Бенефициар GML Леонид Невзлин заявил, что СКР «фабрикует» дела о незаконной приватизации ЮКОСа, чтобы не расплачиваться за «украденное» — $50 млрд компенсации, присужденных Гаагским арбитражем акционерам ЮКОСа

Бенефициар GML Леонид Невзлин (Фото: Bloomberg)

В пятницу официальный представитель Следственного комитета России Владимир Маркин заявил, что Михаил Ходорковский с партнерами незаконно купил акции ЮКОСа на залоговом аукционе в 1995 году, и представил доводы следствия. «Ходорковский, практически даром получив акции у государства, а фактически украв их, сегодня теперь уже с помощью международных судов пытается провернуть свою очередную аферу в надежде получить от государства — от нас с вами — еще $50 млрд (компенсации, которую в июле 2014 года международный арбитраж в Гааге присудил группе GML, владевшей более 70% ЮКОСа. — РБК)», — отметил Маркин.

Леонид Невзлин, которому Ходорковский передал права основного бенефициара GML после своего ареста в 2005 году, прокомментировал РБК эти обвинения. «Сначала сфабриковали дела [о неуплате налогов], чтобы украсть компанию у акционеров и отдать ее [...] (в ходе банкротства ЮКОСа большинство его активов получила «Роснефть». — РБК). Попались на воровстве, и надо расплачиваться [по решению Гаагского арбитража]. Вот теперь и фабрикуют дела чтобы не расплачиваться за украденное», — передал Невзлин через своего представителя.

«Как и в предыдущем случае с налогами, применяют избирательное «правосудие» теперь с приватизацией, — утверждает Невзлин. — «Сибнефть», ТНК и другие компании можно обвинить в тех же надуманных налоговых нарушениях и той же надуманной незаконной приватизации».

В субботу Ходорковский на своей странице в Facebook также указал на то, что, как и «все прочие» участники залоговых аукционов, он купил ЮКОС «по тогдашним законам». При этом он признал, что приватизация ЮКОСа, как и его последующая экспроприация, была «несправедливой». О несправедливости залоговых аукционов ранее говорили и другие их участники. Например, в ходе судебного процесса в Лондоне в 2011 году Роман Абрамович признал, что аукцион по «Сибнефти» был фиктивным и изначально было решено, что победить в нем должна структура, подконтрольная ему и Борису Березовскому.

По мнению Незвлина, последние дела СКР возбуждаются по совету американской юридической компании White&Case, которую Россия наняла для защиты своих интересов по делу о $50 млрд. Бизнесмен считает, что у этой юрфирмы может быть конфликт интересов: «Забавно, что они представляли ЮКОС в течение нескольких лет в конце 1990-х — начале 2000-х. Перед этим тщательно проверяли ЮКОС и пришли к выводу, что все абсолютно законно». «Видимо, Россия предложила так много денег, что пришлось изменить мнение и закрыть глаза на профессиональную этику», — заключил Невзлин. Партнер White&Case Дэвид Голдберг, ведущий процесс в интересах России в Лондоне, обещал ответить на претензии Невзлина позднее. Пресс-служба СКР не смогла оперативно отреагировать на просьбу РБК о комментарии.

Давние знакомые

В июле 2015 года Россия привлекла White & Case к процессу по оспариванию решения Гаагского арбитражного трибунала в США, а осенью стало известно, что White & Case также занимается аналогичными делами в Германии и Великобритании (координатором всех юридических действий по защите российских госактивов от притязаний бывших акционеров ЮКОСа является автономная некоммерческая организация «Международный центр правовой защиты»).

В ноябре 2015 года Shearman & Sterling, представляющая бывших акционеров ЮКОСа, заявила в суде округа Колумбия (США), где GML добивается признания Гаагского арбитража, что изучает своих соперников по судебному процессу — White & Case — на предмет потенциального конфликта интересов. White & Case работала на ЮКОС в конце 1990-х годов и, по мнению юристов, привлеченных GML, может обладать информацией, которая может быть использована на текущем процессе в нарушение профессиональной этики. «В связи с тем, что прошло много времени, а большинство соответствующих документов было конфисковано агентами Российской Федерации, истцы могут потратить несколько недель, прежде чем смогут принять окончательное решение о том, будут ли они добиваться дисквалификации White & Case», — говорилось в материалах суда от 19 ноября. Какое решение приняли бывшие акционеры ЮКОСа, пока не известно.

На залоговом аукционе в декабре 1995 года было продано 45% акций ЮКОСа. Победителем признано АОЗТ «Лагуна», гарантами которого выступили банк «Менатеп», Токобанк и Столичный банк сбережений. Эти же три банка были гарантами и единственного соперника «Лагуны» — АОЗТ «Реагент». При стартовой цене в $150 млн «Реагент» предложил $150,1 млн, а «Лагуна» — $159 млн. Через год после того, как государство не смогло погасить кредит, «Лагуна» продала свой пакет ЮКОСа компании «Монблан», которая также была аффилирована с «Менатепом».

Конкуренцию победителю на аукционе пытался составить консорциум Альфа-банка, банка «Российский кредит» и Инкомбанка, но его не допустили до торгов по формальным причинам — часть необходимого обеспечения на аукцион они внесли в виде ГКО, что не устроило организаторов. Участники консорциума еще накануне аукциона провели пресс-конференцию, на которой заявили, что выступают против «неравных условий, созданных для участников». В частности, они указывали на то, что «Менатеп» не только фактически намеревался принять участие в аукционе, но и был одним из его организаторов, а также собирался использовать средства Минфина (правительство разместило на депозите в этом банке $120 млн). Однако их попытки оспорить итоги аукциона в суде оказались безуспешными.

Невзлин ответил на заявления СКР о незаконной приватизации ЮКОСа