Саша + Женя = Надежда

Надежда Савченко летит на родину, 25 мая 2016 года

25 мая президент РФ Владимир Путин помиловал Надежду Савченко. Не просившая о милости, не признавшая вины и открыто глумившаяся над российским правосудием, украинская летчица взошла на борт присланного за ней в Ростов-на-Дону президентского авиалайнера и отбыла на родину. В киевском аэропорту Борисполь ее встречала ликующая толпа: журналисты, политики, обычные граждане Украины.

Адвокат украинской летчицы Илья Новиков рассказывает: Савченко, услышав накануне о предстоящем через несколько часов освобождении, отреагировала очень спокойно. Из СИЗО города Новочеркасска в ночь с 24 на 25 мая ее доставили в аэропорт Ростова-на-Дону. Туда же прибыл и сам Новиков с бумагами, подтверждающими уплату наложенного судом штрафа, на который подписанный Путиным указ о помиловании не распространялся.

Примерно за час до того, как Савченко доставили в аэропорт Ростова, в правительственном терминале Внуково 3 приземлился небольшой самолет специального отряда «Россия» Ан-148, на борту которого из Киева на родину прибыли двое бойцов милиции самопровозглашенной Луганской народной республики (ЛНР) — Евгений Ерофеев и Александр Александров. Этих россиян, захваченных солдатами ВСУ чуть более года назад на Востоке Украины и давших показания о том, что они являлись на момент пленения действующими военнослужащими Главного разведывательного управления (ГРУ) Генштаба Минобороны РФ, накануне, 24 мая, помиловал президент Украины Петр Порошенко. У трапа их встречали радостные жены. Издалека объятия воссоединившихся супружеских пар фиксировали съемочные группы государственных телеканалов. «У входа в спецтерминал аэропорта Внуково стояли двое охранников со списком тех, кому разрешен въезд, — рассказывает корреспондент «Новой газеты» Павел Каныгин. — Журналистов четырех допущенных телеканалов — Первого, НТВ, ВГТРК и RT предупредили о событии еще рано утром. Однако кроме меня, сотрудников радио «Свобода» и канала Life, там никого не было. Ни ликующих толп, ни групп поддержки, ни активистов патриотических движений, ни представителей ЛНР».

Обман и обмен

Надежда Савченко была захвачена ополченцами ЛНР 17 июня 2014 года неподалеку от Луганска рядом с местом гибели журналистов ВГТРК Антона Волошина и Игоря Корнелюка. На тот момент она воевала в качестве добровольца в батальоне «Айдар» и занималась, по ее словам, эвакуацией раненых. По версии российских следователей, в тот день она умышленно навела огонь артиллерии на телевизионную группу, для чего, будучи уже раненной в руку, залезла на вышку ретранслятора мобильной связи. Вскоре после задержания ее якобы отпустили по приказу командира батальона «Заря» Игоря Плотницкого. Вместо того чтобы пробираться к своим, летчица незаконно перешла границу с Россией, где попала в руки чекистов и предстала перед судом города Донецка Ростовской области, который приговорил ее к 22 годам тюрьмы. Сама Савченко утверждает, что ее силой вывезли в Россию, где пытались склонить к самооговору, а затем преступно осудили. Защита Надежды предоставила массу доказательств, свидетельствующих, что она физически не могла совершить преступления, в которых обвинялась, но суд отказался их рассматривать. Савченко неоднократно объявляла голодовки, в том числе сухие, пела на скамье подсудимых гимн Украины и показывала судьям неприличные жесты. За время пребывания в СИЗО она была избрана депутатом Верховной рады Украины, стала членом постоянной украинской делегации в ПАСЕ, а также получила звание героя Украины (см. NT № 10 от 28 марта 2016 года).

Капитан (в отставке) Евгений Ерофеев и сержант (в отставке) Александр Александров были задержаны в Луганской области в мае прошлого года во время боя, в ходе которого смертельные ранения получил солдат ВСУ. Они оба сразу же назвались российскими военными. После захвата их прооперировали украинские медики — Александров был ранен в бедро, а Ерофеев — в плечо. На следующий день после пленения Минобороны РФ заявило, что оба они отставники, а на территорию Украины поехали по зову сердца защищать русский мир (см. NT № 17 от 25 мая 2015 года). На Украине, однако, их посчитали «бойцами ГРУ». А в апреле 2016-го признали в киевском суде виновными в ведении террористической деятельности и приговорили к 14 годам лишения свободы.

Во Внуково Александрова и Ерофеева встречали жены, Москва, 25 мая 2016 года

Идея обменять Савченко на Ерофеева и Александрова многократно озвучивалась представителями обеих сторон. К переговорам по вопросу освобождения летчицы присоединились международные организации. Об этом просили Путина главы различных государств, в том числе США, Франции и Германии.

«Переговоры об обмене велись на уровне президентов, — заявила NT Оксана Соколовская, адвокат Ерофеева. — Окончательная договоренность была достигнута накануне, 24 мая. В последнее время Ерофеев ждал возвращения домой и рассчитывал на скорый обмен. Для этого приговор ему должен был вступить в законную силу».

Но вступления приговора в законную силу — а это произошло 23 мая — было недостаточно. Отдельной коллизией стало и другое условие — прошение о помиловании. Надежда Савченко отказалась подавать его Путину. Как объяснил перед телекамерами (принимая у себя 25 мая вдову Корнелюка и сестру Волошина) сам российский президент, с соотвествующим прошением к нему некоторое время назад обратились родственники погибших журналистов.

Издалека объятия воссоединившихся супружеских пар фиксировали съемочные группы государственных телеканалов

В Киеве, по словам Валентина Рыбина, адвоката Александрова, вопрос с ходатайством о помиловании был решен «совершенно зеркально». Благо 14 мая президент Украины, уточнил адвокат, «своим указом расширил круг лиц, которые могут подавать соответствующие ходатайства». Однако на вопрос NT, кто именно ходатайствовал за Ерофеева и Александрова, Рыбин отвечать отказался: «Мы эту информацию не разглашаем».

Так или иначе, источники NT и в Москве, и в Киеве обращают внимание на то, что адвокаты Ерофеева и Александрова ставили для себя «короткие сроки для решения всех проблем». Павел Каныгин, корреспондент «Новой газеты», подробно описывавший суд над Александровым и Ерофеевым, убежден: реальными заказчиками, оплачивавшими работу защитников двоих россиян, были не родственники обвиняемых, как об этом заявлялось официально, а российское посольство. «И Рыбин, и Соколовская, и покойный Юрий Грабовский (один из адвокатов Александрова, убит в марте 2016 года. — NT) находились в очевидных отношениях с российской стороной, общались с консулом во время перерывов процесса и после заседаний, — вспоминает Каныгин. — У меня есть данные, что им очень хорошо платили. Недаром одной из основных версий убийства Грабовского является именно ограбление».

Президентский поступок

Первым примерные сроки обмена Савченко на Александрова и Ерофеева, как, впрочем, и сам факт готовящейся сделки, обозначил в телефонном разговоре с Надеждой в присутствии ее матери и сестры президент Украины Петр Порошенко — разговор состоялся 19 апреля, на следующий день после оглашения приговора двум россиянам в Голосеевском районном суде Киева. «Порошенко тогда сказал: ждать осталось недолго, обмен состоится сразу после вступления в силу приговора россиянам, но ему никто не поверил», — вспоминает в разговоре с NT Илья Новиков, адвокат Надежды Савченко. — Сегодня слова, особенно сказанные политиками, настолько обесценились, что их уже никто не воспринимает всерьез».

Ну а дальше вокруг вопроса об обмене, считает Новиков, возникло много постороннего шума: «Постоянные заявления, что все сорвалось, вбросы информации о перенесении сроков, противоречивые сведения о подаче апелляций и прошений о помиловании… Весь этот хоровод информационных поводов не имел к реальности никакого отношения».

Савченко в плену, 19 июня 2014 года

А между тем перед Порошенко стояли весьма трудные задачи: не только договориться с Путиным, но и убедить Савченко, измученную невыполненными обещаниями об освобождении, прекратить очередную голодовку. «Все дальнейшие действия (Порошенко), вероятно, были вызваны желанием подстраховаться, — продолжает Новиков. — Потому что, как я понимаю, Путина в принципе коробила сама мысль о том, чтобы помиловать Савченко. А уж если Надежда отказалась писать прошение — это вообще немыслимо. Отпустить не покоренного, не сломавшегося человека — не по-пацански».

Новиков уверен: именно с учетом этих обстоятельств начали готовить запасной вариант выполнения договоренностей, заключавшийся в передаче осужденных для отбывания наказания в своей стране. Причем на условиях, что каждая сторона может подавать информацию об этом так, как посчитает нужным. В итоге Александров и Ерофеев не стали оспаривать приговор, он вступил в законную силу — и на следующий же день Порошенко подписал указ о помиловании.

«Не знаю, как это звучало по-французски и по-немецки, но, думаю, что Путину сказали, чтобы он перестал выпендриваться и срочно подписал аналогичный документ, — предположил Новиков, имея в виду состоявшиеся в ночь накануне обмена переговоры лидеров «нормандской четверки», в ходе которой тема освобождения Савченко, как указывают источники NT, была главной. Разговор шел ночью неспроста — к ним явно решили подключить и американцев, нивелировавшаяся разница во времени между двумя полушариями дала такую возможность.

Впрочем, Новиков обращает внимание и еще на одну деталь: Путину, оказывается, и не требовалось для принятия решения по Савченко никакой конкретной процедуры, ибо российским законодательством она не прописана: «Чтобы президент принял такое решение (о помиловании. — NT), не требуется ни признания вины, ни обращения к главе государства, ни поклона ему в ноги». Адвокат убежден: Путину в ходе ночного разговора Меркель, Олланд и Порошенко «фактически выкрутили руки».

Нестыковка

В России сразу же после обмена Савченко на двоих россиян федеральные СМИ и провластные блогеры разразились очередными панегириками в адрес Владимира Путина и российских дипломатов, сумевших вернуть на Родину «наших ребят». «А ведь больше года до этого их судьба практически никого не интересовала», — замечает Илья Новиков.

«У нас сейчас не Великая отечественная война, когда по приказу Сталина все попавшие в плен считались врагами народа. Я этих ребят не обвиняю. Не знаю, какую они могли раскрыть военную тайну»

Отдельные вопросы вызвала и встреча Путина с родственницами погибших журналистов ВГТРК. Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков, сообщив о встрече Путина с Марианной Волошиной и Екатериной Корнелюк, заявил, что те проявили исключительную гуманность, просили главу государства помиловать Савченко. И далее: Путин поблагодарил Волошину и Корнелюк за их позицию и выразил надежду, что «подобные решения, продиктованные прежде всего соображениями гуманизма, приведут к уменьшению противостояния в известной зоне конфликта и помогут избежать подобных ужасных и не нужных никому потерь». Песков при этом добавил, что за два месяца до этого родственники погибших журналистов встречались с лидером общественного движения «Украинский выбор» Виктором Медведчуком и уже тогда впервые высказались за освобождение летчицы.

Чуть позже построения Пескова, вероятно, не имея на то желания, опроверг отец погибшего журналиста Игоря Корнелюка Владимир Корнелюк. В эфире программы НТВ «Место встречи» он сказал ведущему Андрею Норкину: «Мы посоветовались и решили, что надо поддержать руководство страны, и решили, что даем добро на это дело». Из этих слов следует, что к семьям погибших обратились с просьбой выступить с инициативой о помиловании Савченко со стороны. Или — сверху. Но в любом случае инициатива исходила не от семей.

Каждому свое

Что же теперь может ждать всех троих — Савченко, Ерофеева и Александрова — на родине?

Надежда Савченко, депутат Верховной рады, по словам Ильи Новикова, рассказывала ему о планах работать и в украинском парламенте, и в ПАСЕ, готовить законопроект по суду присяжных, а главное — способствовать вызволению остальных украинцев, находящихся в российских местах заключения. Ни о каких амбициях занять высшие посты в своей стране летчица защитнику не рассказывала, зато 27 мая, на персональной пресс-конференции в Киеве, заявила, что готова, если понадобиться, стать и президентом Украины.

«У нее сегодня есть громадный моральный капитал, — говорит Новиков. — Как им распорядиться, возможно, не знает и она сама. Надеюсь, что ей удастся повлиять на процедуру обмена всех остальных пленных». Также Новиков заявляет, что никогда не слышал от Савченко о тотальной ненависти ко всем россиянам или русским людям.

Вопрос о дальнейшей судьбе двоих россиян выглядит сложнее.

«Александров и Ерофеев — граждане России, не являвшиеся на момент пленения, по официальной информации, российскими военнослужащими, — высказал NT свою позицию бывший заместитель командира Группы «А» («Альфа») КГБ-ФСБ, полковник в отставке Сергей Гончаров. — Теперь они могут заниматься своими личными делами. Они год не были с семьей. Потом будут решать вопросы работы. Никто не собирается привлекать их к какой-либо ответственности, наказывать или преследовать. А вопрос, должны ли спецназовцы сдаваться противнику, решается во время каждой конкретной боевой операции. У нас сейчас не Великая Отечественная война, когда по приказу Сталина все попавшие в плен считались врагами народа».

Ерофеев и Александров на судебном заседании в Киеве, 5 апреля 2016 года

Сам Гончаров «этих ребят» не обвиняет и не знает, какую они могли раскрыть военную тайну: «На суде об этом ничего сказано не было».

Однако источники журнала в силовых структурах, согласившиеся беседовать только на условиях анонимности, в отличие от Гончарова, не стали однозначно утверждать, что с Александрова и Ерофеева «все спишут». «Недавно нас собрал командир и прочел лекцию о доблести и отваге, а также о позоре и предательстве, — рассказал NT на условиях анонимности офицер российского спецназа. — В пример он привел погибшего в Сирии героя России Александра Прохоренко — когда того окружили враги, он вызвал огонь на себя. А Прохоренко он противопоставил двух грушников, сдавшихся в плен на Украине, — они типа «слили» все ради того, чтобы остаться в живых».

Российская власть, состоящая на 70–80 % из людей с чекистским прошлым, не простит Ерофееву и Александрову слабости, утверждает в разговоре с NT другой действующий сотрудник одной из силовых структур, — даже с учетом того, что оба были задержаны с серьезными ранениями, а Ерофеев рассказывал, что планировал подорвать себя, но не смог с простреленным плечом дотянуться до гранаты. «Главное — потом-то они раскололись, подставили государство».

«У нее сегодня есть громадный моральный капитал. Как им распорядиться, возможно, не знает и она сама. Надеюсь, что ей удастся повлиять на процедуру обмена всех остальных пленных»

В то же время еще один собеседник NT, действующий сотрудник ГРУ, замечает: у Ерофеева и Александрова в принципе не могло быть инструкций подрывать себя — «таких инструкций нет»: «Они разминировали мост, ну там их и накрыли — не айдаровцы, и не бойцы какой-то там бригады ВСУ, а специально обученные люди из СБУ, которые специально охотились за нашими военными, чтобы потом предъявить их всему миру. У нас эту фигню все сразу просекли…»

А значит, вполне может случиться и так, что «наши парни» вскоре будут вознесены на постамент, как Анна Чапман (в США) и Андрей Луговой (в Великобритании): да, засветились, наоставляли следов, пришлось оправдываться перед всем миром. Но была же и польза, не за себя же старались — за Родину.

Как быть с остальными

И у Киева, и у Москвы есть планы по обмену всех удерживаемых обеими сторонами узников, утверждает адвокат Оксана Соколовская: «Речь об этом шла уже давно». Однако, по ее словам, сегодня на территории Украины нет больше заключенных, официально признанных российскими военнослужащими.

Другие источники NT говорят, что всего на территории Украины сейчас заключены под стражу около 600 россиян.

Олег Сенцов и Александр Кольченко в российском суде, 25 августа 2015 года

«У киевской власти в плену, безусловно, находятся неназванные военнослужащие российской армии, — отмечает в разговоре с NT еще один адвокат Надежды Савченко, Марк Фейгин. — Их число мне неизвестно, но то, что такие лица есть, — это точно. Могу предположить, что переговоры об их обмене идут. Но пока они не публичны, мотивация Москвы отдавать их за Сенцова (украинский кинорежиссер Олег Сенцов осужден в РФ на 20 лет за террористическую деятельность. — NT; см. NT № 12 от 13 апреля 2015 года) или кого-то еще остается очень низкой. Поэтому процесс может длиться очень долго — месяцы, годы…»

«Освобождение Надежды может повлиять на судьбу остальных узников, но никаких гарантий дать нельзя. Решения зависят от позиции одного-единственного человека, который находится в Кремле»

В то же время Фейгин признает: освобождение Надежды Савченко может повлиять на судьбу остальных украинских узников в России — «их примерно дюжина» — хотя никаких гарантий давать нельзя: «Решения зависят от позиции одного-единственного человека, который находится в Кремле».

«После выхода на свободу Надежды Савченко появилась надежда на освобождение других украинцев, находящихся в российских тюрьмах — соглашается с Фейгиным юрист-международник Владимир Жбанков. — Еще в апреле Минюст России направлял ФСИН поручения о передаче осужденных Александра Кольченко, Геннадия Афанасьева, Олега Сенцова и Юрия Солошенко украинской стороне и проверке отсутствия оснований, препятствующих этой передаче. Олег Сенцов и другие участники «преступной группы» были суждены по особо тяжким статьям Уголовного кодекса, так же как и Надежда Савченко».

По мнению Фейгина, в ситуации, если, к примеру, Европа продлит санкции против России, реакцией Кремля может стать отказ от всякого дальнейшего диалога. «Ситуация с Савченко уникальна, — добавляет адвокат. — Не будь она депутатом ПАСЕ и не возникни вокруг ее дела такого громкого шума, оказавшего влияние на международную политику, она разделила бы общую судьбу».

Фото: Igor Golovniov/zuma wire/zumapress.com, Василий Дерюгин/Коммерсантъ