"Поймать, зафиксировать..."

Эколог Александр Карпов – о том, как спасти две тысячи скверов и отсудить деньги у депутата Милонова

Радио Свобода продолжает серию очерков о россиянах, которые делают жизнь своих соотечественников хотя бы немного лучше. Директор Центра экспертиз ЭКОМ эколог Александр Карпов уже более 15 лет борется за сохранение скверов и парков в Санкт-Петербурге. Он участвовал в разработке городских законов о зеленых насаждениях и об общественных слушаниях. К тому же Карпов стал первым человеком в истории российского судопроизводства, которому удалось получить компенсацию морального вреда от скандально известного депутата Виталия Милонова.

Александр Карпов – подтянутый человек интеллигентного вида, на зависть автомобилистам передвигающийся по городу с невероятной скоростью на велосипеде. При этом разъезжает он в деловом костюме и при галстуке, ведь в день у него по несколько ответственных встреч.

От организмов к организации

По образованию Карпов – биолог. Мечта изучать "морских зверюшек" возникла примерно в шестилетнем возрасте, осуществляться она начала в биологическом кружке при Дворце пионеров. Потом был университет, кафедра зоологии беспозвоночных, аспирантура. Еще на первых курсах Александр Карпов заинтересовался экологией, но вскоре понял, что знания в этой области в университете получить почти невозможно: у экологов сложилась нехорошая репутация – чуть ли не шпионов.

Много позже одна из преподавательниц рассказала ему о попытке провести бесплатный экологический аудит на консервном заводе, производящем соки. Когда на заводе узнали, что для этого понадобится предоставить данные о материальном балансе завода, от аудита вежливо отказались, а после, в неформальной обстановке, объяснили: зная материальный баланс, можно узнать, сколько завод потребляет воды и, следовательно, сколько производит соков. Но ведь тогда выяснится, какая часть уходит "налево", мимо налоговой инспекции.

Вывод, который Александр Карпов сделал из этой истории, был жестким и однозначным: выступаешь против экологов – значит, воруешь. Впоследствии этот тезис был подтвержден "долгими научными исследованиями". Александр Карпов иронично замечает, что при изучении жуликов-антиэкологов ему очень пригодился опыт, полученный на кафедре зоологии беспозвоночных: "Поймать, зафиксировать, вскрыть, препарировать, посмотреть, что там на самом деле".

В начале 90-х годов было принято много хорошего, наивного законодательства, которое так и не заработало

Перефокусировал внимание с биологической на социальную сферу Александр Карпов во время работы в Санкт-петербургском обществе естествоиспытателей, которое занималось организацией студенческих экспедиций на Валаам. "Мы пытались сделать такую нишу для студентов, где они могли бы заниматься экологической тематикой, – рассказывает Карпов. – Потом мы поняли, что исследовательская деятельность никак не влияет на реальность. И тогда мы стали изучать технологии экологизации решений". Одной из таких технологий является институт независимых экологических экспертиз. В 1999 году на базе Общества естествоиспытателей был создан Центр экспертиз ЭКОМ:

– Какое-то время мы проводили экспертизы, все было хорошо, потом смотрим: опять ничего не работает, опять никому это не нужно. Мы ковыряемся с каждым конкретным решением, тратим на него кучу времени и сил, а в это время вокруг все рушится. В начале 90-х годов было принято много хорошего, наивного законодательства, которое так и не заработало, – тот же закон об экологической экспертизе. Была попытка перейти к западной модели – оценивать экологические последствия каждого проекта, вместо того чтобы оценивать его соответствие бюрократическим бумажкам. Но эта модель у нас не прижилась. И закон об экологической экспертизе был хороший, но он требовал невозможного – экологической оценки любого проекта. Это невыполнимо, поэтому потихоньку это законодательство стали демонтировать, и когда начали обрезать предметы экспертизы, многие вздохнули с облегчением – выполнить тот закон было невозможно. Но ведь наивные экологи и не подозревали, что такое коррупция, а к началу 2000-х государственная экологическая экспертиза была одной из самых непрозрачных и коррумпированных сфер.

"Пора уже писать законы!"

Александр Карпов и его команда пришли к выводу, что никакие экспертизы и аудиты ничего не значат без общественного участия. В качестве примера он приводит американский опыт: в США весь механизм оценки экологического ущерба держится только на том, что вся информация, собранная государственными органами, доступна для граждан, поскольку собрана она за счет налогов, на общие деньги.

– С конца 1990-х мы стали заниматься вовлечением граждан в принятие решений. Сейчас уже никому не кажется, что, если провести общественные слушания, кто-то куда-то вовлечется. Сегодня уже известны другие форматы участия граждан, другое дело, что их сознательно не дают реализовать, но тогда о них никто не знал. В какой-то момент мы поняли: пора уже писать законы!

Взаимодействие центра ЭКОМ с законодательным собранием началось с необходимости защитить от застройки конкретные скверы, то есть с написания писем и походов к депутатам. В итоге Александру Карпову предложили написать закон о зеленых насаждениях, который бы защитил от застройки не один, а все городские скверы. На эту работу ушло шесть лет, включая проведение законопроекта через парламент. Теперь Александр Карпов на вопрос о том, сколько же скверов он спас от уничтожения, с полным правом называет число, близкое к двум тысячам – ровно столько, сколько перечислено в этом законе.

В действительности отдельные скверы все равно приходится отстаивать в драматичной борьбе с застройщиками. Александр Карпов вспоминает, как на месте одного из скверов в Красногвардейском районе хотели построить шесть многоэтажных домов. В ответ на многочисленные скандалы по поводу уплотнительной застройки тогдашний губернатор Валентина Матвиенко ответила популистским обещанием не застраивать скверы, где проведено благоустройство и имеется детская площадка. Тогда местные жители пошли с шапкой по кругу, собрали 200 тысяч рублей, провели за свой счет благоустройство и сделали детскую площадку, а потом предъявили все это губернатору. Стройку отменили, сквер по-прежнему на месте.

Наступил кризис 1998 года, стройки остановились – это и помогло провести закон

По словам Александра Карпова, участие Центра экспертиз ЭКОМ в этом деле состояло только в том, чтобы вовремя информировать инициативных граждан об открывшейся возможности. Эколог настаивает, что центр никогда сам не затевает борьбу за тот или иной городской объект, но всегда помогает людям, сплотившимся вокруг хорошего дела: экспертизами, расшифровками законодательных крючков и лабиринтов, поддержкой в суде.

Еще один документ, над которым также потрудился Центр экспертиз ЭКОМ, – это городской закон об общественных слушаниях. Александр Карпов вспоминает времена губернаторства Владимира Яковлева, когда скандалы бушевали по поводу чуть ли не каждого строительного проекта, а застройщики таскали с одного общественного слушания на другое макет одного и того же здания, втирали присутствующим очки, а потом на месте строили что хотели.

– Это был полный беспредел. И тут партия "Яблоко" пошла в уставный суд, и суд постановил, что порядок проведения общественных слушаний должен регулироваться не губернаторским указом, а законом, и дал два месяца на его разработку. Наступил кризис 1998 года, стройки остановились – это и помогло провести закон. Яблочники сделали важнейшее дело, но заготовки закона у них не было. Я сидел там у них в кабинете и сказал: мы напишем. То есть мы восприняли это все как такой челлендж: вот мы упражнялись в изучении теории, а теперь можно ее применить. И если не мы, то кто? Кто еще в городе знает, что такое общественное участие и как его реализовать?

Закон об общественных слушаниях был написан и принят. И вдобавок его авторы выпустили зеленую книжечку – инструкцию для граждан по его применению, которую немедленно раздали активистам:

– Мне потом активисты Движения гражданских инициатив рассказывали о первых случаях боевого применения этой книжечки, – рассказывает Александр Карпов. – Идут слушания, застройщики проталкивают очередной проект, и все в зале сидят с зелеными книжечками. Представитель местной администрации приходит в зал, начинает говорить, но тут кто-то встает: извините, в соответствии с таким-то пунктом такой-то статьи Закона об общественных слушаниях в Санкт-Петербурге, вы должны – и зачитывает. У чиновника отваливается челюсть, потом кто-то еще встает и зачитывает другую статью закона, и так далее. Через 10 минут чиновник говорит: а что это вы все читаете, дайте мне тоже почитать. Все прерывается минут на 20, а потом чиновник объявляет слушания несостоявшимися – ему и застройщикам надо готовиться заново.

– Толк-то был от этого закона?

Застройщики взвыли, но это здорово дисциплинировало районные администрации

– Да. Мы там применили такую термоядерную конструкцию – предложили наказывать застройщика, который предоставляет недостоверную информацию. Ведь всякое обсуждение не имеет смысла, если тебе на входе дали недостоверную информацию. Это простая мысль, которая почему-то раньше не была реализована. Мы дали четкий перечень документации, которую надо представить, если ее нет или она не соответствует действительности, следует наказание – слушания проводятся повторно. Пока не принесешь то, что есть на самом деле, так и будешь ходить. Застройщики взвыли, но это здорово дисциплинировало районные администрации, которые со временем научились контролировать застройщиков и какие документы те приносят. И застройщики перестали таскать на слушания художественные альбомы, не имеющие отношения к действительности.

Граждане начали эффективно судиться с застройщиками из-за недостоверной информации и блокировать стройки. По словам Александра Карпова, показателем эффективности этого положения в законе является то, что через год его отменили. Тем не менее, хотя закон уже урезали и практически уничтожили, застройщикам и чиновникам при оценке нового строительства по-прежнему приходится учитывать влияние на городские виды и множество других важных факторов. "Система работает, хотя и на троечку", – заключает Александр Карпов.

Однако для того, чтобы система функционировала, приходится работать не только с документами, но и с чиновниками. Особенно ярким было противостояние со скандально известным депутатом Виталием Милоновым, назвавшим Александра Карпова "жуком" и "гадом". Карпов подал против него иск о защите чести, достоинства и деловой репутации и выиграл его, отсудив у депутата 25 тысяч рублей в качестве компенсации морального вреда.

– В суде я говорил о том, что нанесен ущерб деловой репутации и человеческому достоинству. Очень сложная тема – доказать в суде, что те или иные высказывания причинили тебе страдания. А вот человеческое достоинство – это другое дело, это материя, очень важная для общества.

По словам Александра Карпова, ему помогло то, что Милонов пожалел 70 тысяч рублей на лингвистическую экспертизу. Узнав, о каких деньгах идет речь, Карпов предложил сравнить стоимость нанесенного его человеческому достоинству ущерба со стоимостью экспертизы. В результате судья решила, что Милонов должен заплатить Карпову 25 тысяч. И Карпов их получил – не сразу, конечно, а после апелляции Милонова в Горсуд, опять же проигранной, а затем обращения к судебным приставам. Всего Виталию Милонову пришлось раскошелиться на 42 тысячи, если учесть частичную оплату адвоката. Стоит заметить, что Александр Карпов до сих пор остается единственным человеком, которому удалось выиграть суд у Виталия Милонова, да еще получить с него деньги.

"Мы объясняем город"

Александр Карпов является экспертом постоянной комиссии по городскому хозяйству, градостроительству и земельным вопросам Законодательного собрания Петербурга. В списке законов, к которым он приложил руку, значатся еще и законодательство об особо охраняемых природных территориях Петербурга, и экспертиза и разработка поправок к таким важным документам, как Генеральный план Петербурга и Правила землепользования и застройки. Когда город боролся против 400-метровой газпромовской башни, которую хотели возвести прямо за Смольным собором, Центр экспертиз ЭКОМ, естественно, тоже не остался в стороне.

– Мы всегда занимаемся анализом документации, анализом городского законодательства и объясняем их людям. Здесь мы объясняли, как вести себя на слушаниях, что такое высотный регламент, что такое проект планировки и как его обсуждать, что такое отклонение от предельных параметров. Поэтому я и говорю, что мы занимаемся объяснением города – мы раскапываем эти документы и делаем их доступными для горожан. И это всегда резко повышало эффективность действий протестной публики, боровшейся за свои права против разных безобразий.

Ну, и, конечно Центр экспертиз ЭКОМ проводил и проводит самые разные экспертизы – и самостоятельно, и вместе с ВООПИК и другими организациями – докапываясь до информации, опровергая фейковые социологические исследования, обеспечивая экспертное преимущество людям, защищающим свои права.

По словам Александра Карпова, очень трудно было сделать Генплан более экологичным, убедить людей, что это важно. Когда обсуждались Правила землепользования и застройки, Центр экспертиз ЭКОМ выпустил для граждан инструкцию – как правильно читать эти правила. "Это чудесная история, тогда вся информация в СМИ об этом важнейшем документе была только от нас, власти просто не знали, что сказать, им не удалось протащить то, что они хотели, – проект отклонили". Когда настала вторая попытка – опять же благодаря инструкции для граждан, в законопроект было внесено полторы тысячи поправок, так что законодателям пришлось изрядно потрудиться.

Огромное количество жуликов захочет на этом поживиться, а под видом вязов вырубят что угодно

Сегодня Александр Карпов определяет себя не как биолога и не как эколога, а как "человека, который объясняет город". В приоритете у него и его команды городские особо охраняемые природные территории и водные объекты. Сохранение островков живой природы в городе кажется Александру Карпову особенно важным – во избежание возможных экологических катастроф, которые гораздо легче предупредить, чем ликвидировать их последствия.

– Мой любимый пример – это борщевик, с победным шествием которого сейчас не знают, как бороться. А причина не только в том, что его к нам завезли и гибридизировали, но в деградации сельского хозяйства и гибели естественных биоценозов. И таких примеров много. Вот мы вынуждены заниматься голландской болезнью вязов. Мы придумываем, как с ней бороться с участием граждан, ведь по предварительным прикидкам, надо вырубить около 20 тысяч деревьев. Нужно дать людям инструмент контроля, иначе огромное количество жуликов захочет на этом поживиться, а под видом вязов вырубят что угодно.

Если же не заниматься сохранением водных объектов, то, по мнению Александра Карпова, возможна потеря как живых объектов Финского залива и Невы. Для сохранения рек, ручьев и озер, их надо легализовать, "ведь нельзя бороться за то, чего нет", а в водном реестре они часто не значатся. Поэтому Центр экспертиз ЭКОМ поставил себе задачу создать шаблон эффективных действий по сохранению каждого ручья и болота, что позволит в итоге сохранить Финский залив и Неву.

Александр Карпов считает, что современный город не может управляться сверху, из единого центра, он должен управляться горожанами, которые в свою очередь должны научиться это делать. И Центр экспертиз ЭКОМ способствует тому, чтобы таких граждан с каждым годом становилось больше.