Original Material
«Жалко людей. Особенно всех»
Сегодня предают земле тела погибших в авиакатастрофе 25 декабря
Писатель Гарри Гордон как-то сказал: «Жалко людей. Особенно всех».
Те, кто люто ненавидит его сына — телеведущего Александра Гордона, — говорят мне: «Ну и что такого в этой фразе? Просто набор слов».
Нет, не просто набор слов.
И при чем тут вообще кто чей сын и кто чей отец…
Жалко людей.
Особенно всех.
Вот именно — особенно всех.
А не так: особенно жалко того или этого, а остальных ну как-то не особенно жалко или совсем не жалко, есть лучшие люди, а есть те, что похуже…
Не хочу никому ничего указывать, но сегодня, когда хоронят жертв авиакатастрофы в Сочи, которая случилась 25 декабря прошлого года, хотелось бы обойтись без демонстрации каких-то очень личных и не очень уместных в связи со смертью страстей.
Смерть — сакральна.
И если мы утверждаем, что каждая жизнь бесценна, то тогда и каждая смерть — трагедия, да?
Все время настаиваю: один человек — это уже очень много.
Один, плюс один, плюс еще один…
Я очень уважаю Лизу Глинку. Но в трагедии 25 декабря жалко всех пассажиров и всех членов экипажа.
Всех — без исключения.
И их родных и близких — очень жалко.
Соболезнования и сочувствия — всем.
И тоже без единого исключения.
Тем более что не все тела еще найдены и не все будут преданы земле сегодня.
Наверное, если бы Лиза Глинка могла влиять на сегодняшнюю ситуацию, она бы первая протестовала, чтобы в этой трагедии из нее делали бы какой-то отдельный, исключительный случай.
Хотя…
Может, она оттуда, с небес, и влияет.
В эти дни уже не раз вспоминаю ее слова: «Меня часто спрашивают, почему я помогаю всем этим странным и страшным людям? Бездомным, алкоголикам, нищим, малоимущим, больным, в том числе психически больным…Отвечаю: потому что они — люди. Других причин у меня нет».
Это — сознательно принятая позиция и глубоко внутреннее чувство.
Ничего общего с вещанием всемирных истин.
Я всегда удивлялась, как Лиза умудряется обходиться без эгоцентрического визга.
Давайте и мы так попробуем.
Может, получится.
Или просто помолчим.
Помянем молча.
Вера Миллионщикова говорила о хосписе: это культурное решение проблемы неизлечимо больных людей.
Культурное!
А культура работает, заметил один умный человек, как мотор. В котором должны быть вспышка за вспышкой, но такие, чтобы не взорвали машину.
То есть: если ты сам не можешь вспыхивать и не хочешь взрывать, то следи, как механик, чтобы машина хорошо работала, — а для этого имей трезвую и беспристрастную голову.
Это я о реакции нашего общества (сообщества).
И в целом и каждого человека в отдельности.
Не «о жадности к печали» идет речь.
А — о людячем.
Не надо баррикад.
Есть что-то более важное, чем убеждения. Тем более чем их демонстрация.
Людям можно помогать и людей можно жалеть только потому, что они — люди.
Других причин это делать нет.
Прощание с Елизаветой Глинкой состоится 16 января в Успенском храме Новодевичьего монастыря в 08.00. Панихида по погибшим тележурналистам пройдет в «Останкино». Погибшие артисты хора будут похоронены на Военном мемориальном кладбище в Мытищах.