Расстройство иммунной системы образования. Диссернет представляет ректоров российских вузов

Анонсированный недавно Диссернетом проект «Диссеропедия российских вузов» содержит малоприметную вкладку «Коллекции». Пока в первой версии «Диссеропедии» этот раздел включает всего лишь одну коллекцию, представляющуюся, однако, важной: ее экспонатами стали ректоры (директора) российских вузов и некоторых образовательных или академических организаций, а также их филиалов [1]. Система позволяет выбрать город и посмотреть всех (ди)ректоров, ставших клиентами Диссернета. Причем эти клиенты могут быть двух видов: (1) диссертанты-диссероделы («своих кейсов» ≥ 1) — обладатели липовых диссертаций, то есть на самом деле те, кто купил «товар», или (2) диссерорезы («чужих кейсов» ≥ 1) — участники сомнительных защит (научные руководители или оппоненты), то есть те, кто продал «товар».

Коллекция динамически изменяется. Ректоры могут увольняться (правда, пока этого, к сожалению, не заметно), а эксперты Диссернета не прекращают работать, так что на сегодняшний день объем коллекции медленно, но верно растет. На момент написания статьи она включает 99 персон. Много это или мало? Проведенная Диссернетом в ноябре 2016 года «ковровая проверка» ректоров вузов показала следующие результаты: из 120 проверенных диссертаций массовые заимствования содержали 26, то есть 21%. Таблица показывает процентные соотношения в группах, относящихся к науке и образованию.

Процент липовых диссертаций

РАН	< 1%
Директора школ	16%
Ректоры	21%

Похоже, что распространение заболевания среди ректоров превышает эпидемический порог; выше процент липы только у губернаторов и членов Государственной Думы.

Присмотримся к некоторым экспонатам из коллекции; всех сразу не охватить, так что придется ввести ограничения. В этот раз мы рассмотрим только ректоров вузов, оставив директоров филиалов за скобками (хотя эта тема тоже интересна, возможно, осветим ее в другой раз), а кроме того, ограничимся самыми яркими фигурами Москвы и Петербурга. Конечно, и в регионах много интересных персонажей, но о них тоже как-нибудь после.

Каков поп, таков и приход

Начнем с героя недавно опубликованной экспертизы, вызвавшей немалый резонанс. Речь идет о докторской диссертации ректора Санкт-Петербургского государственного экономического университета (бывший Финэк), члена президиума ВАК И. А. Максимцева [2]. Вот краткий отзыв профессора Ростовцева: «Филигранная работа. Около сотни источников текста склеены в один толстый диссер». Вдобавок ректор имеет и два чужих кейса, так как являлся научным руководителем двух работ с некорректными заимствованиями.

Выдающийся ученый Максимцев возглавляет выдающийся университет: СПбГЭУ в антирейтинге «Диссеропедии» занимает прочное второе место по России, следом за Финансовым университетом при Президенте РФ. Правда, Финансовый университет создал комиссию для изучения плагиата своих сотрудников [3]; не хочет ли ректор СПбГЭУ Максимцев создать аналогичную комиссию? И начать проверку с себя…

«Первым делом — самолеты»

Советский Союз традиционно славился строительством самолетов и ракетно-космической техники. Сегодня, помимо тех безрадостных новостей, которые поступают с предприятий и космодромов, мы наблюдаем явно тревожные сигналы со стороны учреждений высшего образования, относящихся к аэрокосмической отрасли.

МГТУ им. Баумана — ведущий вуз страны, обучающий в том числе ракетно-космическому машиностроению. Полюбуемся на диссертацию ректора вуза, доктора технических наук А. А. Александрова [4]: по крайней мере 80% страниц содержат масштабные заимствования из нескольких источников. Зато в 2014 году профессор Александров возглавил список лауреатов [5] премии Правительства Российской Федерации в области образования.

Перенесемся из Москвы в Петербург. Ректор Санкт-Петербургского государственного университета аэрокосмического приборостроения (ГУАП) Ю. А. Антохина сообщает: «Одна из главных идей — объединить образование и науку, причем так, чтобы наука, продвижение молодежи стали во главу угла» [6]. Сама ректор успешно объединила образование и науку в своей диссертации, посвященной ситуационному управлению качеством проектов технического университета [7], использовав при этом передовой «игошинский» метод (как известно, депутат Игошин для своей диссертации использовал текст другой работы, заменив повсюду слово «шоколад» на слово «мясо» и оставив без изменения выводы). Антохина выступила достаточно смело: ткацкая фабрика с десятью станками и десятью рабочими превратилась у нее в лабораторию микроэлектроники научно-исследовательского центра ГУАП с десятью стендами и десятью операторами. Как нетрудно догадаться, «станки» были везде заменены на «стенды», а «рабочие» на «операторов», и при этом результаты работы лаборатории ГУАП в точности совпали с результатами работы ткацкой фабрики! Диссертация Антохиной была успешно защищена в СПбГЭУ в 2014 году. А в 2015 году ректор ГУАП Юлия Антохина стала лауреатом премии Правительства РФ в области образования. Вполне логично, не правда ли?

Теперь риторический вопрос: насколько можно доверять отечественному ракето- и самолетостроению?

Впрочем, если кто-то думает, что зато у нас хорошо с машиностроением, пусть посмотрит на диссертацию ректора Московского государственного машиностроительного университета (МАМИ) А. В. Николаенко [8], в которой «1995–1996 гг.» превращаются в «2003–2005 гг.», Новосибирск в Москву, а численные данные остаются теми же самыми до третьего знака после запятой…

«За советскую семью образцовую»

Про образцовое семейство Забелиных Диссернет уже писал [9], но нелишним будет напомнить. В этой талантливой семье — папа, мама, двое деток — суммарно на четверых трое ректоров и трое проректоров московских вузов. И у каждого по списанной диссертации [10]. В коллекции ректоров — только трое представителей семьи: папа, мама и сын; дочка значится на сайте Диссернета как «бывший ректор МАСИ». К сожалению, мало оснований думать, что приставка «бывший» как-то связана с липовой диссертацией Светланы Алексеевны.

Между тем опыт ликвидации семейного подряда у Министерства образования имеется. Многие помнят семейство Жуковых-Федякиных, окопавшееся в Российском государственном социальном университете [11]. Напомним также, чем кончилось дело в соответствии с приказами Минобрнауки: ректор РГСУ Л. В. Федякина лишилась своего поста (но осталась доктором наук, несмотря на то что одной из причин увольнения назывался плагиат в ее докторской диссертации). Сестра Федякиной — Г. В. Жукова, самый молодой доктор наук, — напротив, лишилась ученого звания, после чего покинула все занимаемые должности в вузах и экспертных советах [12].

Культурно-экономические связи

Еще один ведущий вуз страны, теперь в области культуры: Всероссийский государственный университет кинематографии им. Герасимова, знаменитый ВГИК, цитадель отечественной киноиндустрии, альма-матер многих великих актеров и режиссеров. Кто же возглавляет этот матерый университетище? Знакомьтесь: ректор Владимир Сергеевич Малышев, в своей диссертации по экономике [13] «намешал несколько текстов разной тематики, автоматически заменив ключевые слова источников ведомственными канцеляризмами типа „управление процессом инвестирования отрасли культуры“ или „услуги социально-культурного назначения“» (из экспертизы Диссернета). Кстати, говорят, что на административной должности директора Госфильмофонда СССР этот человек, еще без липовой ученой степени, был вполне уместен — по крайней мере, ни в каких скандалах, вроде увольнения ведущих сотрудников, замечен не был… Что ж, как известно, каждый руководитель стремится достичь уровня своей некомпетентности; вопрос только в том, насколько окружающая среда этому сопротивляется или, наоборот, способствует.

Однако не только у Забелиных талантливые дети. Сын ректора ВГИК — Андрей Владимирович Малышев — тоже не пиццу развозит: директор департамента государственной поддержки искусства и народного творчества Минкультуры России. Видимо, при определении того, какое искусство и творчество достойно поддержки, он опирается на данные своей диссертации по экономике [14]. Опять сошлемся на эксперта Диссернета: «При копировании в работу диссертанта текст оригинального источника списывался блоками от одного абзаца до целых листов вместе со ссылками на третьи источники <…> Греция была заменена на США с полным сохранением описываемой ситуации» . Как видим, игошинский метод не теряет своей актуальности.

Как вы думаете, что общего у диссертаций двух Малышевых? Конечно, научный руководитель. Ситуация стандартная, только в данном случае она интересна еще и тем, что этот руководитель тоже экспонат нашей коллекции, ректор Санкт-Петербургского института кино и телевидения А. Д. Евменов [15]. Именно он помог отцу и сыну оформить нарезку из нескольких источников и защитить ее в качестве диссертации. Интересно, что ректор Евменов связан неразрывными узами с еще одним ректором из коллекции, поскольку является заместителем председателя диссовета в Институте проблем региональной экономики РАН; председатель же диссовета — лично директор ИПРЭ РАН С. В. Кузнецов, бывший дважды научным руководителем и трижды оппонентом крайне сомнительных диссертаций [16]. Неудивительно, что именно этот диссовет недавно единогласно признал, что массовые некорректные заимствования на 116 страницах диссертации С. С. Неустроева [17] (тоже из коллекции — директор Института управления образованием РАО) никак не влияют на ее научную новизну и выдающиеся результаты.

Ректорские «карбункулы»

«Карбункулом» на диссернетовском жаргоне называется диссертация, полностью списанная с одной чужой диссертации, то есть чужая работа с новым титульным листом. Нашлись такие и у ректоров.

В феврале 2016 года Министерством образования и науки исполняющим обязанности ректора Московского государственного лингвистического университета (МГЛУ) был назначен полковник, бывший декан факультета зарубежной военной информации Военного университета Министерства обороны РФ И. В. Манохин. Его кандидатская по истории, защищенная в 2003 году, практически полностью копирует работу, защищенную В. В. Вороновым в 1999 году, — вплоть до названия «Вооруженные формирования на территории Сибири в период гражданской войны и военной интервенции…», различающегося только в хвостовой части («в 1917–1922 гг.» — у Воронова, «историография и источниковедение проблемы» — у Манохина) [18].

От полковника, командующего лингвистами, перейдем к педагогам. Текст кандидатской диссертации по педагогике ректора Санкт-Петербургского Смольного института РАО А. И. Сальникова полностью (включая авторский текст, цитаты, ссылки и даже заключение) тождественен тексту диссертации его научного руководителя С. В. Литвиненко [19]. Защищался этот шедевр педагогической мысли в РГПУ им. Герцена. Кстати, господин Литвиненко, бывший проректор Полярной академии, знаменит тем, что его собственная диссертация была в 2014 году признана плагиатом по решению суда [20], — впрочем, парадокс состоит в том, что по действующему положению степени его лишить невозможно ввиду истекшего срока давности.

Другой педагогический «карбункул»: диссертация ректора Ленинградского областного института развития образования (ЛОИРО) О. В. Ковальчук [21]. Эта работа за 2005 год, посвященная повышению эффективности образовательной деятельности, скопирована с диссертации Г. Е. Шмыриной, защищенной годом ранее, в 2004 году; эксперт Диссернета сообщает: «При копировании в работу диссертанта текст оригинального источника списывался блоками от одного абзаца до целых листов вместе со ссылками на третьи источники <…> Также на протяжении всей работы „региональными“ заменяется на „муниципальными“ <…> и механически переведены даты на один год позже: 2001 стал 2002, 2002 стал 2003 и т. д. На стр. 58 „Департамент образования Ямало-Ненецкого автономного округа“ заменен на „Комитет образования Ленинградской области“». Игошинский метод живет и побеждает!

Немного о причинах

Как видно даже из этого краткого обзора, ситуация с ректорами довольно удручающая. А ведь мы еще не рассмотрели категорию (ди)ректоров-диссерорезов — тех, кто отличился на ниве помощи другим людям по защите их липовых диссертаций.

Например, у чемпиона диссерорезного дела из нашей коллекции, А. Н. Пыткина, директора Пермского филиала Института экономики УрО РАН, число «чужих кейсов» — 33! [22] У Л. А. Бокерии, директора НЦССХ им. Бакулева, — 16! [23]

Почему же всё так ужасно?

К самим ректорам вопросов нет: понятно, что они для того и защищают липовые диссертации и помогают в этом другим, чтобы взойти на вершину пирамиды. Вопрос не в этих людях, а в реакции окружающей среды. В условиях, когда репутационные издержки обществом игнорируются, должны быть какие-то другие механизмы защиты. Однако какие тенденции мы видим в последнее время? Министерство образования последовательно проводит во многих вузах схему по изменению уставов, лишая ученые советы какого-либо права влиять на выборы ректора. Алгоритм простой: меняется что-нибудь в названии вуза или в его форме (например, был «бюджетный», стал «автономный»), после чего без участия ученого совета принимается устав, лишающий университет права выбора ректора. В результате все решения о назначениях ректора передаются исключительно на уровень министерства и в конечном итоге оказываются в руках одного конкретного, далекого от сферы образования чиновника. Вдобавок некоторые сотрудники департамента Минобрнауки по кадрам сами попали в базу данных Диссернета: например, диссертация заместителя директора департамента С. И. Охоты содержит массовые заимствования вкупе с контекстными заменами [24]. А директор департамента В. Ю. Голубовский засветился в качестве научного руководителя весьма сомнительной диссертации А. А. Чекалина [25].

Неудивительно, что периодически назначение ректора сопровождается скандалом — как, например, при назначении полковника И. В. Манохина и. о. ректора МГЛУ или при спешной «переброске» ректора закрытого ввиду неэффективности МАТИ А. В. Рождественского в МАИ. (Месяц назад профессор Рождественский покинул пост и. о. ректора — уж не диссертационный ли скандал этому поспособствовал? Помимо собственной списанной диссертации за плечами Александра Викторовича четыре случая научного руководства чужими липовыми диссертациями [26].) А можно еще вспомнить столь же внезапное назначение профессора противопожарной безопасности УГПС МЧС Д. Ю. Минкина директором Петербургского института ядерной физики, воспринятое физиками-ядерщиками как личное оскорбление [27]. Вряд ли можно считать случайностью тот факт, что все перечисленные люди являются обладателями фальшивых диссертаций; беда в том, что система не отторгает раковые клетки, а заботливо внедряет их в организм, сигнализируя о потере иммунитета.

От редакции

Редакция ТрВ-Наука рассматривает эту публикацию как официальное обращение в Министерство образования и науки и в соответствии с Законом о печати РФ просит ответить на следующие вопросы.

1. Считает ли Минобрнауки допустимым наличие у ректоров государственных вузов списанных диссертаций? В частности:

1а. Учитывает ли Минобрнауки доброкачественность диссертаций при назначении ректоров?

1б. Считает ли Минобрнауки профессионально компетентными ректоров — авторов списанных диссертаций?

1в. Считает ли Минобрнауки авторов списанных диссертаций достойными занимать должность руководителя вуза с этической точки зрения?

2. Конкретно, считает ли Минобрнауки профессионально компетентными и этически достойными ректоров, упомянутых в статье?

3. В ситуации, когда по действующему положению ВАК не рассматривает диссертации, защищенные до 2011 года, принимает ли Минобрнауки меры, чтобы удостовериться в факте списывания такой диссертации лицом, занимающим должность по назначению Минобрнауки, если данные об этом появились в средствах массовой информации? Если да, то какие? Если нет, то почему?

4. Считает ли Минобрнауки правильным, что кадровыми вопросами в министерстве занимается автор списанной диссертации — заместитель директора департамента по кадрам С. И. Охота?

5. Согласно ли Минобрнауки, что научное руководство списанной диссертацией является дисквалифицирующим фактором для занятия В. Ю. Голубовским должности директора департамента по кадрам, поскольку показывает в лучшем случае отсутствие профессиональной компетентности?