«Выяснилось, что в одной семье и жертвы, и палачи»

Денис Карагодин нашел имена тех, кто расстрелял его прадеда

В истории расследований конкретных фактов политических репрессий 1930-х годов произошел уникальный случай: одному из энтузиастов, выпускнику философского факультета Томского университета Денису Карагодину, вероятно, впервые удалось получить на руки акт о расстреле своего прадеда с именами непосредственных исполнителей. Расследование прочла внучка одного из палачей, которая не знала, чем занимался ее дед, и попросила прощения у потомков репрессированных. «Медуза» коротко рассказывает, как развивалось это дело.

В 2012 году выпускник философского факультета Томского университета Денис Карагодин начал расследование, чтобы узнать, как погиб его прадед. Крестьянина Степана Ивановича Карагодина расстреляли 21 января 1938 года в Томске как организатора шпионской-диверсионной группы и резидента японской военной разведки (в рамках большого «Харбинского дела», в ходе которого в 1937-1938 годах были арестованы почти 9 тысяч человек). Семья узнала о судьбе Степана Карагодина только в конце 1950-х годов, получив справку о реабилитации. Денис Карагодин поставил перед собой задачу: найти дело своего прадеда, место захоронения и исполнителей приговора. Чтобы за расследованием мог следить любой желающий, он запустил блог, о ходе дела также пишет «Радио Свобода».

Карагодину понадобилось пять лет, чтобы после многочисленных запросов в органы ФСБ и работы в архивах выстроить полную цепочку из всех причастных к гибели прадеда. Эта работа завершилась 12 ноября 2016 года, когда ему неожиданно прислали акт о расстреле, в котором указаны непосредственные исполнители приговора.

«Не исключено, что вообще впервые в истории России человеку был выдан такой документ. Но, я конечно же, этого достоверно не знаю. По некоторым сведениям, ряд сотрудников архивов управлений ФСБ были искренне убеждены в том, что данного акта просто физически нет, якобы он был в свое время просто уничтожен — „зачищен“, как и многие другие документы. Но я знал, что это не так, знал, что эти документы существуют, я был в этом абсолютно убежден! Так оно и оказалось», — говорит Карагодин.

Документ позволил исследователю официально назвать тех, кто казнил его прадеда, публикация об этом широко разошлась в соцсетях. И уже на следующий день с Денисом Карагодиным связалась внучка одного из участников расстрельной группы, помощника начальника Томской тюрьмы Николая Зырянова. Она попросила у Карагодина прощения и поделилась собственными документами.

В письме женщина рассказала, что не знала, чем занимался ее дед. Более того, в те же годы был репрессирован отец ее бабушки. «Вот так сейчас и выяснилось, что в одной семье и жертвы и палачи… Очень горько это осознавать, очень больно… Но я никогда не стану открещиваться от истории своей семьи, какой бы она ни была», — пишет она.

Денис Карагодин намерен продолжить свое расследование, он попытается привлечь к уголовной ответственности всех причастных к гибели прадеда: от верхушки Политбюро до непосредственных исполнителей в Томске. В этом случае перед ним будет стоять препятствие — срок давности по статье об убийстве составляет 15 лет.