Вы повторяетесь, Алексей

Как Алексея Навального и Петра Офицерова вновь по делу «Кировлеса» допрашивали. Репортаж «Медузы»

Повторное рассмотрение дела «Кировлеса» оппозиционера Алексея Навального и предпринимателя Петра Офицерова заканчивается. Ленинский районный суд Кирова отказал стороне защиты в вызове и допросе вообще всех свидетелей. Были допрошены только сами Навальный и Офицеров, устало и без энтузиазма говорившие о том, что никакого преступления не совершали. О том, что происходило в суде, рассказывает журналистка «Медузы» Саша Сулим.

12-й день повторного рассмотрения дела «Кировлеса» начался с ходатайств. Защита Алексея Навального и Петра Офицерова планировала подать их накануне, но планы адвокатам спутал судья Алексей Втюрин — потратив весь вечер на изменение меры пресечения подсудимым. Теперь им запрещено покидать Киров (но Навальный это решение исполнять не собирается).

Ходатайства носили технический характер — почти все, кроме одного. Адвокаты потребовали приобщить к делу платежные документы между «Вятской лесной компанией» (ВЛК) Петра Офицерова и «Кировлесом». Они хотели доказать тем самым, что ВЛК покупала лес по рыночным ценам, рассчитывалась вовремя и долгов перед «Кировлесом» не имеет.

«Это ключевой момент судебного разбирательства», — тут же загорелся Алексей Навальный. Он попросил суд сравнить цену, по которой лес покупал Офицеров, с той, по которой это делали остальные партнеры «Кировлеса» — тогда, по его словам, станет понятно, что другие покупали еще дешевле. «Что в прошлый раз эти документы хранили, как зеницу ока, что в этот», — сердился Навальный (в ходе первого разбирательства в 2013 году документы так и не приобщили к делу; обвинение настояло на том, что они малозначительные).

К политику присоединился и Офицеров; он уточнил, что сделки его компании составляли лишь 3% от оборота «Кировлеса». «Были еще сотни компаний, которые покупали лес по более низким ценам, чем мы, — говорил Офицеров. — Настаиваю, чтобы эти документы нашли. И прокуратора должна нас в этом поддержать, ведь они тоже представляют правосудие».

Прокуратура ходатайство не поддержала. А судья Втюрин очень тихим голосом зачитал постановление о том, что ходатайство отклонено.

«Понятно, почему прокуроры против, — вновь взял слово Навальный. — Это разрушает их обвинение». Политик вновь обратил внимание суда на то, что происходит ключевой момент всего процесса. «Вы повторяетесь, Алексей», — отвечал на это судья. «Суд окончательно устранился даже от попыток провести независимое судебное разбирательство, вы встали на сторону обвинения и лишили нас любой и последней возможности защиты. Это уже не процесс с обвинительным уклоном, он с предрешенным решением!» — говорил Навальный. Суд и прокуроры не перебивали.

Защита попросила у суда вызвать для допроса свидетелей: сотрудников ВЛК, работавших с «Кировлесом», экспертов и аудитора, который мог бы сказать, рыночными были отношения между предприятиями или нет. Судья отказал.

«Вы отклонили все наши ходатайства! Классный процесс получается», — похвалил Навальный Втюрина. Стороны ушли обедать.

Стороне защиты дали зачитать письменные материалы дела, судья сделал несколько перерывов. После одного из них Втюрин вдруг вспомнил: ему пришла телефонограмма о том, что рассмотрение дела об убийстве Бориса Немцова в Москве отложено до 14 февраля. Адвокат Навального Ольга Михайлова, участвующая в этом процессе, только вздохнула: «Это информация совсем уж устаревшая».

Адвокат Офицерова Светлана Давыдова попросила Втюрина приобщить к делу копию свидетельства о том, что сын Петра Офицерова — 2014 года рождения. Это был ее ответ на заявление свидетельницы обвинения Ольги Гребневой о том, что 41-летний предприниматель действовал в интересах своего 35-летнего сына. Это было едва ли не единственное ходатайство защиты, которое удовлетворил суд.

Начался допрос Алексея Навального. Он обратил внимание судьи на то, что 2 февраля Европейский суд по правам человека признал незаконными семь задержаний Алексея Навального во время акций протеста в 2012-2014 годах и обязал российские власти выплатить политику компенсацию в размере 63 тысяч евро. Судья кивнул.

«Предъявленное нам обвинение — абсолютно лживое, полностью сфабрикованное и имеет политические мотивы», — с таких слов начал политик свое выступление. Он вновь рассказывал, что работал советником на общественных началах у бывшего губернатора Кировской области Никиты Белых, разбирался с вопросами государственного имущества, выяснил, что «Кировлес» был самым проблемным предприятием области, а его генеральный директор Вячеслав Опалев создал внутри компании «преступную группу». Однако дело развернулось против Навального, когда он начал антикоррупционные расследования, и Опалев дал против него показания. «По всем телеканалам стали говорить, что так называемый борец с коррупцией украл весь кировский лес. Но доказательств того, что Навальный получал какие-то деньги от незаконных сделок, нет», — с этой фразой политик обратился к прокурорам; они внимательно его слушали.

Прокуроры начинали задавать свои вопросы, их интересовало все то же самое, что и в 2013 году — ничего нового. Как давно он был знаком с Петром Офицеровым, как происходило общение Навального с руководством «Кировлеса», с кем обсуждал проблемы предприятия, какие решения принимались. «Ничего не решалось — это была одна из причин, по которой я уехал из Кирова», — сказал Навальный.

Судья объявил очередной перерыв, после возобновления заседания Навальный вышел к трибуне и предложил Втюрину сделать совместное селфи. Тот с серьезным видом отказался. Навальный сфотографировал себя на фоне зала заседаний и зрителей.

— Обсуждали ли вы маркетинговую политику ВЛК? Например, ее логотип? — спрашивали прокуроры; вопросы у них не заканчивались.

— Может, вы что-то у меня спросите? Например, куда делись деньги-то? — почти взмолился Навальный, обращаясь к судье, но Втюрин предложил подсудимому занять свое место.

Офицеров говорил около часа. Он вспомнил, как впервые пришел к руководителю «Кировлеса» Опалеву: «У него в приемной сидела печальная секретарша и плохо реагировала на окружающих, а сам он рассказал мне, что у них там „глубокая проблема“ и опустошенность».

Офицеров подробно рассказал почти обо всех своих поездках в Киров, уточняя, в каком из местных кафе тогда завтракал — и что одна из компаний, которую он посетил в один из своих визитов, находится совсем недалеко от отеля «Хилтон», где их с Навальным «замуровал» суд, ограничивший им 1 февраля свободу передвижения.

Офицеров тоже вспомнил показания свидетельницы обвинения Ольги Гребневой про его 35-летнего сына. «Сейчас, на всякий случай, со мной на все заседания приезжает жена», — доверительно сказал Офицеров судье.

Втюрин неожиданно оборвал допрос и объявил перерыв до завтра — у него, как выяснилось, был предусмотрен поход к врачу. «Я тоже должна была сегодня к врачу идти — больничный закрывать», — возражала ему адвокат Давыдова. А адвокат Михайлова сказала «Медузе», что сторона защиты уже готова к прениям, только вот когда они уже состоятся — предугадать никак невозможно.

Саша Сулим, Киров