Слияние и поглощение

Новость о слиянии РОСИЗО и ГЦСИ — вернее, превращении центра современного искусства в подразделение РОСИЗО — быстро разлетелась по соцсетям, но особого взрыва эмоций не вызвала. Просто потому, что это уже настолько закономерный и ожидаемый шаг нынешнего руководства Минкульта, что тут нечему удивляться. Государственный центр современного искусства давно потерял ценность в глазах министра культуры Владимира Мединского. В течение последних лет центр подвергался финансовым сокращениям и частой критике со стороны министерства за то, что там показывается: Мединскому, как известно, не нравятся видеоарт и «груды кирпичей», да и просто то, что в стенах ГЦСИ допускается слишком много вольностей, не все еще доведено до командно-административной системы, идеальной для членов Российского военно-исторического общества, которое возглавляет Мединский и которому симпатизирует нынешний глава РОСИЗО Сергей Перов. Последний сформулировал свое кредо в интервью «Известиям», после того как его назначили главой музейно-выставочного центра: «В военном училище меня научили самому главному: организовывать процессы и людей под эти процессы».

Интерес к опальной организации у Минкульта сохранялся лишь по одной-единственной причине: ГЦСИ сумел создать большую сеть филиалов по России. Эти региональные центры, в отличие от прочих попыток создать похожую сеть, успешно функционируют, несмотря на бюджетные проблемы. У одних есть новые музейные здания в стратегически важных городских точках (Арсенал в Нижегородском кремле), другие активно создают мероприятия международного масштаба (Уральская индустриальная биеннале в Екатеринбурге). Тот же Арсенал был лакомым кусочком, который разного рода борцы с современным искусством и сторонники патриотической пропаганды уже давно старались всеми доступными способами заполучить. Теперь, скорее всего, свои мечты они смогут осуществить через новое объединение. Что касается самого РОСИЗО, то у него есть конкретный интерес в случае этих региональных филиалов: центр уже начал осуществлять проект «Место встречи с искусством» — образовательную программу для малых и средних городов России. Учащиеся на педагогов студенты должны познакомить россиян «с творениями Кузьмы Петрова-Водкина, Александра Дейнеки, Исаака Бродского, Петра Кончаловского, Юрия Пименова, Михаила Штейнера, Митрофана Грекова, Александра Лактионова и других советских художников». Этот проект вырос из запроса министерства на пропаганду советского искусства, которая стала важной составляющей сегодняшней культурной политики. Я не оговорился: именно пропаганду, а не анализ, реинтерпретацию или какой-то иной критический подход. Достаточно вспомнить выставку «Романтический реализм», которая делалась силами того же РОСИЗО. Вероятно, филиалы бывшего ГЦСИ будут включены в расширенную версию программы такого рода — и не обязательно такую уж белую и пушистую.

В уже цитировавшемся интервью Перов недвусмысленно заявил: «Вы знаете, что раньше РОСИЗО называлось “РОСИЗОпропаганда”? Мы не будем так называться, но нельзя отрицать, что все, что связано с культурой, так или иначе влияет на повседневную жизнь». А пропаганда советского искусства сегодня идет рука об руку с политическим курсом: никаких проблем, одни достижения, победы. Я не принадлежу к тем, кто считает, что, кроме пропаганды, в советском искусстве ничего нет и не было, но тот подход, который демонстрирует нынешняя государственная политика на этом направлении, превращает все эти «более 40 тыс. единиц хранения» в РОСИЗО исключительно в инструмент пропаганды: у нас было все хорошо и сейчас хорошо, мы ничего не обсуждаем, не критикуем и критиковать не будем. Тишь, да гладь, да божья благодать. Казалось бы, задача по-настоящему живой музейно-выставочной организации должна была бы заключаться в другом — демонстрировать и анализировать все те противоречия, которые стояли за этим искусством. Но это идет вразрез с нынешним курсом государства.

В этом смысле важно обратить внимание на выставку, которая проходит в Галерее РОСИЗО (павильон «Культура» на ВДНХ) и называется «Всегда современное. Искусство XX—XXI вв.». Уже из названия видно, что художественная деятельность вырывается из истории, выносится в какое-то метафизическое измерение — не важно, как это сделано, когда, зачем, почему, кем и для кого. Там есть зал, посвященный современному искусству в широком понимании (от концептуалистов до живописцев, дебютировавших в 2000-е), — он тенденциозный: большинство работ предоставлено галереей «Триумф», что вряд ли может показать объективную картину постсоветского искусства. Но этот зал — легкая уступка времени. В двух других показывают искусство первой и второй половины ХХ века, и в этой части экспозиции все сделано наоборот: авангард вместе с АХРР и соцреализмом, позднесоветская живопись с нонконформистами. Понятно, что принцип не смешивать «официальное» и «неофициальное», которого придерживались кураторы и исследователи в постсоветские десятилетия, здесь просто откинут. Конечно, однозначная сегрегация «официального» — зеркальная советской сегрегации авангарда и «неофициального» — заслуживала критики, но «счастливое» объединение всего со всем без показа конфликтов, которые сопутствовали появлению всех этих работ, ничем не лучше. Тут мысли нынешних властей про «общую историю» воплощены в экспозиции. Нам говорят (и это не Перов придумал, это линия партии и правительства), что вот есть российское искусство и оно гармонично объединяется в «вечной России». Впрочем, как всегда, кое-что в этой «симфонии» остается за скобками: в почти неразличимом разнообразии вы не найдете многое из искусства XX и XXI веков, что не соответствует борьбе за «традиционные ценности» и «русский мир». К сожалению, в ГЦСИ этот процесс начался еще до его слияния с РОСИЗО, когда Петра Павленского исключили из числа номинантов «Инновации».

И тут стоит вернуться к ГЦСИ: его фонды, конечно, уничтожать или расформировывать никто не будет. Их захотят капитализировать и использовать в нуждах текущего государственного курса. Ясно, что это не авангард, который можно успешно отправлять в бесконечное турне по зарубежью, но что-то подобное в новой структуре явно придумают. С другой стороны, какая-то часть обширной коллекции ГЦСИ, как ни печально, может попасть в выставочные проекты, аналогичные «Всегда современному...» или «Романтическому реализму». Сегодняшняя пропагандистская машина всеядна.