"Thieves' authorities think only about its"

Victor Cherepkov, Boris Reznik, Ivan Starikov - about the gangster system in Russia

The speaker of the Federation Council Valentina Matvienko criticized the policies of the regional authorities to improve Yuzhno-Sakhalinsk, adding that in a year she would come with an audit. About this writes RIA Novosti.

The delegation of the SF, led by the Chairman of the Chamber, on a working visit, visited the Sakhalin Region on October 30.

"I do not cease to be indignant: the budget of the Sakhalin region is very large, self-sufficient-and none of this was done. The question arises: where did the money go? Why did the capital of Sakhalin bring to such a state? How are you not ashamed: a biased, groomed, unclean city with such possibilities-20 billion revenues of Yuzhno-Sakhalinsk?" - Matvienko was indignant.

The situation in the Far East and Russian-Japanese relations speak politicians Viktor Cherepkov , Boris Reznik , Ivan Starikov .

Presenter- Vladimir Kara-Murza Sr ..

Full video version of the program

Vladimir Kara-Murza Sr.: Speaker of the Federation Council Valentina Matvienko visited Yuzhno-Sakhalinsk and criticized the appearance of the city: “How are it not ashamed: a bought-up, groomed, unclean city with such possibilities-20 billion revenues of Yuzhno-Sakhalinsk? I do not cease to be indignant: the budget of the Sakhalin region was very large, self-sufficient-and where did the money go?”

The groomed Yuzhno-Sakhalinsk-such is the subtitle of today's conversation with our guest-Viktor Cherepkov, politician and citizen.

Viktor Ivanovich, please remind the history of the accession of these territories to Russia.

Victor Cherepkov: Generally the Dutch opened the Kuril ridge. Neither the Russians nor the Japanese had anything to do with it. It was the XVII century. But Holland did not join. Then they discovered how Columbus - America: he did not annex America to his country. Then there were just the discoverers, they seemed to study the map, the whole world - and that was great! They did not fight, they simply opened and learned this world. And the Dutch, of course, did not claim and do not claim to be chicken.

But later, in the XVIII century, both Siberia and everything else, Russia grew. And during this period, on these islands and on Sakhalin himself, who was almost one and a half centuries, especially South Sakhalin, no one claimed to be. There was not a single Japanese, not a single Russian. There was a local population, which had nothing to do with the Russians or the Japanese.

But during the Russian-Japanese war at the beginning of the last century, Russia was defeated-and the Kuril ridge, the islands and South Sakhalin, as it were, went to Japan. But during the Second World War, after the victory over Germany, of course, Japan was plunged. And these territories were departed to the Soviet Union. Since then, peace agreements have not been on this issue. This is what is listed in many documents. But in fact, this is not so.

In San Francisco in 1951, a peace agreement was signed between the Soviet Union and Japan on these islands. But the dispute still has remained. And they insist that two islands - these are Habomai and Shikotan - are completely Japan. And Kunashir and Iturup - they ask for joint use and joint development. According to Sakhalin, they have not made any special complaints. But for these four islands they have such claims.

Naturally, Putin was there. When Putin met with the Japanese prime minister, there was a conversation on this topic, but he was diplomatic-they seemed to promise something, it was not promised something.

Vladimir Kara-Murza Sr.: And now we have Boris Reznik in touch, for many years a deputy from this region of the State Duma.

Boris Lvovich, Is Valentina Matvienko's indignation with the degree of unfortunate and the appearance of the streets of Yuzhno-Sakhalinsk?

Boris Reznik: Yuzhno-Sakhalinsk is a special one to become a series of Russian cities. The fact is that Sakhalin was very lucky - nature gave this region a colossal amount of hydrocarbon raw materials. And as soon as the Sakhalin-1, Sakhalin-2 projects began, three, four, and so on, when they began to master oil and gas fields, the budget of Yuzhno-Sakhalinsk colossally replenished with bonuses that allocated specifically for the development of the territory. And here it would be possible, of course, in comparison with other cities of the Far East, to turn into a toy, into a picture the city of Yuzhno-Sakhalinsk.

But, unfortunately, there were, as in many other places, other aspirations. The facts are known that the bosses stole it there, they were not until the city of Yuzhno-Sakhalinsk, and other cities-Poronaysk, Holmsk and so on-somehow ennoble them. Therefore, they carry the seal of their long -standing imperfections. And the fact that Valentina Ivanovna poked her nose, as they say, bosses - I think there should be the benefit of this.

Vladimir Kara-Murza Sr.: Viktor Ivanovich, you are a born fighter with corruption. In your opinion, how bad fame does Sakhalin have, like a "black hole", as a corruption enclave?

Victor Cherepkov: The power is far away, and what is happening in the Far East, she, apparently, does not see and does not know. And what discovery did Valentina Matvienko suddenly make for herself? But when Valentina Matvienko was in St. Petersburg, St. Petersburg did not shine very much compared to the times when he was under Peter I.

Vladimir Kara-Murza Sr.: I remember she wanted to knock icicles with a laser.

Victor Cherepkov: Well, of course they have a lot of fantasies. But they are divorced from life. And it's sad. It’s not even sad that on Sakhalin, it is the capital of Sakhalin that is so unegrated. It was she who just saw the unheated streets. And she could not look into the uncomfortable souls of the people who live there, in their social condition. Here you need to look not on the streets, not in the garbage dumps, and so on, but in the first place.

But on Sakhalin, as in the Far East, the same situation. Suppose we take the Primorsky Territory, Vladivostok. Bridges, huge investments, transport arteries ... Three largest - two cable and one low -water - the bridge was built. This is colossal! Thanks for this to all those who were involved in this. Of course, half there was stole. But I now call Vladivostok, as a former mayor of Vladivostok, who knows the whole component well, is a "city under the bridge." These bridges crushed. If you look closely - the sad faces of all the old women, because prices are one and a half times higher in Vladivostok, the fish is 25 percent more expensive than in Moscow, and the quality is worse, because the whole first -grade goes to Moscow, as well as with Sakhalin.

Therefore, of course, the budget is formed incorrectly in Russia and in the regions. There must be a development budget. Now, gas, oil fields and everything else they do not see. They pump, from this have great money. And you know that the last governor of Sakhalin had a very well -maintained internal state, and not only here, but also abroad. Therefore, thieves' power. And since thieves' power, then they do not think about the social protection of citizens, nor about improvement - they think about their wealth and dachas.

Vladimir Kara-Murza Sr.: Ivan Starikov, a Russian politician, in the past, a senator and deputy of the State Duma, got in touch with us.

Ivan Valentinovich, how fair is the glory of Sakhalin as a corruption region and the "black hole" of the Russian budget?

Ivan Starikov: It so happened that you found me at a time when I am traveling in the Vladimir region. The Vladimir region is not a raw material region, there is no corrupting raw material consciousness, "logic of the pipe." I'm pleasantly surprised. I am a man of not an enthusiastic way of thinking, quite critically configured, like your interlocutor, but pleasantly surprised by the state of roads, and even schools that came across the way. This is visible right away.

And regarding Sakhalin. I at one time, being the Deputy Minister of Economics, visited Sakhalin, including in Yuzhno-Sakhalinsk, where fishermen's congresses took place. The situation, it seems to me, is partly fair. This is a donor region-from the point of view of the fact that large hydrocarbons were opened on the shelf when the first platform was delivered. And this region, relatively small in the population, began to gradually gain very serious financial weight.

What Valentina Ivanovna Matvienko saw there, - it seems to me that this is the very story that consists in the fact that the system of election of the governors that was returned (and I experienced it when I was not allowed to the governor’s elections, the notorious filter of municipal deputies worked), it just simulates the chosen governors. Well, there has not yet been a single case to choose an alternative governor. And she just leads to the fact that these people who represent the executive branch (Khoroshavin in the past), in general, from my point of view, understood that from their voters, who go on these broken roads every day, go to these swollen, collapsing schools and hospitals, nothing depends on.

And in this sense, indeed, the corruption vertical, when the governor, in Russian speaking, “loses the shores”, just leads to the very consequences that we see, when a relatively rich region from the point of view of the state of the social sphere, the state of roads, generally makes a miserable impression.

Vladimir Kara-Murza Sr.: Viktor Ivanovich, you tried to be elected in the region. And why does the system not let go, rejects not “its own”, strangers, “objectionable”?

Victor Cherepkov: Well, it cannot be said that they are “their own” or strangers. Not just one clan rejects another clan, those in power reject some other any other-they reject those who are progressive, who do not steal, who create, who approaches this work as a job, and not as an opportunity to give a haste and share something.

If, to become a governor, $ 20 million must be paid, then you can imagine that decent people do not have them. And the fraudulent election system plus the filter is still at the stage of nomination, whom to allow, whom to prevent - in this case the best are eliminated either through the Central Election Commission when the presidential elections, or in the field are going on. And this municipal filter, which is set so that the deputies support this or the other, it does not allow these people to advance. But even if he moves over ... I was elected first mayor in Russia of Vladivostok, who was removed 15 times from the mayor's post. Sometimes I left somewhere and said: "Well, you will hold this place here so that I still return." 15 times! And twice - by the presidential decrees.

Vladimir Kara-Murza Sr.: Boris Lvovich, how typical is the situation on Sakhalin for the entire Far Eastern Federal District?

Boris Reznik: It would be wrong if our listeners had the impression that what was happening on Sakhalin is some exceptional situation. There are many such examples.

My native Khabarovsk Territory. By the way, I was elected from the Khabarovsk Territory, and not from Sakhalin. If you look closely, the region took second place in the country in terms of comfort. Indeed, the center of Khabarovsk is finished exclusively. But we can recall that there are over 500 houses, huts, where it is completely impossible to live, many generations of people live there who do not know what a warm toilet, a warm shower. A long time ago, it would be possible to demolish these houses. And the mayor of Sokolov finds money for anything-for some holidays is completely idiotic, for a all kinds of fun, and to relocate people, they camouflage these houses, block when some guests come, the "Potemkin village" is built.

The Ecumenical scandal was recently. We knocked out money, and knocked out a billion rubles in order to provide housing for orphans. They had to rent 540 apartments for children who left the orphanages, and they have nowhere to live. We built 200 apartments. There is no money. They did not pay off the subcontractors. Money is stolen. I wrote to the General Prosecutor's Office, a criminal case was opened. And in a year and a half - think about it! - Only five ministers of the construction of the region were brought to criminal liability. They steal in black completely. One minister is being removed - another comes, and after a few months - a criminal case, again wandered. Someone on the run is, and on the international wanted list.

Where is the Governor Short? Only with his silent consent can all this happen. He appoints these ministers. The last minister worked in trade, he is a chemist by education. What does he have to do with construction?!

Vladimir Kara-Murza Sr.: Ivan Valentinovich, maybe, like sometimes some hot heads think, return all Japan-both Sakhalin, the southern part, and the smokers, since Russia does not cope with their arrangement?

Ivan Starikov: Our people, only being abroad, in Europe, cross the street to the green light, become polite and so on. Very revealing examples, since the level of not governor, but mayor's power was mentioned here. I helped Anatoly Lock to win the elections. Well, I am a man of other beliefs, as if not left, but it so happened that in the elections I helped him very seriously. We won, and I received the position of vice-mayor. I worked for four months. Before the elbow there was a choice: either start working for their voters who believed him, or integrate into the system. He preferred to integrate into the system and, in fact, form a certain bridgehead, an airfield in order to accumulate money for a certain amount of money for the future. This is obvious to me.

And the second example is Galina Shirshina, who did not integrate into the system, tried to work for her voters, and the system gobbled up.

Therefore, speaking of whether to transmit or not transmit, I still think that before changing mayors or governors, we need to change the system. I believe that the basis of everything is the economy. If the level of municipal authorities, the levels of rural administrations, the level of districts, the level of municipal districts, cities and subjects will be really economically independent to begin with their subject, and then the subjects of the federal center, this will mean that we changed the system.

Victor Cherepkov: There is such a thing as managerial effectiveness. In the management system, as in mathematics ... Many say that it depends on people. No! If we write a huge amount of zero, then this number will mean nothing. But if you put a unit in front, and each zero will have a tenfold value, then the number will be huge. Even if we, the people, and some lower layers of the intelligentsia are not significant, but the whole economy will grow, the entire management system ...

Look at Japan, South Korea - no minerals, especially in Japan. Tsunami, shakes, explodes - what is not done there! .. There is no fertile land, there is no territory, there are no minerals - nothing. And the management system that was made after World War II with the help of the international community brought Japan on a par with advanced countries.

Now let's take our control system. If the country's management system is a bandit, a thief, a crook, a “rollback” ... And this is all right. In order to drive a trolley, tractor, combine, we learn six to seven months, or even a year and a half. And to manage the province - these are ridiculous, idiotic, fraudulent elections in which you need to invest a lot of money, bribe it, and it comes to lead there. That's how a chemist. As we managed by the Zurabov healthcare. All the same!

Suppose, even the Primorsky Territory. It is characteristic of me because I know everything from and to. Yesterday - a bandit in a gangster organization. And this gangster structure still exists. And he is there the first-second face. Now this bandit is leading. For 12 years, as I said, the Primorsky Territory was leased for rent, and Vladivostok was the second of the same gangster “Baulov” organization Nikolaev. Who proclaimed: “After the election, we will put the whole city“ cancer ”. And they put it. The restaurants were buzzing. And what was there - the newspapers described.

Here was Governor Darkin. He should not have defeated. But the gangster system worked. And when he won when they shot me, on Monday after the election: they gathered with Voloshin, he was the head of the administration,-his team gathered, and said: “Well, since the court won the court, then he will have to dry up. We have about four months. We must have time to take 15 objects in these four months.”

I was a deputy of the State Duma, then I did not flounder. And they immediately distributed. The first should have the mouth of the port "Vostochny". And he not only fell, but even the leader was shot. 15 objects! And now the Primorsky Territory is a colony of the entire Moscow "Economic Brothers". They say to me: "Viktor Ivanovich, you fought all the time with Nazzratenko, he is like that, and so on. After him, Darkin came." And he did not just come. The fact that the bandit was known to both the administration and the president. But they said: "Better to let a bandit - it’s easier to work with it. We will plant it at any time." And they did it. But they did not put him, although they had to put him when they were searched. But all vice-governors transplanted him. He scored new vice-governors-and the half transplanted.

Today the governor Miklushevsky is like an intelligent person. But he - like Ilf and Petrov Pound - just a disguise, and the entire gangster system exists.

Now Nikolaev has returned to Vladivostok after the begs, a former mayor, from the same gangster organization of Baulovskaya, who, after Darkin took the region, completely took Vladivostok. Но сегодня, когда он прибыл туда, он претендует на прежнее место. Его вроде бы не было, но вся система его работала. И его сестра рулила, в том числе, представлявшая "Единую Россию". И сегодня она депутат Государственной Думы, и была советником у губернатора.

Сегодня вроде бы в Приморском крае бандиты не у власти. У власти преподаватель, интеллигент Миклушевский. А бандитская система как была, так и осталась. А он – как прикрытие. Дарькина нет, но вся экономика в их руках.

Владимир Кара-Мурза-старший: А как бороться с этой бандитской системой? Есть ли какое-нибудь противоядие?

Борис Резник: С этой системой надо бороться во всем Отечестве, причем бороться по-настоящему, не имитируя эту борьбу. А пока мы занимаемся профанацией. Вы посмотрите на громкие дела, чем они заканчиваются. В народе уже ходит байка: замах орлиный, удар ослиный. Практически ни одно громкое дело ничем не заканчивается. То есть серьезным обвинительным приговором, большими сроками заключения, которые должны следовать за украденными миллиардами, за обанкротившимися деятелями высокопоставленными. Все они отделываются, как правило, легким испугом.

Я думаю, что необходим закон, который мы дважды вносили, его торпедировали в Думе – о преодолении коррупции на верхних уровнях власти. А если мы будем каких-то мелких жуликов для удовольствия больших разоблачать, оставляя абсолютно без внимания колоссальные воровские схемы, которые сегодня существуют на самых верхних уровнях власти, мы ничего не поправим в Отечестве.

И начинать надо с правоохранительной системы. Основные коррупционные схемы работают в правоохранительных органах. И они сегодня смыкаются абсолютно с большими чиновными людьми, и часто заодно беспредельничают.

Владимир Кара-Мурза-старший: А изменит ли ситуацию закон о преодолении коррупции на верхних уровнях власти?

Иван Стариков: Я здесь с Борисом Львовичем не соглашусь. Я волею судьбы и профессиональной компетенции оказался вовлеченным в историю с маршем кубанских трактористов, фермеров, которые двинулись 21 августа на Москву. Было 23 трактора. Каждый трактор представлял муниципальный район Краснодарского края. Эти люди поехали на тракторах для того, чтобы отстоять землю свою, родную, которую у них отнимают рейдеры – рейдеры в судейских мантиях и чиновничьих костюмах.

Шесть лет назад, в ноябре 2010 года, прогремела история на всю страну – трагедия в Кущевке. Было убито 12 человек, семья фермера, родственники, в том числе четверо детей. Тогда бандиты Цапки и Цеповязы убили фермеров и их семьи для того, чтобы отнять землю.

Так вот, эти фермеры в своем обращении к президенту написали, что "новые" Цеповязы и Цапки надели чиновничьи костюмы и судейские мантии. Я читал их обращение, они все его подписали: "Мы не знаем, Владимир Владимирович, кто на самом деле был хуже – те бандиты с битами и кастетами или эти в уютных кабинетах, облаченные властью".

Я им задал один вопрос: "Друзья мои, у вас были выборы в сельскую администрацию депутатов. Но вы же уважаемые люди, вы в чистом виде казаки, вы не пошли в наемные работники в крупные холдинги, вы никакой помощи от государства не получаете, 20 лет работаете на своей земле. Вы гораздо больше заинтересованы, чтобы у вас здесь была хорошая больница, фельдшерский и акушерский пункты, школа, детский садик, дороги. Но почему вы, уважаемые и влиятельные люди, не избрали для начала депутатов сельского совета по-старому, не избрали своего главу?" А потом эти депутаты определяли бы в 23 районах Краснодарского края, кто будет следующим губернатором, кого допустят на губернаторские выборы.

Поэтому я считаю, что, безусловно, нужно принимать и ратифицировать 20-ю статью соответствующих международных документов по борьбе с коррупцией. Но, мне кажется, в России вся надежда, что Запад нам поможет, или государство – она не очень обоснована. Вот я по фермерам видел, что им мешают жить для себя, для своей семьи, своих детей, своих близких.

С моей помощью они зашли к Федотову, и мы добьемся создания независимой комиссии с участием Генеральной прокуратуры, Следственного комитета, чтобы доказать, что решения по отъему у них земли были приняты судьями по заведомо сфальсифицированным документам. И можно сажать судей за заведомо неправосудное решение. Мне кажется, вот такая гражданская активность, за которой стоят личные интересы граждан, в конечном итоге позволит сменить систему.

Владимир Кара-Мурза-старший: А может ли начаться в регионе передел собственности?

Виктор Черепков: А он и не прекращался. Он продолжается. Причем уже по третьему-четвертому заходу. Теперь уже действительно не братва с битами, с пистолетами и автоматами Калашникова, а уже уполномоченный с такой властью, что упечь кого-то, разорить и поиметь. Теперь уже разоряются те, кто действительно мог бы что-то экономически преподнести. Я абсолютно согласен с нашим собеседником по поводу того, что там происходит.

Я приведу пример, который тоже характерен для Приморского края. Сейчас уже три года идет уголовное дело о переделе собственности, который творился с помощью губернаторских заместителей, это незаконно. Следственный комитет проводит, и уже идет судебное заседание несколько месяцев. Там фигурирует неустановленное лицо. Все говорят прямо, что это "неустановленное лицо" – Дарькин, который все это сделал. Но и следователи, и судьи говорят "неустановленное лицо". Все участники этого процесса говорят, что именно Дарькин – главный организатор. Но его не сажают, потому что если его посадят, то он сдаст всех наверху, которым он давал "откаты".

Самая главная беда в борьбе с коррупцией, с бесхозяйственностью и экономическим упадничеством – это неэффективная, неумная и очень вредная, даже убийственная для России система формирования власти. Она формируется под прикрытием так называемых мифических выборов. Вроде бы: он прошел на выборах. А сама система выборов – это фильтр, который не позволяет умным, талантливым приходить во власть, с помощью своего интеллекта, чистой совести, своей работоспособности и преданности настоящему делу. Где-то случайно прорвется, как прорвался я, – все, ты будешь изгоем. Это касается и нашего собеседника тоже.

Владимир Кара-Мурза-старший: А повысило ли доверие к депутатскому корпусу то, что вернули одномандатные округа?

Борис Резник: Дело в том, что волею чиновников нынче в ту же Государственную Думу проникли просто прохиндеи, иначе не назовешь. То есть были вбросы во время проведения праймериз в Хабаровском крае. Совершенно бессовестно вбросили несколько десятков тысяч бюллетеней. Там факты совершенно потрясающие. Например, в селе Покровка живет 197 человек, включая младенцев. Было роздано где-то 720 бюллетеней якобы, и огромное число – практически 96 процентов – этих голосов были отданы за ставленника начальников, скажем так. В другой деревне живет 500 человек. Ровно тысяча якобы пришла голосовать. Ровно тысяча бюллетеней – и с тем же результатом. Вот это так называемое "предварительное голосование" – самое настоящее издевательство.

А мэр Хабаровска Соколов и губернаторо Шпорт – организаторы этих вбросов. И они провели "своих" людей. Я не буду сейчас поименно называть, но дело в том, что ничего за душой нет у этих людей, кроме того, что у отдельных – злоупотребления.

Скажем, специалист ЖКХ, а до этого – торговый работник, он пошел работать в Государственную Думу. А наживались они самым простым образом: по 10 копеек брали с квадратного метра жилой площади в Хабаровске. Потом аппетит разгорелся – весь Дальний Восток обложили, и дошли аж до Москвы. В Москве был филиал их фирмы, и тоже собирали по 10 копеек на "прочие расходы". И вот этот человек сегодня кого-то представляет в Государственной Думе.

Владимир Кара-Мурза-старший: По-моему, это мертвящая атмосфера для российской политики.

Иван Стариков: Я согласен. Но я хотел бы добавить к тому, о чем сказал Борис Львович. Я написал статью, как только началась процедура предварительного голосования, она называется "Хрустальная туфелька праймериз на медвежьи лапы "Единой России". Мне кажется, это вполне демократичная и очень неплохая процедура – предварительный отбор кандидатов. Но она же превратилась в административные установки. Работали и губернаторы, и главы местного самоуправления на конкретных кандидатов. Единственное, что положительно в этой истории, что в ряде регионов вопреки воле федерального центра местная бюрократия провела своих ставленников. В этом смысле я убежден, что неизбежно возникнет конфликт в Государственной Думе – как только начнется дележка бюджетного пирога.

Но я все-таки вернусь к экономике. Я надеюсь, что президент примет команду фермеров, которые шли тракторным маршем, и я им передал проект земельной реформы. Они его прочитали и одобрили. Все земельные платежи – это платежи, которые идут в местные бюджеты. Основной источник коррупции на региональном уровне сегодня – это земли около крупных городов, процедура перевода сельхозземли в земли индивидуального жилищного строительства, промышленности, транспорта, связи. По закону она бесплатная. А на самом деле коллеги понимают, что от нескольких подписей рыночная цена земли иногда повышается в 100-300 раз.

Сельхозземля не такая дорогая, но как только вы получаете разрешение на коммерческую застройку, особенно около крупных городских поселений... Так вот, суть предложения состоит в том, чтобы либерализовать процедуру перевода. Есть у вас земля, скупили земельные доли. Заявительный принцип: вы захотели – перевели. Но право застройки должно быть продано на открытом, прозрачном аукционе. И тогда те 700 миллиардов рублей (я отвечаю за эти цифры) "теневого" оборота земли вокруг крупных городов, который существует сегодня в России, – это те деньги, которые пойдут в местные бюджеты. И дальше у губернаторов появляется возможность балансировать внутри региона.

Я приведу пример Московской области. Есть Одинцовский район и есть Шатура, или Егорьевск. Так вот, может быть расщепление внутри субъектов. Есть земельные платежи – это те платежи, которые остаются в субъекте Российской Федерации. И дальше может быть расщепление: 20 процентов в Одинцовском районе оставить, а 80, которые собраны, направить в другие, отдаленные от Москвы регионы. Это в значительной степени необходимо спроецировать и на муниципальные образования. Why? Сегодня российская земля не является субъектом экономических отношений. Это "длинный" актив. Под "длинный" актив всегда идет "длинный" пассив, "длинные" деньги. Сегодня необходимо снять запрет на залог, ипотеку. Но кредиты должны быть целевые. Земля должна быть отмежевана, поставлена на кадастровый учет и передана муниципалитетам, как основа для начала их финансового благополучия. И тогда муниципалитеты могли бы наделить холдинги, которые отнимают землю сегодня у фермеров, и уладить конфликт интересов.

Владимир Кара-Мурза-старший: Это жизнеспособная схема?

Виктор Черепков: В какой-то степени – да. Но в нашей системе, где верховенство не закона, а даже законы неправильные, неэффективные. Ведь главный наш коррупционный орган – это даже не правительство, а Государственная Дума. Она закладывает сразу же в законодательную свою инициативу коррупционную составляющую. То есть выполняют заказ коррупционера. А как же не выполнять, когда большинство сегодня в Думе как раз и представляют банкиры, бывшие губернаторы, бывшие мэры и так далее.

Я даже хотел аплодировать, когда наши собеседники говорили про предварительное голосование, праймериз. Во Владивостоке, в Приморском крае первое место в результате голосования занял мэр города Владивостока Пушкарев. И после того как он занял первое место в системе этих выборов, через две недели его арестовали, и сейчас он находится здесь под следствием. У него обнаружен огромнейший дворец, с вертолетными площадками... Просто нет слов, чтобы описать.

И они создали такую систему, при которой он и его семья полностью владеют не только всей строительно-промышленной, цементной и бутощебеночной, экономической властью в Приморском крае, во Владивостоке, но даже по Сибири, включая все знаменитые цементные заводы. Это полностью монополия. Он с "Единой Россией". Он был лучшим. Он победил. И естественно, когда он пришел бы в Думу, он такие законы бы и творил.

Сегодня из Государственной Думы вымели таких, как Резник, ему подобных, а туда ввели коррупционеров. А для видимости разнообразия они ввели балерин, спортсменов, артистов и так далее. Восемь лет я с ним был в Государственной Думе, ну, хотя бы спели они что-нибудь в первом чтении. Просто там изображают свое присутствие, не более.

Начинать надо борьбу с коррупцией с Государственной Думы и с создания при президенте на базе Комиссии президентской по контролю... о которой вообще забыли, и забыли, чем она занимается. Потому что вся правоохранительная система проворовалась. Более того, и судьи, и прокуроры. Даже на примере Приморского края.

Все говорили, что Наздратенко – глава этой мафии. Не Наздратенко был, а все это курировал прокурор Василенко и, как ни странно, полномочный представитель президента и главный ФСБшник Кондратов. Поэтому сегодня огромные состояния у прокурора, который находится "в запасе", то есть на пенсии, и у Кондратова, у которого сын Руслан все это монополизировал, точно так же как у самой Матвиенко сын по Санкт-Петербургу. Она увидела там, на Сахалине, а у себя бревна не увидела. Хотя она увидела-то правильно. И можно ей сказать спасибо. Может быть, что-то сдвинется. Может быть, существующий сегодня губернатор что-то на Сахалине сделает.

Но надо начинать с Государственной Думы, чтобы там законы творили люди, заинтересованные в экономическом развитии, в могуществе России, но самое главное – в социальной защищенности народа. Иначе произойдет взрыв. И вот это благополучие, победила Россия... Да ничего она не победила! Она, как "наперсточники", надула всех еще на стадии формирования списка избирателей.

Владимир Кара-Мурза-старший: Валентина Ивановна пообещала вернуться. Она говорит: "Вернусь через месяц – проверю". Will anything change?

Борис Резник: Я думаю, что должно измениться. Во всяком случае, фасады подкрасят, дороги подлатают. Конечно, говорить о том, что это будет качественный ремонт, не приходится. Ну, это уже привычная реакция на замечания больших начальников. Удивительно, что не подсуетились и до ее приезда этого не сделали. А к приезду следующего начальника фасады начнут облезать, дороги будут в выбоинах и ямах. Так что это вялотекущий и постоянный процесс в наших провинциальных городах, к великому сожалению, за редким исключением.

Владимир Кара-Мурза-старший: А это было деланное возмущение Валентины Ивановны или это был искренний, непосредственно ее порыв?

Иван Стариков: Наверное, у нее определенный культурный шок, что называется, на контрасте.

Но я справедливости ради скажу. Я знаю Олега Николаевича Кожемяко, который сейчас, по-моему, возглавил после арестованного Хорошавина, он человек основательный. И я Борису Львовичу здесь оппонирую. Наверное, он порядок наведет жесткой рукой, что называется. At least I hope so.

Поймите, катастрофический обвал явки в крупных городах на выборах в Госдуму показал две абсолютно очевидные вещи. Вещь первая: наиболее образованный и продвинутый городской класс, а именно он будет определять будущую повестку, не пришел на эти выборы. Это означает, что люди стали резистентными, устойчивыми, приобрели иммунитет против лошадиных доз государственной пропаганды.

Они сейчас пока прищурились на восхитительные цифры "Единой России". И в Кремле, поверьте мне, неглупые люди, они прекрасно понимают, что это "пиррова победа". Потому что сейчас перенести ответственность уже не на кого, имея 343 голоса в Государственной Думе – конституционное большинство.

Может быть, я из тех оптимистов, которые ходят по кладбищу, смотрят на кресты и думают, что это "плюсики", но мне кажется, что все-таки нас ждет "оттепель". И то, что Сергей Владиленович Кириенко стал ответственным за внутреннюю политику в России, после Вячеслава Володина, в администрации президента, мне кажется, все-таки времена потепления или "отпуска гаек" не за горами. Сама экономика заставит это сделать. Я согласен с коллегами, что напряжение растет. Мы должны воспользоваться этим историческим моментом и системно решать вопросы сегодня. И в значительной степени в конечном итоге будут определять те люди, которые не пришли на выборы. Они власть давно не терпят и не любят, но и у оппозиции пока внятного сигнала... Я тоже против коррупции и так далее. Но нам, стране, нации нужна новая, позитивная повестка. Если у власти нет осмысленного проекта национального, государственного будущего, то его должны представить мы. Народ ведь идет не за большими деньгами коррупционеров, народ идет за большими идеями – так было и будет всегда! И активное творческое меньшинство, в конечном итоге, всегда страны и нации двигает к новым историческим рубежам.

Владимир Кара-Мурза-старший: Виктор Иванович, как вам такая перспектива?

Виктор Черепков: Я в какой-то степени соглашусь. Олег Кожемяко – это приморский бизнесмен, он рыбак. Когда прибыл Дарькин, совместно с сыном Кондратова, начальника УФСБ Приморского края, и полномочного представителя президента когда-то, – начался передел. И захватывали они все, рушили всю рыбную промышленность, отрасль, свергали Диденко, все полностью уничтожали и под себя. И Кожемяко, естественно, тоже. Он успел ускользнуть, перевел все свои рыбацкие активы в другой регион и спасся. Потом до такого состояния его преследовали, что он даже в Корякский автономный округ ушел.

Я был депутатом Государственной Думы, он прибыл, мы с ним долго разговаривали. Это человек дела. Потом его поставили губернатором Амурской области. А когда арестовали Хорошавина, его поставили губернатором на Сахалин. У него малый промежуток времени, запущенное состояние, и естественно, он не успевает реализовать это, но какие-то позитивные изменения будут там.

Но система же не одного Сахалина. Сахалин богатый. Он не должен быть дотационным. Он должен быть донором, как Тюменская область. Но вся система, которая там отлажена и была настроена, минуя даже губернатора, уходит, утекают деньги в совершенно другие сферы.

Матвиенко, конечно, там побывала, она многое увидела. Но я вам приведу пример Приморского края. Есть так называемый "гостевой маршрут" на Русский остров, в кампус. Туда ездит систематически президент, встречается там с иностранцами, решает вопросы и так далее.

Так вот, на улице Шилкинской есть группа домов еще 30-х годов, которые развалены до невозможности. Там нет воды ни холодной, ни горячей, ни туалетов – ничего. А со стороны проезда их покрасили краской, дизайн сделали, но с другой стороны, где подъезды и жители заходят... Я даже отснял это и хотел Задорнову отправить. А ведь это еще с 2012 года идет. Четыре года показывают президенту и всем остальным вот эти стенки, эти "потемкинские деревни" во Владивостоке. Конечно, что-то подмажут, подкрасят. Но капитально, фундаментально, чтобы этого не было... Более того, еще и система организации территории у нас не очень умно построена.

Владимир Кара-Мурза-старший: Мы эту тему будем продолжать. Недавно была причина – российско-японские переговоры, а сейчас – визит Валентины Матвиенко. Я думаю, что Южно-Сахалинск, Курилы ждет большое будущее.