Убийство по ходу дела

В Украине найдено тело адвоката Юрия Грабовского — до своего исчезновения 5 марта он защищал Александра Александрова, одного из двух задержанных российских граждан, суд над которыми идет сейчас в украинской столице (см. досье). Уже установлено — это убийство. Кому и зачем оно могло понадобиться — разбирался The New Times

Адвокат Ю. Грабовский (слева) и обвиняемые А. Александров и Е. Ерофеев (за стеклом) в Голосеевском суде Киева, 17 ноября 2015 года

Закопанное в землю тело Юрия Грабовского, влиятельного адвоката с обширными связями, сотрудники спецподразделения Службы безопасности Украины (СБУ) «Альфа» нашли в 4 часа утра в 27 км от города Жашкова (Черкасская область) в одном из колхозных садов. По словам главного военного прокурора Украины Анатолия Матиоса, Грабовский погиб «насильственным путем с дострелом огнестрельным оружием». На месте убийства нашли деньги. Следствие быстро пришло к выводу, что они принадлежат исполнителям преступления. Установить его место удалось благодаря показаниям задержанного 24 марта подозреваемого в похищении адвоката «при помощи психотропных средств». К ноге мертвого Грабовского был привязан браслет со взрывчаткой — адвоката, как показал в ходе допроса подозреваемый, предупреждали: задумаешь бежать — взорвем. В итоге — застрелили.

Прокурорский аргумент

Вообще подозреваемых было двое. Тот, который стрелял в Грабовского, был задержан еще 20 марта в аэропорту Одессы по прилету с египетского курорта Шарм-аш-Шейх — он имел при себе фальшивое удостоверение работника правоохранительных органов Украины. В Египет он улетел после убийства Грабовского, прихватив с собой его дебетовые и кредитные карты, с которых, как потом выяснилось, были сняты все деньги. А там, в Шарм-аш-Шейхе, пользуясь телефоном убитого и его аккаунтами в соцсетях, он рассылал эсэмэски и размещал посты с фотографиями как бы от имени адвоката. Зачем? Для чего? В чьих интересах? Идет ли тут речь о чистой уголовке или о чем-то еще?

Прокурор Матиос дает понять, что преступники косвенно действовали в интересах России. После пропагандистски невыгодного для нее суда над Надеждой Савченко Москва, дескать, готова приложить все усилия, чтобы оттянуть вынесение приговора Александру Александрову и Евгению Ерофееву, которых Украина считает действующими военнослужащими ГРУ. «Если двум этим грушникам будет вынесен обвинительный приговор — значит, факт ведения Россией гибридной войны на территории Украины получит весомое подтверждение», — разъясняет Матиос, который уже успел сделать публичное заявление: слушание 11 апреля состоится при любых обстоятельствах, смерть Грабовского на него никак не повлияет.

Другое странное событие произошло в Киеве пару недель назад: в квартиру главного свидетеля по делу Александрова–Ерофеева — Кирилла Вереса, бывшего оперативника СБУ, а ныне военнослужащего 92-й бригады ВСУ (именно такие данные пришли из Минобороны в ответ на запрос NT), который задерживал Ерофеева и Александрова в мае прошлого года в поселке Счастье Луганской области, ворвались неизвестные. В квартире оказались только жена Вереса и полуторагодовалый сын. Обоих, по словам Вереса, связали скотчем, жене натянули мешок на голову и начали допрашивать — мол, где в доме находится оружие. После чего удалились.

Сам Верес, впрочем, не связывает это нападение с делом двоих россиян.

«Толик-Тепловизор»

Источники в СБУ, так же как и прокурор Матиос, настаивают, что убийство Грабовского, который якобы «имел контакты с иностранными спецслужбами», могло быть выгодно России, чтобы затянуть процесс по делу Александрова — Ерофеева и сорвать возможность обменять их на Надежду Савченко, приговор которой — 22 года колонии общего режима — уже оглашен.

Оксана Соколовская, адвокат другого задержанного россиянина — капитана Евгения Ерофеева, воздерживается от комментариев на этот счет. Сама она ранее неоднократно жаловалась на поступающие ей угрозы в соцсетях и через эсэмэс-сообщения, а в декабре подала в суд ходатайство с просьбой обеспечить ей и ее близким охрану. Суд ходатайство удовлетворил только на последнем заседании, 21 марта, уже после исчезновения Грабовского. Теперь Соколовскую охраняют бойцы СБУ.

Между тем у Соколовской — иной взгляд на ситуацию. Угрозы в свой адрес, как удалось понять из разговора с ней, она связывает с тем, что «защищает российского военного». А «давит на нее», по ее словам, военная прокуратура Украины, которая как раз и заинтересована в затягивании процесса. И это стало понятно еще до убийства Грабовского. «Два предыдущих заседания суда были перенесены из-за каких-то «технических проблем, — обращает внимание Соколовская, — причем во второй раз говорили и о какой-то угрозе для жизни обвиняемых во время их конвоирования».

Выписки из приказа об увольнении в запас А. Александрова и Е. Ерофеева. На вопрос NT, где он раздобыл эти документы, покойный адвокат Ю. Грабовский отвечать отказался

Впрочем, ее подзащитный капитан Евгений Ерофеев в перерыве последнего заседания суда заметил в разговоре с NT, что они с Александровым уже знают о подготовке покушения на них из теленовостей, которые регулярно смотрят в камере. В этот момент Ерофеев начал смеяться: «Я даже знаю кто меня заказал». — «Кто?» — «Толик-Тепловизор» (так на Украине называют военного прокурора Матиоса, заявившего после якобы неудавшейся попытки покушения на генпрокурора Виктора Шокина в декабре прошлого года, что снайпер с помощью тепловизора через стену вычислил местонахождение цели. Страна смеялась долго: публике были представлены три дырки от пули в стекле, которое оказалось бронированным).

Еще одна деталь: в январе Юрий Грабовский предоставил NT документы, призванные, по его мнению, доказать, что на момент задержания в поселке Счастье Луганской области ни Ерофеев, ни Александров уже не были военно-служащими регулярной армии РФ (см. снимки вверху). При этом он дал понять, что такие же документы есть и у его коллеги Соколовской. Но от ответа на вопрос, откуда получены документы и обращался ли он за ними в соответствующие органы РФ или самопровозглашенной ЛНР, Грабовский уклонился. Известно также, что сам он не раз выражал уверенность в конечном выигрыше дела за «несостоятельностью обвинений».

Досье

Сержант Александр Александров и капитан Евгений Ерофеев задержаны украинскими военнослужащими 16 мая 2015 года в районе поселка Счастье Луганской области после боестолкновения с ВСУ, в результате которого один украинский военнослужащий погиб и трое получили ранения. Украина обвиняет обоих в незаконном пересечении границы, незаконном ношении оружия, а также в совершении теракта — за это им грозит пожизненное заключение. На допросах они вначале назвали себя действующими российскими военно-служащими — их адвокаты выдвинули требование: организовывать судебный процесс над ними в соответствии с Женевской конвенцией. Но потом задержанные от своих показаний отказались как от «сделанных под давлением». Украинская прокуратура настаивает, что Александров и Ерофеев — это бойцы ГРУ РФ. Москва же утверждает, что российские граждане к тому моменту уже не служили в российских ВС. Суд над Александровым и Ерофеевым идет с ноября 2015 года.

Теперь, после убийства Грабовского, сержанта Александрова будет защищать адвокат Валентин Рыбин. Он, кстати, защищает и других россиян, задержанных на Украине по обвинению в «пособничестве террористической организации (ст. 258-3)», — это не военные, а гражданские лица, а также экс-начальника Главного управления СБУ по Киеву генерала Александра Щёголева, которого судят за действия во время событий на Майдане 18 февраля 2014 года — это был первый из трех переломных дней в ходе революции, которую в России называют «государственным переворотом».

В разговоре Рыбин напоминает: о том, что интересы Александрова и Ерофеева в суде будет представлять именно он, родственники обоих россиян договорились с ним еще 20 мая 2015 года, через три дня после их задержания в Счастье. Но сами спецназовцы по каким-то причинам отказались от его услуг, после чего им выделили защитников от государства. Рыбин попросил суд отложить следующее заседание, чтобы у него была возможность плотнее ознакомиться с материалами дела. Но ему дали время только до 5 апреля.

«Добровольцы в составе ЛНР»

В Голосеевском районном суде Киева уже опрошены свидетели со стороны обвинения, теперь настала очередь свидетелей защиты. В ходе предыдущих заседаний адвокаты просили допросить в режиме видеоконференции свидетелей — милиционеров из самопровозглашенной ЛНР, которые, по словам Оксаны Соколовской, могут доказать: Ерофеев и Александров находились на Донбассе не как российские военные, а как «добровольцы в составе ЛНР». А заодно и рассказать суду, как оба россиянина попали в ЛНР и какие функции они там выполняли.

В ходе допроса свидетелей обвинения показания уже дали трое: Виктор Николюк, командир 92-й отдельной механизированной бригады ВСУ, обнаружившей, по версии украинской стороны, российскую разведгруппу, уже упомянутый Кирилл Верес, а также военврач Евгений Антонюк, который в мае 2015 года пребывал в должности военного хирурга в 59-м военно-медицинском госпитале, базировавшемся в больнице города Счастье Луганской области. Именно Антонюк оперировал обоих задержанных, получивших ранения в руку и в ногу.

Антонюка допрашивали 15 декабря 2015 года. Описывая события 16 мая того же года, он рассказал, что в тот день был бой, после чего в госпиталь были доставлены раненые: сначала военнослужащий 92-й ОМБр ВСУ Вадим Пугачев, чьи ранения были несовместимы с жизнью, а через несколько минут привезли Ерофеева и Александрова:

«На тот момент мы не знали, что они военнослужащие РФ. Это выяснилось позже… Я спросил перед операцией, откуда он — Ерофеев. Он говорит: «Я с Волги». Я спрашиваю: «С какой Волги?» Он ответил: «Из Самары». Я спрашиваю: «Так ты кто?» — «Я с той стороны».

Антонюк также отметил, что Ерофеев попросил его «ничего ему не ампутировать».

В процессе общения с Ерофеевым, по словам свидетеля, выяснилось, что оба задержанных — военнослужащие РФ. «Он (Ерофеев) сказал, что является капитаном спецназа ГРУ. Александров позднее сказал, что он — военнослужащий российской армии», — сообщил медик. А на вопрос «Зачем вы пришли на этот (украинский. — NT) блокпост?» грушники ответили, что «начальство им сообщило, что там никого нет».

Остальные двое свидетелей — Николюк и Верес — были допрошены 29 декабря. По словам Николюка, также участвовавшего в задержании спецназовцев РФ, «Александров сразу признался, что он российский разведчик, Ерофеев назвался ополченцем». В свою очередь, Верес сообщил суду, что у него есть видео, сделанное в госпитале, где Ерофеев лежал после ранения — на видео тот якобы признался, что он российский военный. А еще до этих показаний, 3 декабря, в суде были представлены вещественные доказательства, в частности снайперская винтовка, которая, по словам обвинения, принадлежала Евгению Ерофееву. Обвиняемый, правда, тут же заявил, что впервые ее видит.