Престиж государства

Рядом с нами живут сотни тысяч сограждан, всю жизнь трудившихся на благо нашей общей Родины — в республиках, которые стали потом самостоятельными. И им тоже нужны пенсии и документы о трудовом стаже.

Антон Горелкин

Мнение депутата Госдумы от Кузбасса Антона Горелкина, специально для Тайги.инфо:

Как вы думаете, если бы в российский Пенсионный фонд пришел официальный запрос, скажем, из германского Бундестага или американского Конгресса — наши чиновники иностранцам ответили бы? Уверен, что да. Потому что и служащие у нас достаточно дисциплинированные, и страны эти, несмотря на все политические сложности, пользуются в России уважением. А вот между постсоветскими странами уважительное отношение к России принято не всегда. И речь не об Эстонии или Украине, а о дружественном, казалось бы, Азербайджане.

В конце 2016 года ко мне в приемную Госдумы пришла Валентина Евстигнеевна Петренко. Гражданка России преклонного возраста. С проблемой, которая на меня произвела самое угнетающее впечатление.

По возрасту Валентина Евстигнеевна уже давно должна быть на пенсии. Но оформить пенсию она не может. Потому что основным местом жительства и работы ее в советские годы был город Баку, столица тогда еще Азербайджанской советской социалистической республики.

В бывших национальных окраинах СССР в 90-е годы был большой подъем местного национализма. Тогда всем казалось, что без России они станут процветать, и Азербайджан исключением не стал. Дискриминация по этническому принципу официальной позицией власти там, конечно, не была. Но, фактически, русских, украинцев, евреев — всех представителей нетитульной нации — выдавливали из страны. Выдавить Валентину Евстигнеевну оказалось нетрудно: лишилась работы, пригрозили отнять квартиру… Продав все нажитое за бесценок, пожилая уже женщина, вернулась на Родину, как и многие наши соотечественники. А Родина потребовала документы. В частности, о трудовом стаже гражданки Петренко в другом государстве, в другом тысячелетии, при совершенно другом государственном строе.

Пенсионный фонд России не имеет никаких записей о ее трудовом стаже. Поэтому пенсию назначить не может. А на работу в таком возрасте никто уже не берет. Жить, фактически, не на что.

Наш ПФР, конечно, отправлял запросы в Азербайджан, но не получил ответа. Вообще. Сама Валентина Евстигнеевна тоже писала: и в азербайджанские госструктуры, и на предприятие, где работала. В ответ — тишина.

И вот сидит передо мной в кабинете совершенно потерянный человек. Уставшая, измотанная, пытается рассказать про то, куда обращалась, и не может — плачет.

Я знаю, что таких людей, как Валентина Евстигнеевна — много. Их буквально выбросили, как хлам, бывшие окраины СССР, а Россия приняла совсем неласково. И такая ситуация существует, потому что наше государство в своей внешней политике слишком мало уделяет внимания этой проблеме. Ни одно государство в мире не должно игнорировать официальный документ, приходящий из России. Тем более, страна, находящаяся с Российской Федерацией в давних партнерских отношениях. Этим измеряется престиж нашего государства, наряду с военной мощью или политическим влиянием.

Валентина Петренко пришла в Госдуму, поэтому новые, уже парламентские запросы, по ее делу — уже на пути в Азербайджан.

Рядом с нами живут сотни тысяч наших сограждан, всю жизнь трудившихся на благо нашей общей Родины — правда, на территориях, которые стали потом самостоятельными. У этих людей есть проблемы, которые они сами решить не в силах, потому что речь идет о межгосударственных отношениях, международном документообороте.

Чтобы каждый из них не бился в одиночку, не изобретал этот бумажный велосипед, нашей стране нужен закон, определяющий порядок действий гражданина и самого государства в такой ситуации. И должны существовать четкие требования по отношению к странам-соседям. Взаимные, конечно, потому что и там живут люди, работавшие в России, а потом уехавшие к себе. И им тоже нужны пенсии и документы о трудовом стаже. Планирую выступить с такой законодательной инициативой и надеюсь на поддержку общественности и коллег.