В Самаре начинается слушание дела о вымогательстве со стороны блогера Бегуна и других. Юридически оно неинтересно, чего не скажешь о его политической составляющей

В Самаре начинается слушание дела о вымогательстве со стороны блогера Бегуна и других. Юридически оно неинтересно, чего не скажешь о его политической составляющей

В Самаре замечательная набережная — одно из немногих прилично выглядящих мест в городе. Когда спускаешься сюда и глядишь вдаль на Волгу, и ветер продувает тебе после десятой встречи мозги, хочется жить в Самаре долго, трезво и в дружбе со здравым смыслом. Но так тут не получается.

Пролог

Отработав в командировке в Самаре, я искал, разумеется, встречи с губернатором области Николаем Меркушкиным, чтобы узнать его точку зрения на происходящее здесь. Но в пресс-службе мне ответили, что все уже сказано публично и во встрече нет смысла. Поэтому привожу точку зрения губернатора, которую он развивал перед 400 депутатами и чиновниками на заседании в гордуме вечером 14 апреля — как раз во время моей телефонной дискуссии с его пресс-службой. Итак:

«У нас могло быть всё. А сейчас нет ничего. АвтоВАЗ уже не приносит, в Самаре — мусорные свалки в городе. В сетях идёт война. Она выгодна узкому кругу лиц… Они дестабилизируют, чтобы правили не власти, чтобы диктовать свои условия. И вот эта история с блогером запущена, чтобы расколоть общество… Нам нужно увлечь молодых людей, чтобы они плавали, играли… Нужен генетический потенциал. Наши враги — это дядя Сэм и вообще США, а также люди из 90-х, которые пишут в сетях, и, конечно, недостаточное сплочение. Демократия, каждый что хочет говорит — это не демократия… Как у нас в Самаре — это болезнь. Нас не понимают пензенцы, ульяновцы, никто не понимает. Нет! Мы не такие. Мы другие!..»

(Приводится со значительными сокращениями по диктофонной записи из зала.)

«История с блогером запущена…» (краткое содержание)

8 декабря 2015 года президент Путин внезапно отменил полет на выездное заседание Госсовета в Самару, куда уже съехались участники запланированного совещания. Пресс-служба Кремля сослалась на погоду, хотя аэропорт работал в штатном режиме. Корреспондент агентства Znak в Самаре в тот же день сообщила, что причиной разворота якобы стало ознакомление Путина с показаниями некоего блогера Дмитрия Бегуна. До этого о Бегуне за пределами Самары мало кто слышал.

Бегун и второй блогер были задержаны с поличным в конце октября 2015 года за вымогательство миллиона рублей у бизнесмена Шатило под угрозой обнародования сведений об использовании коррупционных связей при строительстве онкоцентра. Третьего блогера, который уж очень тут всем насолил, прицепили позже. С чего вдруг Бегун стал рассказывать о том, что не имело к Шатило никакого отношения, мы не знаем. Возможно, он хотел построить так защиту, а возможно, его очень об этом попросили.

Во всяком случае, из доклада 8 декабря Путин мог узнать, что Бегун по указаниям губернатора Меркушкина якобы распространял нужную тому информацию, а она касалась не только региональных политиков и бизнесменов, но и, например, первого замруководителя его администрации Вячеслава Володина, зампреда Госдумы Сергея Неверова, полномочного представителя президента в Приволжском ФО Михаила Бабича, президента «Роснефти» Игоря Сечина и других.

Всю зиму о «деле Бегуна» ходили лишь слухи, но 3 апреля 2016 года депутат Самарской облдумы Михаил Матвеев выложил у себя в блоге сканы протоколов допросов Бегуна, которые проводились в ГСУ ГУ МВД по СО в начале ноября. В них упоминается более 60 фамилий VIP-персон федерального и локального уровня, из которых 26 потребовали возбудить против Бегуна дело по ст. 128.1 УК РФ (клевета). Каким образом и в каком объеме эти материалы попали к Матвееву, никто не знает. В ходе обысков все электронные носители у него были изъяты, но в блоге Матвеева эти протоколы по-прежнему доступны, и всякий может прочесть там любопытное:

«Осуществлен авторизованный вход в учетную запись «63.ру» ресурса. Бегун Д.С.: Осуществляется поиск фамилии «Володин». Один из примеров: «Дедушка построит Фурсова (новый сити-менеджер Самары. —Л.Н.) пинками от Хинштейна». По моей просьбе известный самарский блогер опубликовал в твиттере скриншот переписки Хинштейна с Азаровым (бывший мэр Самары. — Л.Н.). По просьбе Еналиева Н.И. (это доверенный советник губернатора. — Л.Н.) в теме была засвечена связь Азарова с замглавы администрации президента Володиным. Фраза звучит следующим образом: «Теперь камсюка будут «чпокать» не только интеллигентный и трусоватый Азаров, а наглый и умный Хинштейн». В данной заметке решалось несколько моментов, интересующих Меркушкина…»

Если верить Бегуну, после первой 7-часовой личной беседы в конце 2012 года с новым губернатором Меркушкиным, в которой принимал участие как раз тот самый Еналиев, он стал получать от него со ссылкой на губернатора задания. Особо их интересовали строительство, ремонт дорог и социологические исследования — те сферы, где подвизались связанные с губернатором структуры из Мордовии. Но посты касались не только губернатора, размещалась и информация (правдивая или подредактированная) о других политиках и бизнесменах в рамках направлений: «Политика», «Экономика» и «Педагогика». Наиболее интересно третье: по схеме «педагогики» в блоге якобы размещались сообщения, указывающие на те или иные риски для тех или иных лиц. Эти лица бежали (ведь всем было известно, чьи задания выполняет Бегун) в «Белый дом», оттуда звонили ему, знающему пароль, и тогда уж сообщение, исполнившее свою «педагогическую» миссию, удалялось из блога.

Со слов Бегуна, за эту работу Меркушкин и его аппарат платили ему в 2013—2015 годах по 3—5 млн рублей ежегодно. Кроме внутрисамарского использования блога Бегуна, из некоторых его сообщений якобы формировались аналитические записки, направлявшиеся за пределы области — в администрацию президента. В этом и был смысл заданий на упоминание в самарском блоге Сечина, Чемезова, Чубайса, Мутко и даже самого Путина. Однако, поскольку «педагогические» посты после достижения эффекта снимались, теперь проанализировать их через призму показаний Бегуна не то технически очень сложно, не то уже вовсе невозможно.

Дело о вымогательстве против Бегуна и еще двух блогеров ушло в суд. Между тем материалы, выделенные по заявлениям 26 фигурантов «педагогики», 29 января были направлены из ГУ МВД в Следственный комитет по области для возбуждения еще одного дела против Бегуна — о клевете. 24 марта Самарский СК уведомил 26 заявителей об отказе в возбуждении этого дела: рассказ Бегуна, с их точки зрения, не подтверждается другими доказательствами.

Однако в ноябре с Бегуном поработали нерядовые следователи ГУ МВД, он был допрошен под видеозапись, с участием адвоката, а вопросы задавались подробные и точные. В частности, банковской проводкой подтверждается выплата первых 3 млн рублей Бегуну от близкой к Меркушкину мордовской коммерческой структуры. Допрошенный Еналиев вспомнил о десятках телефонных соединений с Бегуном, хотя и не сразу, а только под угрозой очной ставки. Бегун перечислил не только свои автомобили («Порше-Кайен», «Рендж-Ровер» и что-то еще), но и номера машин, которые присылались за ним и возили его «на Первую просеку» — в резиденцию губернатора. Не обнародована его переписка, хотя на допросах блогер называл электронные адреса, по которым он ее вел с аппаратом губернатора. Да мало ли чего там может быть такого, на фоне чего и сканы допросов в блоге Матвеева покажутся детскими считалочками.

Самара замерла в ожидании. Возможны варианты: 1) показания Бегуна о работе на Меркушкина в суде будут обойдены молчанием — к теме вымогательства они не имеют отношения; 2) Бегун вопреки протестам судьи и обвинения попытается вслух повторить свой рассказ; 3) суд направит Бегуна на психиатрическую экспертизу, его признают невменяемым, а дело в отношении других соучастников вымогательства будет рассмотрено позже.

Хотя юридически дело о клевете заглохло, политическая бомба уже взорвалась — в тот самый момент, когда 8 декабря Путин развернул самолет. Но и тут последствия, как от радиации, могут проявиться лишь спустя какое-то время.

Продолжение банкета (акт второй)

Срыв Госсовета 8 декабря не смутил самарскую элиту и не заставил ее отказаться от празднования в День Конституции 12 декабря запланированного 50-го юбилея Олега Фурсова — сити-менеджера, утвержденного гордумой по представлению Меркушкина двумя месяцами ранее (до Фурсова мэр избирался голосованием горожан). На торжество, о котором пригласительными билетами с золотым тиснением были заранее извещены сотни самарцев, без приглашения приехала и камера из передачи «Момент истины» — поснимать гостей из-за угла.

«Момент истины» состоит в том, что финансовое положение в области сложилось — и не только вследствие общего кризиса — «хуже губернаторского». По сведениям «МК» и Александра Хинштейна (он депутат Госдумы 6-го созыва от Самарской области), на банкет было приглашено 350 региональных VIP; на заказ гостиницы «Холидей-Инн», хор Турецкого, яства и прочее было потрачено до 10 млн рублей.

16 декабря директор рынка и один торговец фруктами написали заявления о мошенничестве: 50 кг мандаринов и яблок по просьбе департамента чего-то там они бесплатно отправили сиротам для новогодних утренников, а ящики оказались в «Холидей-Инн». В рамках возбужденного дела допрошенные представители низовой администрации начали было обозначать роль соучастников рангом повыше, но 14 января расследование было свернуто за ничтожностью ущерба, причиненного двум заявителям хищением их 50 кило мандаринов. В результате скандала Фурсову все же пришлось сдать в казну подарки, но высказываются подозрения, что старые, — фляжку 0,33 коньяка «Хеннесси», халат с чалмой и тюбетейку…

Понятно, что с юридической точки зрения такое уже возбужденное дело на этой стадии прекратить просто невозможно, и «враги» в Самаре обоснованно требуют его передачи в Следственный комитет РФ (а начальник регионального СК получил для жительства коттедж в закрытом губернаторском поселке). Но непонятна та степень откровенности и специфической публичности, при которой прошел пир. Главным на банкете выглядел не малозаметный до назначения на свой пост сити-менеджер, чья интронизация, по сути, и происходила в День Конституции, а губернатор, который и тут выступил с очередной программной речью о «сплочении».

Поскольку записать ее не удалось даже агентам Караулова, мы обратимся к тексту брошюры, розданному активу области к предстоящим выборам в Государственную и губернскую думы: «Команда губернатора: За Согласие! За Порядок! За Созидание!» Тезисы повторяются, но с вариациями: «В Самарской области, как нигде в стране, долгие годы доминировали западные, крайне либеральные ценности… Область была центром, где работали фонд Сороса, фонд Форда, представители Госдепартамента США… Акция по дискредитации мэра Фурсова тщательно спланирована. Высосанный из пальца скандал был показан по ведущим каналам Германии, Великобритании, США как факт, порочащий страну… В Самаре есть группа специально обученных людей, которые постоянно пишут в Интернете, в газетах только против власти…»

Геополитическое значение Самары в части его определения по Конституции до сих пор относилось к прерогативам президента РФ, так что фактически получается, что это его происки. Что касается «каналов Великобритании», это нам сложно проверить, но в газетах (не говоря уж о телеканалах) «против власти» в Самаре не пишут.

Информационное поле (акустика в зале)

Месяц назад Совет при президенте по развитию гражданского общества и правам человека обсуждал вопрос о господдержке СМИ. По справке, которую нам прислали в числе других из Самары (она не секретна), расходы на поддержку СМИ из бюджета через механизм госзакупок, целевые субсидии и гранты составили тут 481 млн рублей в 2013-м, 501 млн рублей в 2014-м и 439 млн рублей в 2015 году. В 2016 году на эти цели запланировано 396 млн рублей: все-таки кризис, жить надо скромнее.

В сравнении с показателями других субъектов Федерации Самара выглядит выше среднего, но не катастрофически, есть и круче. Однако мы понимаем (в том числе из показаний блогера Бегуна), что официальный финансовый отчет далеко не полон — деньги могут поступать по просьбам администрации и от коммерческих структур, в том числе наличными. В конце концов, предназначение 10 млн рублей (условно), потраченных на банкет в «Холидей-Инн», — это тоже пиар для своих, хотя самарские телеканалы и газеты как раз и не обмолвились о нем ни словом.

Собственно, пафос записки президенту и рекомендаций СПЧ по господдержке СМИ сводится к вопросу о том, что мы (налогоплательщики) имеем за эти деньги. И с этой точки зрения о газетах правильнее судить не по тому, что там написано, а по тому, о чем там не написано, какие темы обойдены молчанием. Коррумпирование СМИ господдержкой аналогично воровству материалов при ремонте самарских улиц и дорог, которые, действительно, находятся в чудовищном состоянии, — только там не докладывается асфальт или гравий, а тут воруют общественно значимые темы и всякий смысл, без которых газета — это то, во что заворачивают селедку.

В Самаре есть два общественно-политических интернет-сайта, позволяющих себе критику губернатора, и две не совсем порожние частные газеты (есть еще несколько государственных, но те только «под селедку»). Газеты, по общему мнению, повально грешат тем же, за что сидит Бегун, но поднимать критическую планку выше ямы на дороге себе уже не позволяют. Сюжеты новостей на местных телеканалах подлежат предварительному просмотру в том самом департаменте, где встречу журналиста из «Новой газеты» с губернатором сочли нецелесообразной.

В официальном информационном пространстве царит безмятежная, магическая «стабильность». Но если это и есть главная цель информационной политики, то она была достигнута еще при предшественнике Меркушкина — губернаторе Владимире Артякове. С 2007-го до мая 2012 года он руководил областью «с самолета», почти не появляясь в Самаре на публике и в СМИ. Зачем?

Однако непубличность сыграла с ним злую шутку: Артяков забыл, что тут есть и какая-то другая реальность, в которой для чего-то кем-то и как-то учитывается еще и количество голосов избирателей, поданных за «Единую Россию». В результате «на область» был назначен Меркушкин, который поднялся по комсомольско-партийной лестнице в Мордовии еще при большевиках, но опытом управления промышленным регионом никогда не обладал. Почему именно Меркушкин, никто в Самаре так и не понял. Зато новый оказался противоположностью Артякову по части публичности: Меркушкин любит выступать перед населением сам лично, не опираясь ни на каких экспертов, и в свои 65 может это делать, не присаживаясь, по 4—5 часов.

Еще в начале мая 2013-го «губернаторский пул блогеров» из Самары на личном его самолете отправился в Саранск — изучать биографию Геракла. Оскорбленные журналисты профессиональных СМИ потащились с камерами следом на поездах и авто. Вот что написал про них Бегун в своем блоге 12 мая: «С удовольствием читал 3 дня переписку всяких… , изошедшихся на г… , что их не взяли. Ребята, кто мешал вам собраться и поехать, сделать нормальный репортаж из логова зверя? Собрались и поехали. Хрена ли теперь болтать? (У автора тут нецензурно. — Л. Н.)».

Был или нет этот пост оплачен администрацией области? Абстрагируясь также и от лексики, надо сказать, что тут Бегун прав. Кто запрещал журналистам из Самары исследовать Мордовию еще раньше, как только стало известно, что оттуда приехал Меркушкин? Так указания не было. Накажут еще. И заказа не было — кто заплатит?

А впервые новый губернатор явился перед журналистами в начале 2013 года на ежегодном вручение «губернаторских премий». Но в тот раз он уверенно сел за стол не к журналистам, а, произведя шок во всем их светском сообществе, к блогерам во главе с Бегуном — «толстым и неопрятным хамом» (нехорошо, конечно, так говорить о том, кто в тюрьме, но только так тут и говорят). Журналисты, понятно, обиделись, но и от «губернаторских премий» тоже не отказались. Пусть не по 3 млн в год, как, с его слов, Бегуну, но с паршивой овцы… Недавно за 2015 год были снова вручены 109 денежных наград (первая — 100 тысяч, вторая 75 — тысяч рублей и так далее).

Жаль расстраивать коллег, но столько журналистов в Самаре просто нет, их тут остались единицы, и те в основном молчат. Нет потребности: после отмены выборов губернаторов (в 2004 году) исчезла публичная политика. Ее место заняли призраки иностранных агентов в публичном дискурсе власти и некий новый феномен, здесь принявший таинственно-хамоватую форму «блогера Бегуна».

Хинштейн в Самаре тоже не журналист. Не потому, что он плохой журналист, а потому, что он тут участник (о Караулове промолчим). А журналист — это тот, кто появляется как бы как иностранец, кому тут, в общем, совсем ничего не надо, и он не проявляет никаких иных свойств, кроме доброжелательного любопытства.

Как же это тут у них (хотя, может быть, не только у них) все устроено?

Появление «иностранца» и «агентов»

От «иностранца» вроде бы уже один шаг до «иностранных агентов», но не будем вслед за Меркушкиным торопиться с оргвыводами.

Самый первый, тогда еще избранный, губернатор Самарской области Константин Титов решился дать интервью для областного сайта «Парк Гагарина», и журналист (он журналист) Сергей Курт-Аджиев прилежно это записал. А «иностранец», всякий раз переезжая из региона в регион как бы в государство с другими органами власти и режимом, — силится понять, как у них тут все устроено. Титов — ценный инсайдер, он анализирует политический расклад. Читаем:

«Давай порассуждаем. «Б.», как ты видишь, де-юре, от всего избавился. Значит, он хочет быть депутатом. Если не получится, он отойдет. Но пока хочет. «Ч.» некуда деваться, иначе сожрут. Все-таки он много вложил своих денег в «Крылья Советов», обанкротил предприятие. Но «Крылья» вышли в премьер-лигу. Поэтому ему надо оставаться. «М.» — друг Бабича, почему не остаться. «С.» — друг Дворковича, играет с ним в шахматы. Тоже зачем терять такого… «М.» близок к группе «Хирурга», это мотоциклетный который. У него жена теннисистка, образованная…»

Стоп-стоп! Кто из нас агент? Ведь так пишутся именно агентурные донесения. Не аналитика, а разрозненные депеши агентов, а из них кто-то умный сделает потом, как предполагается, правильные выводы. Этого вчера видели в ресторане с тем-то, а тот играет с таким-то в подкидного дурака. Или вчера играл, ведь сегодня он может играть уже с кем-то другим. Но как тут уследишь за каждой особью в муравьиной куче: этот побежал туда, а этот сюда?

«Иностранцу» тут непросто, проще, наверное, в стране с каким-нибудь вовсе не знакомым языком, потому что если уж ты вооружился словарем и разобрал, что на двери написано, то за ней, скорее всего, оно и будет. А здесь не так. На двери будет написано: «Начальник департамента» или «Суд», или «Избирательная комиссия», а решения могут приниматься кем-то другим и совершенно в другом месте.

Зато, кажется, мы (как иностранцы) начинаем понимать, зачем тут нужен блогер Бегун. Во-первых, сам Дмитрий Медведев любит блогеров и тоже блогер. Во-вторых, в отличие от «СМИ», это недорого. В-третьих, и главное, — это такая палка, которой, не опасаясь, что тебя кто-нибудь укусит (подаст в суд), хорошо потыкать в муравейник. Во! Гляди, куда эти-то побежали!.. Педагогика!.. А еще можно потом по результатам эксперимента отправить записку прямо в Кремль. Эти побежали туда-то куда-то, а тот взял и женился на теннисистке. Образованной, между прочим… О! Интересно… А куда они сами теперь побегут?

Не зря же писал Бегун в своем блоге (в порядке «мягкого оппонирования Путину» по результатам его встречи с губернатором Самарской области): «Люди в управлении внутренней политики АП сидят ушлые и очень внимательные, ходы записывающие и вперед думающие…» И далее, из пояснений на допросе: «Данный материал пытались снять люди из администрации президента, Волгопромгаза, Ростехнологий, но все они получили от Меркушкина отказ».

Только что в марте Россия была потрясена рассказом в газете «Коммерсантъ» о том, как в 2007 году некие мошенники выманили у Титова 6 млн долларов, обещая удвоить их путем вложения в специальный фонд. Эти люди, предложившие сделку, тоже представлялись влиятельными чиновниками (а возможно, имели отношение к таковым). Пока Титов оставался губернатором, а затем членом Совета Федерации, он об этой истории стеснялся вспоминать вслух, а тут заявил, тем более что и срок давности для возбуждения дела о мошенничестве приблизился к концу.

Сквозь призму его интервью для «Парка Гагарина» эта история уже не покажется нам, «иностранцам», столь же мистической. Of course, мы продолжим задавать свои детские вопросы, типа: откуда у него (или у его сына, банкира) 6 млн долларов? (Ответов может и не оказаться, но вопросы все равно должны быть заранее вбиты в историю, как крючья в скалу.)Но действия Титова полностью вписываются в логику «Этот побежал туда». Надо вкладываться, пока не пробежал мимо.

Это «у них тут так устроено», такое государственное мышление. Точно так же, по-видимому, принимаются и решения по инвестированию средств не только на уровне области и не только их детей-банкиров. А как еще? Ведь если вы видите мир такими глазами: между злым Обамой и своей муравьиной интригой, — то между ними вы уже не увидите вообще ничего. И что вам делать с наукой? Что делать с массмедиа?

Вот и либеральный экс-губернатор делится мыслями в интервью: «Я люблю, когда народ выбирает власть. Это хорошо. А дальше схем может быть много. В мире есть такие схемы. И они хорошо живут с такими схемами». Запоздалое прозрение, как бы уже на смертном одре: оказывается, можно было и по-человечески!

Это последствия сворачивания публичной политики. Если решения обсуждаются публично, то какой-то «коммуникативный разум» (Юрген Хабермас) продолжает поддерживаться. Если нет, он угасает, и наступает тьма, в которой носится где-то за облаками один лишь «Обама-чмо». Да путаются под ногами «иностранные агенты», чья роль состоит в том, что раз тут ямы, то должно же им быть какое-то объяснение. И почему «АвтоВАЗ уже не приносит». И почему чемпионат мира по футболу у нас в Самаре… Господи, пронеси!

Прощание с Бегуном (эпилог)

Ничто не нанесло журналистике больше вреда (это я уже серьезно говорю), чем метафора о ней как о «четвертой власти». Вся власть журналиста — только его право задавать наивные вопросы. Но для этого надо не участвовать и «ничего не хотеть» — только тогда твоя «власть» имеет под собой легитимность.

Конечно, Дмитрий Бегун сильно преувеличивает свою роль во всем этом — такое мнение (почти официальное) представили мне сменившие его самарские блогеры. Три года Бегун ходил по коридорам власти, открывая ногой в тапочке любую дверь. Конечно, крышу снесло, тем более что он человек с фантазией (это точно). Однако, преувеличивая собственный политический вес, всю остальную схему постмодерна и информационного общества в их самарском варианте Бегун описывает как эксперт.

Что, сложновато получилось? Айда на набережную любоваться Волгой и далью, и пусть ветер нам продует мозги. Тут гуляют жители. Но не спрашивайте у них ничего об этом, они про это ничего не знают и знать не хотят, это параллельный мир. Они голосуют в Самарской области за Меркушкина с результатом 90%. И пусть где-то совсем рядом и только что на самарскую активистку «ГОЛОСа» Людмилу Кузьмину суд повесил все штрафы «иностранного агента» на несколько миллионов рублей. Но разве она не оттуда же, не из того же сумасшедшего дома — а кому же из нормальных охота заразиться их паранойей?

Здесь, на набережной, — мир, где играет музыка и торжествует разум. Но пока они не поймут, почем это нам стоит, в городе у них за спиной все так и будет, как есть. А то еще случится с Самарой, как с Сызранью. Когда из Сызрани Самарской области решили задать вопрос на «Прямую линию» с президентом, система, раз переспросив, ответила по СМС: «Похоже, что в России такого города не существует».