«Браслетом не воспользуешься, если тебя держат за руки»

Основатели Nimb рассказали «Медузе» о кольце с «тревожной кнопкой»

Вечером 21 июня Екатерина Романовская — один из двух основателей самого популярного русского сатирического микроблога KermlinRussia — запустила на Kickstarter кампанию по сбору средств на проект Nimb. Это «умное кольцо», помогающее его обладателю быстро сообщить об опасности близким и друзьям. За 17 часов проект собрал запланированные 50 тысяч долларов; его поддержали более 500 человек. «Медуза» поговорила основателями Nimb Екатериной Романовской и Никитой Маршанским о том, как они придумали «тревожное кольцо», как оно будет работать и почему в России его внедрить проще, чем в США.

Объявляя о запуске проекта, Романовская написала в своем фейсбуке откровенный пост (сопровождающийся не менее откровенной фотографией) с рассказом о нападении, которое она пережила 16 лет назад. Тогда неизвестный мужчина нанес ей девять ножевых ранений. Романовскую спас сосед, вызвавший «скорую». «Если технологии уже способны посадить вас в кабину истребителя, не отрывая от дивана, то их непременно стоит использовать, чтобы спасать жизни», — отметила Романовская.

— Вы с самого начала в проекте?

Екатерина Романовская: Я присоединилась к проекту в середине марта [2016 года] — тогда я познакомилась с двумя основателями, Никитой Маршанским и Леонидом Берещанским. Нас свел общий знакомый. Ребята искали коммуникационного директора, а я не искала ничего, я только приехала [в Москву] из Лондона, и мне было просто интересно сходить, послушать, что там у парней.

Мы встретились и проболтали два часа: они рассказали про свой проект, о том, какие у них цели. Я подумала: классно, можно для них много всего сделать. А через неделю, когда я планировала, какие коммуникации им предложить, я подумала, что круто было бы предложить им какую-нибудь личную историю. Потом я такая: вау, я знаю, у кого есть такая история!

Я сказала Никите и Леониду, что вообще-то это очень крутой проект, потому что если бы такое было 16 лет назад, я бы отделалась гораздо легче. Нападение нападением, а через два месяца после того, как меня выпустили из больницы, мы с нападавшим встретились еще раз — просто на улице. Он меня не узнал. Мне нужно было как-то вызвать милицию, а это все было очень сложно, потому что никаких сотовых телефонов еще не было. И я, залитая слезами, лезла через прилавок в маленьком магазинчике за телефоном…

В общем, я очень хорошо понимаю, что это может дать, и как это важно — очень быстро среагировать в такой ситуации. Именно дать знать людям, которым ты доверяешь, потому что я помню, что я не могла дозвониться никуда — ни в 02, где сидят совершенно равнодушные операторы, ни до родителей, ни до других родственников, потому что они с работы уже ушли, а домой еще не пришли.

— Как Никита и Леонид придумали кольцо?

Романовская: У Леонида была девушка, и у нее объявился настойчивый поклонник. Однажды она провела час под окнами своего дома, просто отбиваясь от него. Он сразу выбросил ее сумку с телефоном куда-то на траву и держал обе руки.

В целом, он ничего особого не сделал, конечно, но синяки остались. Она кричала, звала на помощь, никто не приходил, и поэтому Леонид был взбешен и расстроен. И тогда он начал думать, что можно сделать, как можно подать сигнал, даже если обе твои руки держит преступник, даже если тебя приковали наручниками, даже если тебе говорят: «Не двигайся».

Конечно, есть разные устройства — браслеты, цепочки, брелочки и так далее, но ни один из них нельзя использовать, если обе твои руки обездвижены. Кроме кольца, на которое ты всегда можешь нажать, и оно поможет в ситуации, когда у тебя сердечный приступ, когда ты просто физически не можешь сделать звонок. Всегда, даже когда тебе плохо, у тебя есть три секунды, чтобы подать сигнал; и эргономически кольцо устроено так, что у тебя подушечка большого пальца сама ложится на эту тревожную кнопку и совершает вызов.

— Никита, а вы откуда в проекте?

Никита Маршанский: Леонид — мой самый близкий друг, мы знакомы с третьего класса. Когда произошла эта история с его подругой, мы встретились с ним вечером и начали размышлять, как такое вообще возможно в современном мире и как человек может защитить себя и своих близких. Мы сразу подумали о своих сестрах, у обоих они есть, и от этого страха за своих близких проект и родился.

— Я так понимаю, команда находится в Нью-Йорке?

Маршанский: Катя — в Нью-Йорке, вторая часть нашей команды — это Леонид и Дмитрий — находятся в Кремниевой долине, а инженеры, их восемь человек, сидят в Томске.

Один из наших коллег по инженерии сейчас находится в Китае, в Шэньчжэне, потихоньку начинает общаться с заводами. А наши подрядчики, наши коллеги — в Москве. У нас многонационально-многолокационная команда сейчас.

— Ребята в Долине ищут инвесторов или просто продвигают проект?

Маршанский: Они представляют нас там, потому что там очень много людей, с которыми нам интересно было бы взаимодействовать. В ближайшее время мы собираемся заниматься фандрайзингом и привлечением инвестиций для следующего раунда [финансирования]. Потому что сейчас проект мы ведем на свои деньги, но подошли к стадии серийного производства, когда собственных денег недостаточно — это очень серьезные инвестиции.

— Зачем вы шли на Kickstarter? Чтобы собрать денег на старт или о продвижении история?

Маршанский: Для hardware-продукта, как наш, очень важно получить публичное подтверждение концепции проекта. И Kickstarter тут — практически единственный отраслевой стандарт, который котируется во всем инвестиционном сообществе и в медиа. Если проект успешен на краудфандинге, значит он с большой степенью вероятности будет успешен и на потребительском рынке. Поэтому мы вышли на краудфандинг для того, чтобы провести тест нашей концепции на аудитории.

— Первым заказчикам вы собираетесь отправлять устройство в марте 2017 года. Какие сроки по полноценному запуску и сколько будет стоить кольцо?

Маршанский: Розничная цена на продукт будет 149 долларов, и в марте 2017 года мы планируем начать розничные продажи на нашем сайте.

— Nimb, насколько я понимаю, предназначен для связи не только с родственниками и друзьями, но и с полицией. Будете ли вы общаться на этот счет с властями? Я не очень представляю, что в Москве смогу таким образом вызвать полицейских.

Романовская: Ситуация с Москвой понятная, поэтому мы пока не занимаемся маркетингом в ней. Хотя работать кольцо будет — и в целом, можно будет внести любые контакты в свои «круги безопасности». Можно, например, за небольшую плату подписаться на вневедомственную охрану, и они очень быстро приедут. Они на каждом углу в России. Мало кто знает, что они охраняют не только собственность, но и людей — ты можешь просто подписать договор на свою охрану, и тогда они с радостью примут этот сигнал по любому каналу. Это может быть e-mail, роботизированный звонок, push-уведомление в приложении, текстовое сообщение, iMessage — все, что угодно.

— Мне надо будет самому заниматься договором с вневедомственной охраной? Или это часть сервиса?

Романовская: У нас будет такая опция — ты сможешь прямо в приложении [оформить подписку]. Они есть не везде, но есть Россия и еще несколько стран, где они работают очень хорошо.

Сейчас, например, мы ведем переговоры с огромной организацией в Бразилии, которая занимается этим — она отслеживает людей, суда, машины. Их IT-система уже полностью готова для интеграции, все, что нам нужно — заключить соглашение.

Что касается официальных властей — например, диспетчерских центров 911 в Штатах, здесь ситуация потребует, наверное, чуть больше времени и работы с нашей стороны, Но предварительный разговор мы уже начали. Заинтересованность у них высокая, проблема в том, что в 911 нет единой IT-инфраструктуры. У них огромные проблемы с недофинансированием, недоукомплектованием штата, они практически независимые в разных штатах и регионах, и там везде стоят разные IT-системы.

И у них большие проблемы с определением геолокации — а это то, что Nimb делает отлично, но пока интеграция не достигла того, чтобы этот сигнал можно было напрямую передавать на пульт 911. Другой вариант — чтобы этот сигнал приходил на ближайшие к месту отправки патрульные машины. И это тоже можно сделать, мы сейчас работаем в этом направлении.

Мы не можем сказать сейчас, что они точно готовы и мы точно это сделаем, но именно в этом направлении мы и пойдем — интеграция с властями тех стран, которые готовы будут на это пойти. Я думаю, что в России, конечно, полиции глубоко все равно, и она, наверное, не станет этим заниматься. А в США совсем другой вопрос. Здесь полиция очень сильно подотчетна населению, они очень хотят улучшать качество своих услуг, поэтому они заинтересованы во всем, что позволит улучшить статистику по преступлениям.

— В каком еще направлении будет двигаться Nimb?

Романовская: Наша задача — сделать именно систему, то есть воспитать комьюнити, когда люди берут на себя обеспечение безопасности своих родных и близких, членов своего круга. Этот краудсорсинговый компонент — самый главный, неважно, какие будут устройства. Сейчас это кольцо, потому что кольцо — единственная штука, которая позволяет подать сигнал, даже если тебя держат за руки. Его невозможно отобрать с руки до того, как сигнал уйдет, потому что это занимает три секунды.

Но мы будем лицензировать и других производителей, это может быть что угодно. Если кто-то захочет для своих детей браслет или какую-нибудь булавку на рюкзак, или еще что-то, [это можно будет купить]. Мы будем писать приложения под Apple Watch, под все существующие платформы. Нам главное показать, что технологии и общество дошли до такого состояния, когда можно очень много добавить к эффективности уже существующих институтов, обеспечивающих безопасность, просто за счет того, что будет связанность и быстрая реакция. Это инструмент взаимодействия, система, которая обучает людей помогать друг другу.

А дальше уже будут системы, которые защищают всю твою собственность. Будут дроны, которые мгновенно определяют твое положение в высотном здании, на каком ты этаже. Потому что сейчас пользователь может сам вносить это в приложение, а в будущем делать это будет не нужно.

— Кстати, про приложение. Я видел, что там есть профиль человека, который подает сигнал. Можно ли туда вводить какую-то специфическую информацию? Диабет, группу крови?

Романовская: Конечно. Не то что можно, это нужно делать. Твой профиль в системе должен содержать всю критичную информацию для того, чтобы помочь тебе было максимально быстро и легко. Ты вносишь туда частые маршруты и места, где ты можешь быть, указываешь номер квартиры и этаж. Если люди видят по геолокации, что твой сигнал совпадает с твоим частым маршрутом, они наверняка знают — ты в квартире 34.

Ты можешь создавать пре-ивенты, например, когда идешь на какое-нибудь странное свидание. Ты хочешь туда пойти, но ты не уверена. Ты создаешь пре-ивент, и если потом в этот момент ты подашь сигнал тревоги, эта информация будет доступна твоим получателям.

Также ты указываешь, какие у тебя проблемы со здоровьем, какие тебе препараты в случае чего вводить, как и кому сообщить. Классная вещь — система тегов, по которой формируется комьюнити. Например, ты указываешь: я — выпускник Колумбийского университета, я хочу знать, если наш студент попал в беду. Указываешь радиус, в рамках которого ты готов получать уведомления — можешь хоть по всему миру получать — и если что-то происходит с одним из этих людей, ты об этом узнаешь. И этих тегов бесконечное число. Можно создать какую-нибудь группу, например — «Лепрозорий», «помогаем леперам», и точно так же откликаться на эти тревоги.

— Я так понимаю, у вас уже есть как минимум один реальный прототип.

Романовская: У нас где-то с десяток рабочих колец, они раскиданы между Москвой, Сан-Франциско и Нью-Йорком. Потому что разработчики в России, мы — в Нью-Йорке, часть команды на Западе США.

— А кто-нибудь пользуется им каждый день?

Романовская: Я со своим хожу постоянно, мне просто нравится, как оно выглядит. Оно правда красивое, а я капризная, я бы иначе не стала носить. И во время встреч с инвесторами, с прессой я показываю, как это все работает.

Но кольца мы бережем, потому что их мало пока. В Нью-Йорке у нас всего два рабочих устройства, и они постоянно участвуют в каких-то съемках, потому что у нас же такая фэшн-история, оно правда круто смотрится, как дорогая бижутерия.

— Оно, кстати, довольно заметное. Это плюс или минус?

Романовская: То, что оно заметное — это, во-первых, дизайн-тренд на ювелирные изделия, на бижутерию прогрессивных, дорогих марок. Во-вторых, это эргономика. Оно не может быть слишком маленьким, потому что тебе должно быть всегда удобно его нажать.

К тому же оно должно дать фидбэек, чтобы ты случайно не нажал на кнопку. Поэтому на него приходит вибросигнал. И если моя дочь пошла на вечеринку, а я захочу подремать, то [в случае тревоги] мое кольцо завибрирует. Уведомление в приложении я могу пропустить, звонок не услышать, а вибрацию на пальце я вряд ли пропущу, даже во сне.

Если вопрос в том, что Nimb станет узнаваемым в криминальном мире… Представь, это у тебя висит как вывеска: «Этот объект охраняется такой-то системой». Его очень сложно отобрать до того момента, как сигнал уйдет. И когда ты выбираешь себе случайную жертву, скажем, ограбления, ты видишь и понимаешь, что связываться не стоит, потому что человек сразу нажмет на кольцо.

Конечно, если ты — президент США, и в тебя выстрелят из снайперской винтовки, Nimb не спасет. Или к тебе кто-то сзади подойдет и ударит трубой по голове. Но все-таки таких случаев немного. Обычно ситуация как-то развивается: ты сначала замечаешь какую-то подозрительную активность, либо ты идешь где-то [в неблагополучном районе], ты уже готов нажать. Я думаю, то, что оно заметное, будет работать скорее как фактор предотвращения, чем наоборот.

Султан Сулейманов

Рига