В свое время англичане, как и вся цивилизованная Европа, практически не заметили смерти актера и драматурга из Стратфорда. Похоронили его скромно, места в уголке поэтов Вестминстерского аббатства, где уже лежал Чосер и готовили место Бену Джонсону, не предоставили, в весенней дипломатической корреспонденции 1616 г. и письмах ценителей искусства той поры упоминаний об уходе нет. Его собрание сочинений вышло лишь спустя семь лет.

То ли дело сегодня – 400-летие со дня смерти Шекспира отмечено множеством событий. Зальцбургский фестиваль не стал исключением. В бывших соляных складах на острове Пернер в Халляйне неподалеку от Зальцбурга (здесь давно показывают большеформатные спектакли фестиваля) поставили «Бурю», одну из последних пьес Шекспира, полную поэзии и загадок. В отличие от многих спектаклей – копродукций фестиваля это оригинальная постановка, ее потом нигде не увидишь.

Английский режиссер Дебора Уорнер известна интерпретациями Шекспира, в том же Зальцбурге 23 года назад шел ее «Кориолан» с Бруно Ганцем. В новом спектакле тоже занят выдающийся актер – 70-летний Петер Симонишек играет Просперо.

Главный видеогерой
Группа fettFilm, делавшая видео для «Бури», состоит из двух человек – Момме Хинрихса и Торге Мюллера. Они работают с такими режиссерами, как Стефан Херхайм и Вилли Деккер, с фестивалями от Брегенца до Руртриеналле; в Зальцбурге в последний раз делали с Инго Мецмахером и Петером Конвичным оперу Вольфганга Рима «Завоевание Мексики»....
Прочесть целиком

Главный видеогерой

Группа fettFilm, делавшая видео для «Бури», состоит из двух человек – Момме Хинрихса и Торге Мюллера. Они работают с такими режиссерами, как Стефан Херхайм и Вилли Деккер, с фестивалями от Брегенца до Руртриеналле; в Зальцбурге в последний раз делали с Инго Мецмахером и Петером Конвичным оперу Вольфганга Рима «Завоевание Мексики». Среди работ дуэта – отмеченный премией Тараса Шевченко «Летучий голландец» в опере Донецка (2013). В ходе боевых действий в 2014 г. декорации были уничтожены, сейчас театр пытается их восстановить.

Он появляется на сцене задолго до того, как публика заполнит зал, молча сидит и смотрит на рассаживающихся по местам. Позади огромный экран с видом морского прибоя. На берегу пляшут белые тени шутов и акробатов, порой по песку проходит странная процессия в черно-белых костюмах и ярко-оранжевых спасательных жилетах. Позже эти люди материализуются на сцене – это спасшиеся в кораблекрушении во главе с неаполитанским королем Алонзо (Бранко Самаровски) и герцогом Миланским Антонио (Даниэль Фридрих). Оба вельможи – преступники, лишившие Просперо законной власти, тот сполна отомстит им на острове, где царствует безраздельно. Правда, спектакль не похож на триллер или философский трактат о природе власти, это скорее поэтический экзерсис на тему столь важного для позднего Шекспира сна и столь неприглядной яви. Именно здесь звучит фраза, ставшая в этом году фестивальным девизом: «Мы созданы из вещества того же, Что наши сны. И сном окружена Вся наша маленькая жизнь» (перевод М. Донского).

Сна, как и в пьесе, на сцене много, им управляет Просперо, ему помогает переходящий с немецкого на английский Ариэль (Дикки Бо известен как перформансист, много работавший в лондонских театрах трансвеститов). Дух воздуха одет в майку с надписью «Невидимый», Просперо общается с ним, глядя на собеседника в зеркало. Освобождая в финале Ариэля, он разбивает зеркало, тут же замирает видео, чарам конец. Но достаточно ли этих чар для трех с лишним часов?

Из-за затянутых темпов у Деборы Уорнер получилось скорее о маленькой жизни, чем о таинствах сна. В спектакле есть пара по-настоящему чеховских пауз, когда начинает звенеть тишина и зритель чувствует себя отшельником среди толпы. Есть отличная тема «театра в театре» – но слишком лаконично заявленная, чтобы стать стержневой. И есть замечательный Калибан – блестящая работа Йенса Харцера. Что только не приходится ему вытворять: терпеть унижения, лизать ботинки и ступни всяким проходимцам, ходить обнаженным... Еще есть видео, замечательное, как океан из «Соляриса» Тарковского, даже жалеешь о скромности экрана – вот бы на всю сцену растянуть, а он всего-то два на восемь. Но огромный экран раздавил бы пустынную сцену, пространство которой и так выглядит сильнее и глубже всего на ней происходящего. Для чисто театральной радости «Буре» не хватает энергии, а без нее невозможно ставить спектакль об объяснении любви Шекспира к театру – режиссер говорила о подобном решении до премьеры, но сама словно остановилась на полпути. Для радости же интеллектуальной мало трактовок и интерпретаций, которых в связи с пьесой может быть множество, начиная с сюжета «дикая природа – высокая культура», порожденного противостоянием Просперо и Калибана.

Конечно, трио Харцер – Бо – Симонишек стоит потраченного времени. Но четыре года назад на Зальцбургском фестивале на этой же сцене показывали «Бурю» в версии Ирен Брук. Актеры были не такие именитые, зато режиссер смогла придать действию завораживающую динамику. Она в итоге и запомнилась.

Показы продлятся до 21 августа

В Зальцбурге играют «Бурю» Шекспира