а второй — «линейный ускоритель», хоть и поновее, но те комплектующие, которые ломаются в нем, мы не можем закупить у производителя из-за санкций», — говорит Виталий Штырков.

По словам Виталия Валерьевича, сегодня в онкодиспансере даже несмотря на то, что часть больных перенаправляется в другие города России, пациенты записываются на конец апреля и начало мая.

«Мы пытаемся что-то придумать, даже меняем схему лечения, например, проводим сначала химиотерапию, а потом лучевую терапию. Радиологи написали множество заявок в Минздрав Крыма с просьбой найти возможности замены аппаратов или починки», — говорит он.

После того как вся система здравоохранения Крыма перешла на российские стандарты, в больницах стало запрещено оказывать платные услуги. Врачи критикуют это нововведение.

«Вроде бы хорошо, но когда больной поступает без страховки или СНИЛС, то он не получает нормальную помощь. Все лекарства строго списываются на каждого больного, а при отсутствии страховки списать их нельзя. В страховой медицине не сильно думают, как лечить, главное — как отчитаться. Вот и получается, что больной получает помощь частично, а иногда, когда врачам лень запариваться, не получает вообще или только неотложку», — уточняет Сергей.

После перехода в российское правовое поле Крым остался и без части лекарств, запрет любых поставок медикаментов из Украины за бюджетные средства действует с начала 2015 года. Согласно открытым данным Министерства здравоохранения Крыма, на полуострове работают 44 642 медицинских специалиста. Однако чиновники признают, что врачей не хватает, и 860 рабочих мест остаются вакантными, при этом поток пациентов возрос на 25% по сравнению с 2014 годом.

«Лекарства поступают не в полном объеме, денег не выделяют. Страховая штрафует за любую помарку. Очень часто страховщики специально высматривают хоть какой-нибудь изъян в истории болезни и выписывают штраф. У меня на осмотр больных уходит два-три часа рабочего времени, все остальное — правильно записать, выписать, переписать и отдать историю болезни на проверку заведующему отделением. Врачи, конечно же, недовольны. У нас увольняются опытные специалисты, потому что не хотят унижаться перед начальством, получать выговоры за неправильно поставленную запятую в бланке или жалобу больного. И вообще, в стране, где строят церкви, но не строят больницы, все эти проблемы ожидаемы», — поясняет Сергей.

Пациенты, которые сегодня проживают в Крыму, вынуждены за свои деньги выезжать из Крыма, сдавать анализы крови и получать терапию в Краснодаре, Москве или Петербурге. Александру Николаевичу Еремкину 60 лет, он живет в крымском городе Белогорске. Первый раз его прооперировали в январе 2013 года в Крымском онкологическом диспансере.

Читайте также «Жизнь останавливается» Мама 11-летнего ребенка, подключенного к аппарату искусственного дыхания, рассказала ТД, как они пытались выжить в оставшемся без электричества Севастополе

«Могу сказать, что такого плохого отношения как в Крымском онкодиспансере нигде не было, я лежал там дважды, но врачи не могли мне даже после операции уделить время и не обращали на мои жалобы внимания. У меня достаточно редкий диагноз — рак коры надпочечника, но начал лечение я, разумеется, сначала в Крыму. Осенью 2012 года мне удалили полностью левый надпочечник, и был поставлен диагноз — параганглиома. В сентябре 2014 года во время планового обследования у меня нашли новые опухоли, но крымские врачи не поставили диагноз, и мне за свои деньги пришлось поехать в Москву, в РОНЦ имени Блохина», — рассказывает Александр.

Сейчас Александр Еремкин нуждается в постоянном приеме лекарства лизодрена, но даже сдать кровь на анализ он в Крыму не может. Каждый месяц для сдачи крови на гормоны и концентрацию препарата в крови он едет в Краснодар, на это уходит почти двое суток.

«В прошлом году я пытался получить подтверждение гистологии, они не стали ничего делать. В карточке так и написали: «за неимением оборудования и препаратов не можем подтвердить диагноз». А химиотерапевт просто развела руками и сказала, что ничего не может сделать. В крымском онкодиспансере сказали, езжайте в Москву. Но даже направление дать не смогли — пришлось ехать самому», — говорит Еремкин.

Прокомментировать ситуацию в главном онкодиспансере Крыма не смог и министр здравоохранения Республики Крым Александр Голенко, он через пресс-службу перенаправил все вопросы к главному врачу Симферопольского онкодиспансера Крыма Игорю Акиншевичу, который уточнил, что сегодня в онкодиспансере находятся семь аппаратов для лучевого лечения:

Из них два аппарата лучевой терапии АГАТ-Р1У, 2000 года, и АГАТ-ВУ, 1991 года, — рекомендованы к списанию.

Гамма-терапевтический аппарат «Тератрон-Элит-80», 2004 года, работает в ограниченном режиме, так как узлы аппарата находятся в изношенном состоянии, и очередь на него до мая 2016 года.

Линейный ускоритель CLINAC 2100, 2009 года, – действующий, но у него отсутствуют фиксирующие устройства, и очередь на него более четырех месяцев.

По программе модернизации в декабре 2015 года онкодиспансером был приобретен АГАТ-ВТ, он начнет работать с февраля 2016 года.

Еще два рентгеновских терапевтических аппарата — РУМ 17, 1983 года, и РУМ 7, 1967 года, — работают, и очереди на них нет.

«У нас большое отделение, есть аппараты для гамма-терапии, есть два аппарата рентгеновской терапии, еще мы получили по программе модернизации медицины РФ аппаратуру для внутритканевого лечения. Есть аппараты и 1972 года, 1978 года, могу сказать, что эти аппараты тоже работают. Об очередях нужно по каждому смотреть отдельно, самая большая очередь сейчас на компьютерный томограф, потому как он единственный и бесплатный аппарат в Крыму. Очередь до января 2017 года», — пояснил Игорь Акиншевич.