"Лучше буду сидеть, но здесь"

"Гражданин Пушкин" – Александр Беляев о том, что значит быть живым, на свободе, в здравом рассудке

Радио Свобода продолжает серию очерков о россиянах, которые делают жизнь многих своих соотечественников хотя бы немного лучше. Александр Беляев – тот, с кем в первую очередь ассоциируется "Гражданин Пушкин" – организация, возникшая после 2011 года в городе Пушкине, который с некоторых пор формально стал районом Санкт-Петербурга. Начиналось все с выступлений за честные выборы, потом активисты включились в борьбу с незаконной и бездумной застройкой и приватизацией исторических мест, вступились за экологию. Не во всех этих схватках "Гражданин Пушкин" победил власти, но продолжает бороться. 26-летний Александр Беляев – правнук убежденного коммуниста, сын и единомышленник протестно настроенных родителей. По его словам, разногласия с ними возникли лишь тогда, когда речь зашла о возможной эмиграции. "Даже если на меня заведут уголовное дело, я здесь останусь. Лучше буду сидеть, но здесь", – сказал Александр Беляев корреспонденту Радио Свобода.

​

Координатор общественной организации "Гражданин Пушкин" Александр Беляев пришел в гражданский протест на фоне митингов за честные выборы 2011–2012 годов. Как и многие возмущенные фальсификациями на последних думских выборах россияне, он работал наблюдателем на избирательных участках, ходил на уличные акции и одновременно сочинял рэп на остросоциальные и политические темы. Во многих участниках митингов тогда проснулось желание что-то менять к лучшему собственными силами.

И вот мы явились, такие заряженные, разъяренные после выборов

Александру Беляеву и его единомышленникам удалось употребить протестную энергию на решение конкретных локальных проблем. В 2012 году общественные активисты города Пушкина (Ленинградская область) добились запрета на размещение в Баболовском парке гольф-клуба. Затем была борьба за консервацию регулярно загоравшейся и задымлявшей весь Пушкинский район Волхонской мусорной свалки. Сейчас организация "Гражданин Пушкин" борется с проектом строительства города-спутника Южный, который может нанести существенный вред экологии Царского Села и Павловского парка.

Рэп "За Яблоко" и митинги за честные выборы

Александру Беляеву 26 лет, и, глядя на его веселое молодое лицо, как-то меньше всего думаешь о том, что жизнь – борьба. В самом деле, Саша, выросший в чудесном тихом Пушкине под Петербургом, в благополучной семье, сын интеллигентных родителей, сочинитель музыки, обладатель множества друзей и знакомых, не производит впечатления упорного борца, проводящего дни в судах и на митингах. А между тем его имя связано с нешуточным противостоянием жителей Пушкина с застройщиками, которые намереваются возвести вблизи от него город-спутник Южный, вырубив для этого лес и уничтожив Кондакопшинское болото.

Путь Александра поначалу кажется совсем простым и обычным: безоблачное детство, замечательная семья. До перестройки в ней преобладали коммунистические убеждения. Но когда появилась информация о репрессиях, расстрелах, политические взгляды изменились: семья стала вполне демократической, появился скепсис по отношению к действующей власти.

– Мы всегда голосовали за "Яблоко", отец всегда очень уважал Явлинского, – рассказывает Александр Беляев. – "Америка – наш враг" – это не для нас. Меня вообще очень удивляют настойчивые антиамериканские настроения многих людей, как будто они каждую минуту своей жизни думают об Америке, хотя логичнее было бы думать о своей стране.

С 2007 года Александр ходил голосовать на выборы вместе с семьей – все за то же "Яблоко". И даже немного за эту партию агитировал, рассказывая людям про альтернативную программу развития страны. Но сам Александр ни в какой партии не состоит, более того, считает, что все они в сегодняшней ситуации обречены.

Когда в конце 2011 года начались митинги против фальсификаций на выборах, семья Александра ходила протестовать в полном составе, на одном из митингов Александр даже выступал. С одной стороны, это было первое публичное выступление, с другой – бывать на сцене ему доводилось нередко, этот опыт он приобрел благодаря своей 500-й школе с эстетическим уклоном. В 9–10 классах Александр увлекся электронной музыкой и вскоре начал сочинять сам:

Даже если на меня заведут уголовное дело, я все равно никуда не уеду, и если даже придется сидеть, я останусь здесь

– Друг подсадил меня на драм-н-бэйс, я даже отправлял свои композиции на радио, варился во всей этой субкультуре, потом перешел к другому музыкальному направлению. В школе мы пели дуэтом с одной девочкой, я использовал стихи брата, мы выступали на конкурсах, у нас недолгое время даже было что-то вроде своей рок-группы. Потом мы с одним из друзей по этой группе увлеклись рэпом и британским музыкальным направлением – граймом. Я вообще заметил, что я всегда начинаю заниматься чем-то немодным, а когда я остываю, это становится популярным. Я иногда шучу, что если я перестану ходить на акции протеста, тут-то все у нас станут политически активными и сознательными гражданами.

Александр Беляев считает, что динамика и агрессия рэпа, выступления в клубах с концертами в каком-то смысле сформировали стиль его публичных выступлений на гражданских акциях. И вообще увлечение музыкой и разными художественными проектами для него выигрышно сочеталось с политической активностью. В день выборов 4 декабря 2011 года Александр успел выложить в сеть свою песню в поддержку "Яблока": "Меня начало прямо распирать от чувства несправедливости, от того, что я своими глазами увидел фальсификации, подкуп избирателей со стороны "Единой России" и многое другое".

Поэтому закономерно, что 6 мая 2012 года Александр был в Москве, на Болотной площади. Для себя считает очень важным участие в движении "Наблюдатели Петербурга", которое появилось после декабрьских выборов 2011 года. Именно из объединения местных наблюдателей выросла организация "Гражданин Пушкин", которую Александр по сути возглавил, хотя формально руководителей там нет. По его мнению, "Гражданин Пушкин" – это те же наблюдатели, только не связанные с выборами. Это люди, живущие в определенном месте – городе, районе, которые объединились, чтобы решать свои местные проблемы.

Заряженные и разъяренные против "спальников"

По словам Александра Беляева, его родители всегда хотели, чтобы он и его брат получили хорошее техническое образование и уехали на Запад. Но покидать родину он не планирует, даже в случае уголовного преследования:

– Мне кажется, свое нам все равно всегда ближе, и даже если здесь начнутся какие-то беспорядки, я с этой грядки никуда не уйду, как в песне группы "Кровосток". Даже если на меня заведут уголовное дело, я все равно никуда не уеду, и если даже придется сидеть, я останусь здесь.

Александр привязан даже не столько к России, сколько к родному Пушкину – просто не представляет, в какой другой город на земле мог бы переехать. Но в последнее десятилетие правительство Петербурга страшно вредит городу и окрестностям. На волне протестов 2011–2012 годов Александр и его товарищи по сообществу наблюдателей объединились для решения проблем пушкинского Баболовского парка.

– Мы работали наблюдателями во время президентских выборов в марте 2012 года, а потом эту протестную энергию надо было куда-то девать, в некоторых районах она просто сдулась, люди разошлись, не зная, что делать дальше, куда направить проснувшееся желание что-то изменить к лучшему. А у нас тут же состоялось в местном муниципальном совете заседание по Баболовскому парку, по поводу гольф-клуба, который хотели там разместить, откусив половину парка. И вот мы явились, такие заряженные, разъяренные после выборов, когда чиновники в администрации постоянно на нас огрызались, говорили про нас всякие гадости – что мы "прохоровские" или еще какие-то, а мы были просто "местные"!

Баболовский парк удалось отбить. Более того, с помощью специалистов из Всероссийского общества охраны памятников и некоторых депутатов большую часть парка удалось передать Государственному музею-заповеднику "Царское село". Правда, борьба за последний кусочек парка, который может исчезнуть под коттеджной застройкой, все еще продолжается. Но когда в целом парк был спасен, активность людей сникла – до 2013 года, когда загорелась Волхонская свалка, задымившая весь район. На борьбу со свалкой подтянулись новые люди из числа активных горожан Пушкина. Изначально это было объединение избирателей Пушкинского района, потом гражданское объединение, а потом Александр Беляев предложил назвать проект "Гражданин Пушкин" – это была аллюзия на проект "Гражданин поэт" и указание на то, что это объединение граждан конкретного места – города Пушкина. Граждан, которые любят свой город.

Именно эти граждане вступили в неравную борьбу с бизнесменами и властями, вознамерившимися построить между Пушкином и Гатчиной город-спутник Южный. Реализовывать этот проект собралась основанная Захаром Смушкиным компания "СТАРТ Девелопмент". Город должен быть возведен на Кондакопшинском болоте, из которого вытекают две речки – Кузьминка и Поповка. Кузьминка является единственным источником для водной системы парков Царского Села, Поповка – приток реки Славянки, формирующей уникальный пейзаж Павловского парка. Этот приток не единственный, но без него Славянка, и так в последние годы сильно обмелевшая, в летнее время может совсем пересохнуть. Раньше Царскосельские парки, как и весь город Пушкин, питал еще и уникальный Таицкий водовод, чудо техники и тоже предмет охраны, но он разрушен, и сейчас местные жители настаивают на его восстановлении. Но если будет построен Южный, планируемая дорожная развязка пройдет прямо по водоводу, похоронив его окончательно. В Южном должно поселиться от 130 до 200 тысяч человек, что станет непосильной нагрузкой на дороги и инфраструктуру Пушкина, поскольку новоселы будут пользоваться именно пушкинскими поликлиниками, больницей, детскими садами и школами.

Жители города Пушкина и деревни Кондакопшино возмущены также тем, что застройщики хотят уничтожить их единственный лес – тот самый, что вырос на Кондакопшинском болоте. Ради этого леса, тишины, дикой природы многие жители Кондакопшино когда-то переехали сюда, продав городское жилье. Правда, до последнего времени чиновники упорно не желали признавать, что и Кондакопшинский лес, и болото существуют в объективной реальности: каким-то чудесным образом получалось так, что по документам ни леса, ни болота нет. Львиная доля сил и хитроумия "Гражданина Пушкина" уходила на то, чтобы доказать реальность леса и болота, которые можно было посмотреть, посетить, потрогать руками, но которых не было на бумаге.

Раз вы такие жадные и наглые, раз вы хотите сожрать весь наш район, тогда мы будем вас изучать от А до Я и разбирать по камешкам

– Первый выезд в Кондакопшинский лес у нас был в конце 2012 года с депутатом Оксаной Дмитриевой, журналистами и градозащитниками, – рассказывает Александр Беляев. – Я тогда еще плохо понимал проблему. Зато весной 2013 года было слушание по Генплану, там очень ярко выступал житель Кондакопшино Павел Солодов. Теперь он тоже с нами, в "Гражданине Пушкине". Потом мы общались с Александром Карповым, директором центра экспертиз ЭКОМ, он для нас просто учитель жизни. С удовольствием называю его имя, пусть враги знают, кто у нас соратник. Именно он нас научил разбираться во всем: в законах, в Генплане, в ПЗЗ, а теперь мы уже и сами с усами и можем другим все это объяснить. И постепенно мы поняли, что Южный – это масштабная проблема, что там огромное количество подводных камней. Если бы на первых слушаниях они согласились с тем, что нельзя трогать лес и болото, мы бы успокоились и не стали влезать так глубоко. А так мы решили: раз вы такие жадные и наглые, раз вы хотите сожрать весь наш район, тогда мы будем вас изучать от А до Я и разбирать по камешкам.

Активисты не просто изучали ― они заказывали экспертизы, доказывали, что речки, текущие из болота, питают водные системы парков Павловска и Царского Села. Собрав документы, шли в суды. И проигрывали их. Сначала им отказал Городской суд, затем Верховный.

Только теперь, через три года ожесточенных споров, петербургские чиновники стали потихоньку признавать, что болото и лес, не нанесенные на их планы, все же существуют в природе. Но теперь чиновники не могут решить, кто же должен вносить болото в Водный реестр.

Борясь против Южного, активисты решают еще и проблему военного аэродрома на окраине Пушкина: строительство намечено в его шумозащитной зоне. А если аэродром закроют, вместе с ним закроется и авиаремонтный завод, а это 600 рабочих мест. Александр Беляев возмущается и тем, что до сих пор никакого конкретного проекта города-спутника Южного не существует, что проблемы инфраструктуры его лоббисты собираются решать за счет бюджета и что вообще никто не увязывал, как новый район будет соотноситься с уже существующими.

– Просто есть люди, которые скупили земли племзавода "Лесное", уничтожили действующее предприятие. Они получили огромный банк земель, причем законность их приватизации вообще под большим вопросом. Но основную беду мы заметили случайно, изучая планы Пудомяжского поселения и кадастровые карты. Я просто ахнул: оказывается, они приватизировали 200 гектаров лесного фонда и реку Славянку, которая протекает в Павловском парке, объекте ЮНЕСКО. И Черную речку приватизировали, и они знали, что обе эти реки есть в Водном реестре. А заодно приватизировали радиомаяк военного аэродрома. И все это теперь в руках офшорной компании.

"Гражданин Пушкин" обратился в прокуратуру, которая передала материал в Следственный комитет, но уголовное дело так и не возбудили. Беляев подозревает, что не в последнюю очередь потому, что бумаги подписывал глава Карелии Александр Худилайнен. Но Арбитражный суд тем не менее признал недействительной всю сделку, и это большая победа "Гражданина Пушкина". Правда, на это решение уже подана апелляция.

– Не знаю, какие у нас шансы, тут никто стесняться не будет. Девелоперы – друзья Дмитрия Медведева. Одного чиновника вообще уволили за то, что он нам помог, написав ответ, что болото существует. Не знаю, что будет с судами, может, они всех купят, но мы будем отстаивать этот участок всеми способами в интересах Российской Федерации.

Александр Беляев уже написал обращение в Сельхознадзор с требованием изъять у девелопера земли, ведь это земли сельхозназначения, которые вот уже пять лет не используются, а значит, по закону подлежат изъятию. Беляева возмущает, что в 2009 году владелец земель говорил, что будет заниматься сельским хозяйством и строить коттеджный поселок, а вместо этого хочет построить многоэтажные дома, противоречащие самому духу этого места.

Малоэтажный Южный, не разрушающий смысл пригородной зоны, возможно, всех бы устроил, а вот еще одного "спальника" никто не хочет – они окружают маленький тихий Пушкин уродливыми муравейниками, из которых, к тому же, не выехать: дорог-то новых нет. "Гражданин Пушкин" предлагает проект города-спутника Южного заморозить.

"Мы живы, на свободе, в трезвом рассудке"

На предполагаемой территории строительства Южного активисты "Гражданина Пушкина" обнаружили бесхозный мемориал батарее "А", в состав которой во время Великой Отечественной войны входили орудия крейсера "Аврора". Мемориал находится в частной собственности, а по документам его вообще нет (как того самого Кондакопшинского болота). Активисты полагают, что застройщик не станет сносить мемориал, но непонятно, кто будет о нем заботиться, если земли будут переходить из рук в руки. Во всяком случае, законом мемориал от сноса не защищен. Активисты обратили на это внимание вице-губернатора Игоря Албина, и теперь, во избежание публичного скандала, идет передача мемориала городу.

Есть мемориал героям и в Кондакопшине. Собственники земли уже сами, добровольно передают его городу. Но за мемориалом находится воинское захоронение, которое никто не имел права приватизировать, хотя прокуратуру этот факт почему-то не заинтересовал.

Нас пытаются убедить: знаете, ребята, не дергайтесь, у нас тут уже все схвачено, все решено

– Прокуратура Петербурга в этом плане – мертвая зона. Прокуратура Ленобласти несколько иная, во всяком случае, они совершенно по-разному относятся к приватизации водных объектов. Про захват берегов говорят давно, но я решил после этого проверить реки всего Пушкинского района и выявил черную дыру: берега чуть ли не каждого ручья или речки частично приватизированы, а в Детскосельском приватизирован прямо целый федеральный водный объект, приток реки Славянки. А в прокуратуре отвечают: приватизация состоялась до вступления в силу Водного кодекса.

Теперь Александр Беляев задумывается о полной инвентаризации водных объектов по всему Петербургу. Так борьба с отдельно взятым проектом увязала разные стороны неправильно устроенной жизни: захваченные реки, потерянные памятники, проданные кладбища.

Прадед Александра Беляева по отцу, Владимир Павлович Найбич, тоже воевал – в седьмой артиллерийской дивизии особого назначения при Ставке главнокомандующего. А его прабабушка, Екатерина Васильевна Найбич, – ветеран войны, была медиком в летной части в Мурманске.

– Я со школы историю не очень любил, она всегда была для меня какая-то неживая. Но в нужный момент история во мне оживает – в связи с историей моей семьи, в связи с этим мемориалом батареи "А". Я почитал о нем и понял, насколько такие мемориалы важны. Эти люди же не сдались в плен, они были заживо сожжены. Я не из тех, кто считает, что память о Великой Отечественной войне надо теперь эксплуатировать еще лет двести и делать из нее какое-то политическое шоу. Но в каждой семье есть своя история, это все должно быть очень личным, хотя это и трагедия всей страны. Это должно быть днем памяти и скорби, а не постоянным танцем на костях. А мемориалы надо беречь еще и потому, что они имеют архитектурную и эстетическую ценность. Кстати, в Ленобласти мемориалы батарее "А" имеют статус памятников, а в Петербурге нет. Петербург в этом смысле вообще какая-то аномальная зона, тут все хорошее просто исчезает.

В ближайших планах Александра Беляева – стоять насмерть за то, чтобы его родной Пушкин окончательно не окружили спальными районами. Судя по активности застройщиков, он предвидит не одну схватку. Александр считает, что жители сами вправе определять, какой характер должно иметь место их обитания, и планирует продолжать бороться против застройки парков и скверов Пушкина, незаконных свалок, проектов, вредящих окружающей среде. Не исключает участия в выборах любого уровня – от муниципальных до выборов в Законодательное собрание, а когда-нибудь в будущем – даже президентских (смеется).

– Нас пытаются убедить: знаете, ребята, не дергайтесь, у нас тут уже все схвачено, все решено, а я вижу, что на самом деле они очень жадные, очень глупые и совсем не креативные, а зачастую и просто безграмотные. Но покуда мы живы, на свободе и в трезвом рассудке, нам плевать на всех друзей Медведева, на всех Смушкиных: это наш район, это наш город, это наша страна.