Original Material
Хулиганы и труженики
Выставка европейского искусства "Манифеста" в Цюрихе
Пятеро полицейских приглашены на ужин в музей преступности, стол накрывает колдун, потчует гостей пластилиновой курицей, а затем погружает их в наркотический сон. Очнувшись, они пытаются выжать воду из ледяной рации и гоняются за невидимым злоумышленником вокруг таинственного куба, на котором возлежит пластиковый леопард.
Фильм Марко Шмитта "Легавые-истребители" вдохновлен "Ангелом-истребителем", гости в фильме Бунюэля примерно так же метались в запертом особняке. Шмитт показывает свое кино в штаб-квартире кантональной полиции Цюриха, а в выставочном зале можно посмотреть на героев фильма: пластикового леопарда и овчарку с дубинкой в заднице и наручниками в зубах.
Тема 11-й кочевой выставки европейского искусства "Манифеста" – "Что люди делают за деньги" – вполне уместна в Цюрихе, городе, населенном исключительно дадаистами и банкирами. Куратор Кристиан Янковский подсунул "бомбу с часовым механизмом": предложил художникам (по мнению обывателя, бездельникам) сотрудничать с людьми, которые занимаются общественно полезным трудом, создать с ними на три месяца, пока идет "Манифеста", совместные предприятия. Фильм Марко Шмитта родился из сотрудничества с полицейским управлением. Писатель Мишель Уэльбек корыстно решил сотрудничать с медиками и выставил созданные в лучших цюрихских клиниках результаты своих анализов, кардио- и рентгенограммы.
Джон Кесслер смастерил огромную кинетическую скульптуру вместе с часовых дел мастером: в шестерни вставлены перья, на мониторах дрожит орел, все крутится и стрекочет, мир превратился в часы с кукушкой, иными словами, спятил.
Среди коллабораций есть экзотические: один арт-проект сделан в школе женского оргазма, другой – в парикмахерской для собак, а самым впечатляющим оказалось сотрудничество художника и ассенизаторов. Майк Буше собрал, спрессовал в брикеты и выставил в огромном зале 80 тонн человеческих экскрементов. Именно столько отходов произвели жители города Цюриха за один день, 24 марта 2016 года. Конечно, было непросто избавиться от запаха, но художник с этой задачей почти справился. Хотя фекальная скульптура стала самым обсуждаем произведением "Манифесты" задолго до ее открытия, в зале, где она выставлена, не так уж много людей. Надеюсь, найдется отважный коллекционер, который ее приобретет и спасет от уничтожения.
На "Манифесте" я наконец-то увидел и знаменитую скульптуру "Чистые руки": кусочек мыла, который, как утверждает ее автор Джанни Мотти, сделан из жира Сильвио Берлускони. Художник говорит, что ему удалось проникнуть в клинику, где тогдашнему премьер-министру Италии делали липосакцию, и похитить драгоценный материал. Клиника утрату отрицает, но мыло-то вот оно:
Самая сложная задача досталась российскому художнику Евгению Антуфьеву, который вместе с протестантским священником сделал инсталляцию в одном из крупнейших храмов Цюриха, Вассеркирхе. Антуфьев решил превратить его в святилище Владимира Набокова, писателя и энтомолога. Распятие над алтарем заменила огромная голубая бабочка, в витринах появились жестянки из-под леденцов, в которых Набоков хранил свою коллекцию, а также розы из сада для слепых и документация одной ночи, проведенной Антуфьевым в набоковском номере отеля в Монтрё, в том числе кусочек гостиничного мыла (на сей раз точно не из человеческого жира).
Норвежский фотограф Торбьерн Рёдланд создал совместное предприятие с одним из цюрихских зубоврачебных кабинетов: на его весьма устрашающих снимках дантист безжалостно выдирает зубы, а протезы смешаны на тарелках с останками кушаний.
В приемной дантиста висит довольно кошмарная картинка, в кабинете – уже не столь макаберная, дабы не огорчать пациентов.
В Цюрихе я остановился в квартале красных фонарей, в краснокирпичном отеле Rothaus, один из номеров которого использует "Манифеста". Художница Тереза Марголлес собиралась посадить за покерный стол мексиканских проституток-трансгендеров, но одну ее героиню убили в декабре прошлого года, другая попала в тюрьму, и пустой гостиничный номер наполняют голоса, рассказывающие об их печальной участи.
В этом же квартале, на Лангштрассе, несколько заведений фастфуда, которые художник Джон Арнольд использовал для своего проекта Imbissy: скромные закусочные будут предлагать посетителям кушанья из роскошных меню государственных приемов и банкетов. Не знаю, как Арнольду удалось повенчать Еmbassy и Imbiss: когда я уезжал из Цюриха, готовить еще не начали, но один из таких гурманских киосков под названием "Палестина-гриль" я сфотографировал.
Джон Арнольд напоминает публике, что политики едят как простые смертные, об этом красноречиво свидетельствует его фотоколлаж:
Упомянуты на выставке и российские труженики. В первом же зале выставки можно посмотреть на работников метрополитена, запечатленных Ольгой Чернышевой: работники хмуры, как Бастилия перед штурмом. Не осталась без внимания и такая важная часть рабочего дня, как обеденный перерыв. Человекоподобные скульптуры Шарон Локхарт отдыхают, как и положено простым строителям, но рядом на мониторе идет рассказ о более затейливом способе скоротать перерыв – принять галлюциногенный наркотик ДМТ, действующий столь недолго, что его называют "обедом бизнесмена".
"Павильон отражений" специально построен для "Манифесты" на цюрихском озере: тут показывают фильмы, а самый именитый участник выставки Маурицио Каттелан и паралимпийская чемпионка Эдит Хункелер устраивают перформанс с инвалидной коляской.
Помимо "Павильона отражений", есть еще две больших площадки, но десятки маленьких выставок "Манифесты" разбросаны по разным районам Цюриха, так что требуется карта, чтобы их отыскать. Например, на железнодорожном вокзале, среди брошюр и альбомов в офисе туристической информации, кроются пейзажи утонувшего континента Му, столь же нереального, как идеализированная туристическая Швейцария.
Идеальной Швейцарии из вокзальных брошюр не существует, но Цюрих – вполне идеальный город для такой гигантской и хулиганской выставки, как "Манифеста". Вспоминаю фиаско 2014 года, когда "Манифесту" проводили в Петербурге. Как и можно было предположить, все сразу пошло наперекосяк. Дело даже не в бойкоте из-за Крыма, политических протестах и скандалах, а в том, что сама страна, и так-то не очень приветливая, а в паршивом крымском году совсем уж насупившаяся и оскалившаяся, отторгала легкомысленную выставку. Было много замечательного (скульптуры Луизы Буржуа в Эрмитаже, красная ковровая дорожка, превращающаяся в бант в зале, где в 1917 году выступал Ленин, старый автомобиль, в который воткнулись два гигантских зуба), но Петербургу "Манифеста" оказалась не нужна, это было мероприятие для иностранцев, половина которых не приехала.
Можно ли представить, что российские полицейские станут сниматься в сюрреалистическом фильме и показывать его прямо в здании МВД? Можно ли разместить в православном храме инсталляцию, посвященную Набокову, подготовленную при участии священника? Даже мыло из жира Берлускони вряд ли кто-то осмелится привезти в Россию, так что, если хотите на него взглянуть, приезжайте в Цюрих.
