«Новосибирцы заслуживают своего Кехмана»

Общественный деятель Александр Рудницкий в полемичной манере подвел итоги слушаний о судьбе Новосибирского театра оперы и балета, отметив, что «моральный смысл» победы Владимира Кехмана «в отсутствие оппонентов» близок к нулю, а активисты фактически одобрили «цензуру» над «Тангейзером».

Тайга.инфо публикует поступивший в редакцию текст руководителя новосибирского отделения «Мемориала» с незначительными изъятиями оценок личностей и напоминает, что мнение автора может не совпадать с мнением редакции.

При организации

публичных слушаний

Общественной палаты Новосибирской области 4 февраля инициативная группа, считая, что «никто не хочет конфронтации», пыталась «понять, что происходит в театре, и преодолеть недопустимое отчуждение людей от театра». Директор НГАТОиБ Владимир Кехман действовал вполне адекватно: он наговорил массу комплиментов о репертуарной политике, попросил рассказать о ней главного дирижера Дмитирия Юровского, не имеющего никакого отношения к скандалу с «Тангейзером», а неудобные вопросы мастерски обошел и рассказал о замечательных перспективах театра.

Однако гонители «Тангейзера», составляющие абсолютное большинство из участников слушаний, вместо обсуждения прекрасного будущего решили добить и «Тангейзера», и бывшего директора театра Бориса Мездрича, которому слово предоставили один раз и в конце. Поскольку блестящая победа сторонников Кехмана на слушаниях 4 февраля одержана в отсутствие оппонентов, политический и моральный смысл ее близок к нулю.

Имея крайне консервативный вкус, в музыке я разбираюсь на уровне «чайника». Вырос и окончил университет в интернациональном Ташкенте, где среди приличных людей была невозможна национальная нетерпимость в любой форме. Мой отец — еврей, поэтому я был обескуражен, обнаружив, что наглость и цинизм Владимира Кехмана вызывает у меня тошноту с признаками антисемитизма. Поэтому, не считая себя экспертом, а тем более заинтересованным экспертом, на слушания я не пошел, но хочу поделиться впечатлениями от пересказа слушаний,

опубликованного

сайтом Тайга.инфо.

Кехман не смог скрыть удивления, увидев проект резолюции, заранее составленный членом Общественной палаты и депутатом горсовета Новосибирска Натальей Пинус и готовый к подписанию, хотя слушания только начались.

От имени инициаторов слушаний доктор социологических наук Константин Антонов заверил, что «никто не хочет конфронтации, хотим понять, что происходит в театре. Отчуждение людей от театра недопустимо». Они полагали, без достаточных оснований, что авторитет Общественной палаты позволит преодолеть болезненную разобщенность между сторонниками и гонителями «Тангейзера», но для упрощения процедуры сторонников не пригласили. В результате слушания 4 февраля превратились в продолжение (в ином составе) митинга 29 марта 2015 года, благословленного митрополитом Тихоном.

Вместо обсуждения успехов и перспектив театра участники слушаний по привычке включились в драку на стороне сильного

Преодоление отчуждения Антонов начал

по-советски

: «Я не знаком с Мездричем и не смотрел „Тангейзера“, но насторожили процессы, митинги эти были недопустимы». Но как журналисту ему было известно, что ни следствие, ни православные активисты не обнаружили ни одного среди трех тысяч зрителей, присутствовавших на премьере «Тангейзера», чьи христианские чувства были оскорблены. Наоборот, оба спектакля закончились стоячей овацией зрителей, в том числе и православных. Не обнаружил состава правонарушений в этой постановке и суд.

Митинг 29 марта 2015 года в тысячу человек при поддержке митрополита Тихона организовывал руководитель Новосибирского народного собора Юрий Задоя, хронически озабоченный падением нравственности новосибирцев. Наверное, в этом качестве его и пригласили на слушания

(кто именно и в каком качестве его пригласил неизвестно, анонс адресовался всем желающим — прим. Тайги.инфо)

. Около пяти тысяч новосибирцев вышли на митинг 5 апреля 2015 года, протестуя против цензуры, вмешательства в творческую жизнь религиозных фанатиков и чиновников, против спецоперации с криминальным душком с соучастием РПЦ, новосибирской прокуратуры и министра культуры РФ Владимира Мединского, в результате которой директором театра был назначен Кехман.

Затеяв примирение сторон, Наталья Пинус предложила проект резолюции — на самом деле, индульгенцию Кехману от имени Общественной палаты. На слушаниях она от имени зрителей Академгородка поставила главный и единственный вопрос о бесплатном автобусе. Кехман резонно предложил ей (как депутату) решить этот вопрос в горсовете.

Вместо обсуждения имеющихся успехов и радужных перспектив театра участники слушаний по привычке включились в драку на стороне сильного и начали «мочить» мерзопакостный спектакль с его митингами и безответного Бориса Мездрича, «оставившему театр в таком положении» (надо понимать, он сбежал!), за искалеченный купол, обваливающийся фасад, не работающий

научно-технический

совет… Причем, если Кехман имел возможность ответить на все претензии и похвалы, то Мездрич получил слово для реплики один раз в конце заседания.

Общественности оказались неинтересны признания Кехмана, что средства вкладываются в ремонт без проекта и с нарушением законодательства

Большинство оказалось уверено, что претензии к Кехману непропорциональны, что его следует поддержать. Профессор Александр Шапошников был удовлетворен. Олег Викторович предложил Кехмана поддержать хотя бы за то, что он приехал в Новосибирск. Ему нравится все, что говорит и делает Кехман. А

вице-спикер

новосибирского законодательного собрания, главный в области справедливоросс Анатолий Курбанов считает, что Кехман, притянув «деньги из федерального бюджета, вне всякого сомнения, вносит серьезный вклад в развитие и возращение нашей с вами областной культуры».

Факт цензуры «Тангейзера» фактически одобрили Антонов, Юрий Задоя, Кубанов и сопредседатель новосибирского отделения ОНФ Николай Фомичев. Пока президент Путин сомневается в рациональности ввода в России цензуры с нарушением п.5 ст. 29 Конституции РФ, Кубанов без колебаний предложил Общественной палате расширить цензуру на «„Красный факел“, Музкомедию и цирк». У участников слушаний эта замечательная идея не вызвала возражений.

[«Эти люди даже не из прошлой жизни»

](https://tayga.info/125518)

Фомичев, увлекшись, пообещал Кехману: «Название верните…и мы вас все полюбим!» (речь идет о замене нового бренда НОВАТ, придуманного питерскими дельцами, на старое сокращение НГАТОиБ). Николай Гаврилович [Фомичев] — заслуженный врач России, профессор и замечательный организатор науки, но здесь вкус подвел его. Я не говорю об излишне эмоциональной, на мой взгляд, для человека столь высокого ранга оценке постановки «Тангейзер» , но «все» — странное слово. По крайней мере, один человек в зале — Мездрич — никогда не полюбит Кехмана.

Я вместе с пятью тысячами участниками митинга

(оценка Рудницкого — прим. Тайги.инфо)

5 апреля тоже Кехмана не полюблю. Уверен, что Кехман как человек рациональный и не претендует на всеобщую любовь. И ни копейки за нее не заплатит. Что касается названия новосибирского театра, то и старое, и новое делят первое место в мире как самое уродливое название известного театра — плод бюрократической фантазии.

Кехман показал себя блестящим полемистом. Он не скупился на комплименты: «более красивой публики он не встречал ни в Москве, ни в Питере», «я считаю, что мы — уникальная площадка в России», «театр является гордостью и символом России, а не только Новосибирска», «Новосибирск является абсолютно выдающимся местом», «я увидел любовь сибиряков к театру, я этого настолько не ожидал», «я считаю этот театр самым красивым в России». И уже совсем как Хлестаков: «Через три года этот театр будет федеральным театром №2 в России по всем показателям — экономическим, политическими, творческим».

Через три года можно будет признать, что Кехман получил разваленный провинциальный НГАТОиБ, и только благодаря его заслугам в городе есть известный во всем мире НОВАТ

О репертуаре театра Кехман попросил рассказать Юровского, который не имеет никакого отношения к цензуре «Тангейзера». Пожилым поклонницам театра он напомнил, что за полвека ситуация сильно изменилась и в стране, и в театре, и возвращение к бесплатным спектаклям невозможно. Условиями хозяйственной деятельности он объяснил изменение пропорций в постановке балетов и опер.

Как сейчас принято, Кехман гордится, что он с 10 лет воспитывался на улице. Эта жесткая школа воспитывает сильные характеры и криминальные привычки, которые преодолеть практически невозможно.

От ответов на вопросы о влиянии на его директорскую деятельность личного банкротства, уголовного преследования и нарушении законодательства об объектах культурного наследства Кехман благоразумно уклонился, заметив, что готов отвечать перед кесарем, но «не пойман — не вор».

На фоне этой всеобщей поддержки общественности оказались неинтересны факты, признанные Кехманом, что средства вкладываются в капитальный ремонт без проекта и с нарушением законодательства об объектах культурного наследия. Отсутствие проекта позволяет свободнее оперировать привлеченными из государственного бюджета средствами, но у Кубанова нет оснований сомневаться в кристальной честности человека, чье банкротство рассматривает суд.

Поскольку блестящая победа сторонников Кехмана на слушаниях 4 февраля одержана в отсутствие оппонентов, политический и моральный смысл ее близок к нулю. Зато он получил возможность козырять результатами слушаний, например, перед Мединским — обмануть его не сложно

(формально у слушаний «результатов» не было — прим. Тайги.инфо)

.

А через три года, если за это время Кехмана не осудят, Общественная палата Новосибирской области сможет созвать новые слушания и принять резолюцию, что Кехман получил практически разваленный провинциальный НГАТОиБ, и только благодаря его заслугам в городе есть известный во всем мире НОВАТ, не второй, конечно, в России, но и не последний.

Я рекомендовал бы Общественной палате, не откладывая в долгий ящик, поручить Наталье Пинус подготовить проект этой резолюции. Не сомневаюсь, всё получится!

Александр Рудницкий, специально для Тайги.инфо