Вражда непримирима

Собственно, Валерий Зорькин не хотел портить настроение ни себе, ни президенту. Просто к слову пришлось, да и на душе было тяжело от обиды. Тем более в такой день, когда президент встречался с конституционными судьями, поздравляя их с наступающим профессиональным праздником и 25-летием КС. Ну и вырвалось, как бы невзначай: мол, представьте себе, чего враги опять удумали. "Вдруг прибалтийское государство Литва... прислало нам недавно депешу о том, что судьи Конституционного суда представляют собой угрозу для безопасности Литовской Республики". Им отказали во въезде.

Владимир Владимирович тоже огорчился. Иначе не объяснить, почему он сперва, скрывая досаду, слегка потроллил Валерия Дмитриевича ("ага, попались"), а потом, уже не сдерживая себя, стал интересоваться - что "послужило поводом для такого идиотского, я бы сказал, вывода?" Оказалось, сущий пустяк, даже вспоминать о нем было странно, но Зорькин все-таки вспомнил. Литовцам не понравилось решение КС РФ по Крыму. "Они считают, - посетовал председатель, - что мы нарушили неприкосновенность, территориальную целостность Украины", - и вот арбитров не пускают в Литву на Всемирный конгресс конституционных судов, который должен состояться в марте будущего года.

Что говорить, пустяк, а неприятно. И не зря, наверное, у президента России, выслушивающего председателя КС, "складывается впечатление, что люди (литовцы то есть. - И.М.) вообще свалились с другой планеты". И мудрый Зорькин не напрасно делится с гарантом мыслью, которая у него "грешным делом" завелась. А "давайте мы эту Всемирную конференцию у нас проведем. Мы же никому не будем запрещать приезжать". Это хорошая, правильная мысль. Где же еще проводить эту конференцию, если не в России, на планете Земля?

С другой стороны, удастся ли ее провести? Ситуация явно конфликтная, и можно предположить, что отказывающиеся принимать у себя наших судей не захотят встречаться с ними и в стране пребывания Зорькина. Вероятно, не все, но многие, включая тех, кто еще год назад начинал процесс против КС России. Под тем надуманным предлогом, что Зорькин и его подельники якобы грубо нарушили закон, одобрив аннексию Крыма. Ну вот как в глухие андроповские времена советских врачей исключали из Всемирной психиатрической ассоциации, так и теперешних постсоветских конституционных судей цивилизованный мир временно дисквалифицирует. Вместе с отдельными олигархами, депутатами, прокурорами и прочими лучшими людьми России.

При этом ясно, что Зорькин, каким мы его знаем еще с прошлого тысячелетия, всегда был человеком твердых, но широких убеждений, которых никакой Основной закон не мог сузить. Особенно он развернулся при нынешнем президенте, и ежели Владимир Владимирович отменял прямые губернаторские выборы, по-своему толкуя конституционную норму, то Валерий Дмитриевич вместе с большинством своих судей его поддерживал. Моралист по сути своей, он к тому же охотно вмешивался в политику, разоблачая несогласных, чьи действия, сами понимаете, "активно подогревались из-за рубежа". Наскучив политикой, увлекался историей Отечества, в которой прозревал вред от смутьянов-перестройщиков и благодетельность крепостного права. Истребительного искусства тоже не чурался, и когда около года назад турки сбили российский самолет, твердо высказался за ужесточение национальной правовой системы "в направлении военной суровости".

Такой уж это судья, и что ж удивляться, если он, угождая высшему начальству и большинству россиян, нашел незатертые юридические резоны, одобряя аншлюс Крыма. А в июле 2015 года, когда решалась мучительная с виду проблема, связанная с верховенством международных договоров в Конституции РФ и необходимостью это верховенство как-то унасекомить, КС под его руководством принял удар на себя. Не отменяя Конституции, Зорькин вместе со своими мудрецами ее прикормил, приручил, посадил на цепь и научил разным штукам. Приоритет международного права остался на бумаге, а на деле вердикт Конституционного суда был поставлен выше всех этих договоров. В отдельных исключительных случаях, да, которые подтверждают правило, и тому уже есть примеры.

Тем не менее Зорькин обижен на Литву. Он жалуется президенту, и пусть бессовестные злопыхатели назовут сценку постановочной, персонажи несомненно испытывают подлинные чувства. Правовед хочет, чтобы его по-прежнему всюду считали судьей, даже в Вильнюсе. Путину горько, что оскорблен верный его крепостной артист, типа жонглера, которому он, как сам признается, "не то чтобы каждый день, но нередко звонит... и спрашивает, как будет смотреться та или другая норма". Смотрятся они, согласитесь, великолепно, какую норму ни возьми и куда ни поверни дышло.

Оттого, я думаю, Валерию Дмитриевичу все же не стоит огорчаться. Бог с ней, с Литвой и остальной Европой, где русофобствующие политиканы упорствуют в своем нежелании видеть Зорькина, внося его в черный список. Наплевать и забыть. Зато он удостоен высшей похвалы от национального лидера и в его честь даже слетает ругательство с высочайших уст. Короче, незачем из-за них переживать, из-за пустяков и идиотов. Однако же он переживает, волнуется, ябедничает, он безутешен, и это значит, что, к сожалению, коварным врагам удалось добиться своего. Санкции действуют.