Орел присматривает за Драконом

США, начав очередные военные учения на Филиппинах, еще раз показали, что не спускают глаз с Китая и КНДР

В Южно-Китайском море 4 апреля начались масштабные американо-филиппинские военные учения, которые продлятся до 15 числа. На них отрабатывается участие вооруженных сил двух государств в ликвидации последствий стихийных бедствий, а также реагирование на "попытки нарушения международного морского права". Последнее – явный намек на проводимую Пекином милитаризацию Южно-Китайского моря, крайне важной военной и экономической акватории. Нынешние американо-филиппинские маневры – лишь последнее из числа множащихся свидетельств того, что Соединенные Штаты, несмотря на сложную ситуацию на Ближнем Востоке и в Европе, не спускают глаз с Тихоокеанского региона и намерены и впредь играть в нем роль стабилизирующей силы.

В минувшую пятницу в американской столице по инициативе президента Барака Обамы прошел международный форум, посвященный вопросам безопасности ядерных материалов. При всей актуальности угрозы экстремизма и рисков попадания радиоактивных веществ в руки боевиков основное внимание пресса уделила все же не декларируемой проблематике саммита, а отсутствию на нем России, и еще больше – кулуарным встречам Обамы с лидерами Китая, Японии и Южной Кореи. Центральное место в беседах Обамы и Си Цзиньпина принадлежало опять-таки не мерам по борьбе с распространением ядерных технологий, а глобальному потеплению, правам человека в КНР и атакам китайских компьютерных хакеров на государственные и коммерческие базы данных в США. Важнейшим фоновым событием, имеющим отношение к содержательной повестке саммита, послужило последнее испытание Северной Кореей тактической ракеты, способный нести ядерный боезаряд. Президент Обама в своем программном заявлении на встрече призвал заинтересованные стороны и в первую очередь Китай приложить все усилия, чтобы помешать Пхеньяну и далее усовершенствовать свой ракетно-ядерный арсенал.

Южная и Северная Корея, Китай, Япония – Тихоокеанский регион является сегодня, по мнению многих, самым больным нервом международной политики. Соединенные Штаты строят в Южной Корее противоракетный щит, рассчитанный на отражение угроз со стороны КНДР; Пекин, да, кстати, и Москва протестуют против строительства щита сильнее, чем Пхеньян. Китай создает в системе своего министерства обороны новое подразделение с загадочным названием "департамент зарубежных операций", который должен будет курировать якобы "невоенные" мероприятия вооруженных сил за границей. И одновременно наращивает и оборудует захваченный у Филиппин четыре года назад остров в архипелаге Спратли, размещая радиолокационные станции и комплексы ПВО на рифах, отстоящих на многие сотни километров от своих берегов. Филиппины в течение длительного времени вяло реагировали на китайские вылазки и не спешили определять порядок доступа американских солдат на военные базы в своей стране. Необходимые изменения были внесены в законодательство лишь непосредственно перед началом совместных американо-филиппинских учений.

США возлагали большие надежды на то, что территориальные споры Китая с соседями будут улажены с помощью обязывающих решений международной судебной инстанции, но Пекин бойкотирует заседания суда и клянется, что не будет подчиняться его постановлениям. Кроме того, по информации газеты "Уолл-стрит джорнал", администрация Обамы в начале года тайно предлагала Северной Корее подписать полноценный мирный договор, ради чего была готова пожертвовать многолетним требованием, увязывающим заключение мира с предварительным отказом КНДР от ядерных проектов. Пхеньян не прельстился перспективой мира даже на этих выгодных условиях.

В итоге продекларированная Бараком Обамой шесть лет назад вера в действенность несиловых способов урегулирования конфликтов в регионе не оправдалась. Китай отступил от политики "мирного восхождения", переоценив последствия финансового кризиса 2008 года. Ему почудилось, будто кризис знаменует собой окончательный экономический и военный крах Америки. После этого резко активизировались территориальные притязания КНР вдоль большей части периметра от Гималаев до Южно-Китайского моря. И только сейчас, натолкнувшись на решительное сопротивление США и их партнеров, Китай, похоже, начинает осознавать, что допустил ошибку. Ситуацию в Азиатско-Тихоокеанском бассейне по просьбе Радио Свобода комментирует эксперт фонда "Наследие" Дэн Чен:

– У начавшихся американо-филиппинских учений есть две стороны. Одна официальная: "эти плановые и традиционные учения никому не угрожают". Неофициально же, в свете создавшейся обстановки в Южно-Китайском море и китайско-филиппинских споров, Пекин неминуемо расценит их как недружественный шаг. Китайское правительство неоднократно заявляло, что территориальные претензии Филиппин, Вьетнама и других на его острова никогда бы не были оглашены без явной и неявной поддержки Вашингтона.

– Каково содержание учений, отражение каких конкретных угроз будут отрабатывать участники?

– Напомню, что американо-филиппинский договор о взаимной обороне действует с 1951 года. Учения в рамках этого договора позволяют американской армии поближе познакомиться с филиппинской, и наоборот. Американская армия много воевала после окончания Второй мировой войны, и у филиппинцев нет иной возможности освоить современное военное искусство, кроме как в сотрудничестве с американцами, ведь единственный боевой опыт, который имеется у местных вооруженных сил, сводится к локальным противопартизанским операциям. А тут них есть шанс узнать, как вести масштабные операции с применением различных видов и родов войск. Верховный суд Филиппин на днях постановил, что доступ американских военных в расположение национальных армейских частей не нарушает конституции страны.

Схожие учения США продолжают проводить с Японией, Австралией, Таиландом, Южной Кореей

Схожие учения США продолжают проводить с Японией, Австралией, Таиландом, Южной Кореей. Причем учения с сеульским союзником становятся все более серьезными по мере нарастания напряженности на Корейском полуострове. Расширение военного сотрудничества США с Вьетнамом по-прежнему тормозит действующее американское законодательство, да и Ханой пока не решил, насколько тесными должны быть его военные связи с Вашингтоном. Камбоджа и Лаос тяготеют к КНР, и с ними контакты совсем скромные. А вот после реставрации демократии в Мьянме оживает военное сотрудничество Америки и с этой страной. Обама расчистил путь к налаживанию прежнего партнерства вооруженных сил США и Индонезии. А также, невзирая на яростные протесты Китая, не прекратил военных поставок Тайваню. Международное военное строительство в Азиатско-Тихоокеанском регионе предполагает преимущественно контакты военно-морских сил, что по понятным политическим соображениям много легче, чем сотрудничество сил сухопутных. В принципе же, США сравнительно легко работать со странами, которые готовы реально защищать себя и нуждаются для этого в американском ноу-хау, – подчеркивает Дэн Чен.

Многие комментаторы выделяют именно это обстоятельство: страны Восточной и Юго-Восточной Азии готовы реально себя защищать, они разделяют приверженность американцев упорному труду и материальному прогрессу. С такими партнерами Америке работать легче, чем с европейцами, которые не хотят тратиться на оборону, или с союзниками в мусульманском мире, которым не близок прагматизм янки. Способность идти на весьма крутые меры во имя защиты национальных интересов проявили, например, власти Вьетнама: понимая, что не могут пока ответить симметрично на военные авантюры Китая на спорных островах, они спровоцировали массовые нападения на китайских туристов и бизнесменов в стране.

Филиппинцы не отважились на открытую военную конфронтацию вокруг Спратли и, вняв совету Вашингтона, предпочли действовать через суд. Что, видимо, обернется для них безвозвратной потерей шельфа и рифа Скарборо. Решение запустить более тесную военную кооперацию с США, надо полагать, отражает стремление Филиппин убедить союзника, что они не намерены безропотно уступать и другие острова архипелага.

Поучительно в этой связи сопоставить шаги администрации Обамы в Сирии и на востоке Азии. Президент Сирии Башар Асад еще до развертывания в стране российских войск смог безнаказанно переступить "красную черту", которую обозначил Вашингтон. Но стоило Пекину попытаться установить в международном воздушном пространстве над Южно-Китайским морем так называемую "зону обязательного предварительного оповещения", как ранее над Восточно-Китайским, как США направили в проход сквозь нее без всякого уведомления свои бомбардировщики. И порекомендовали Японии поступить так же с пассажирскими лайнерами, что японцы сделали без всяких последствий, продолжает Дэн Чен:

– Тут также следует помнить, что страны Восточной Азии становятся ведущими экономическими партнерами США. И что регион политически более раздроблен, чем Европа, и поэтому остро нуждается в поддержке Америки. Ну и, конечно, американцы видят, что их партнеры в Азии тратят на оборону куда больше европейцев, что сильно облегчает кооперацию. Хочу вдобавок повторить мысль, высказанную выше: сравнительное преимущество востока Азии перед Европой и Ближним Востоком в плане военного сотрудничества с США состоит еще и в том, что осуществляется оно в морском формате, а не в сухопутном. Уход флота из порта – политически шаг гораздо менее резонансный, чем оставление наземной военной базы.

Беспокойство по поводу внешнеполитического курса Китая вынуждает соседей Поднебесной крепить и двустороннее сотрудничество с США, и многосторонние связи, резюмирует Дэн Чен. Япония, например, финансирует приобретение Вьетнамом российских подводных лодок, Индия оплачивает обучение их будущих экипажей. На днях было объявлено, что в недалеком будущем в Филиппинском море состоятся совместные учения ВМС Соединенных Штатов и Индии, к которым уже в третий раз присоединится военный флот Японии. В начале маневры под условным наименованием "Малабар" проводились только в акватории Бенгальского залива, непосредственно омывающего восточные берега Индии. Сейчас от потенциальной они переместились ближе к фактической горячей точке – милитаризируемому Южно-Китайскому морю:

– Китайский ВМФ уже эксплуатирует военную базу на Африканском Роге, в Джибути, близ Аденского залива. Очень далеко от родных вод. Этим, подчеркну, активность военного флота Китая в Индийском океане не исчерпывается: он уже располагает или строит свои порты также на Шри-Ланке, в Бангладеш, Мьянме, на Сейшельских островах. Официально – в целях защиты морских коммуникаций, имеющих кардинальное значение для экономической безопасности страны. Делает это Китай в одиночку, не прибегая к помощи европейцев или американцев. Для государства со вторым по величине ВВП в мире в этом нет ничего странного. Индия ведет себя аналогичным образом: по мере увеличения экспортного и импортного оборота с востоком Азии, включая продукцию военного назначения, она все более расширительно толкует географию своей экономической безопасности. Я бы сказал, что это неизбежное следствие глобализации торговли.

​Дэн Чен напоминает: историки утверждают, что еще в середине 15-го века китайцы за несколько десятилетий до европейцев могли выйти в Индийский, а оттуда в Атлантический океан и даже открыть Америку. Спустя почти шесть столетий они именно этим и заняты. Пекин ведет успешные переговоры с Намибией о доступе к военным портам, что позволит ему теоретически блокировать торговые суда, огибающие мыс Доброй Надежды. Это – южная Атлантика. Севернее, у экватора, в Гвинейском заливе Китай строит военную базу на островах государства Сан-Томе и Принсипи. И – устремляет взоры в сторону северной Атлантики.